Серпентес - Аллен Дуэль

«Кто же ты?»

– Присядешь? Или так и будешь стоять? – Мейсон на нее даже не посмотрел, он глядел в ту сторону, откуда скоро должно было появиться солнце.

Эйлин послушно села на лавочку и посмотрела туда же.

– Я Мейсон. – Он полез в карман куртки.

– Эйлин. – Она перевела взгляд на него.

Мейсон достал из кармана пачку сигарет и зажигалку.

– В школе же запрещено курить. – Эйлин начала оглядываться по сторонам.

– В школе много чего запрещено. – Мейсон посмотрел на Эйлин и приподнял один уголок губ.

Она покраснела. То ли от того, что вспомнила случай в библиотеке, то ли от того, что Мейсон своим взглядом заглянул к ней в душу.

«Демон», – подумала Эйлин, поежившись от его взгляда.

– Так ты и Кларисса вместе?

«Зачем? Дура! Зачем ты это спросила?!»

– Нет, у нее парень есть, а мне не нужны отношения, мы иногда помогаем друг другу, дружба у нас такая. – Мейсон затянулся и выдохнул сигаретный дым.

Эйлин никогда прежде не чувствовала аромат сигарет. Вперемешку с запахом кофе получалось что-то совершенно невероятное, и ей это нравилось.

– Так зачем ты приходишь сюда каждое утро? – Мейсон посмотрел на нее.

– Люблю встречать рассвет с любимым напитком. – Эйлин приподняла руку, демонстрируя чашку с еще не отпитым кофе.

Мейсон усмехнулся. Эйлин стало интересно, о чем он подумал в этот момент, но спросить она не решилась. До рассвета оставались минуты. Мейсон и Эйлин устремили взгляды в одном направлении. Эйлин сидела с кофе, а Мейсон с дымящейся сигаретой.

Три. Два. Один. Рассвет. Солнце ослепило их. Они прищурились и синхронно прикрыли глаза правыми ладонями. Смотря на первые лучи сегодняшнего дня, Эйлин сделала глоток кофе, а Мейсон затянулся. Они одновременно опустили руки. Это было похоже на момент из какого-то кино.

Мейсон потушил и выбросил сигарету. Встав с лавочки, он одернул кожаную куртку, которая напоминала байкерскую – не хватало только шипов на плечах.

– Увидимся, Эйлин. – Мейсон развернулся и направился в сторону школы, Эйлин даже не успела ничего сказать ему в ответ.

– Ты где была? – сказала Беатрикс, как только Эйлин вошла в комнату.

– Я… В душ ходила.

– Не хочешь – не говори, зачем обманывать? Ты каждое утро куда-то уходишь, у меня сон чуткий. – Трикс прищурила глаза.

Эйлин поставила на тумбочку так и не выпитый утренний кофе, он остыл и не был уже таким вкусным.

– Собирайся. – Трикс натянула толстовку и завязала пучок.

В выходные ученикам разрешали носить что угодно. Эйлин это не нравилось, ведь у всех была брендовая одежда – Gucci, Louis Vuitton, Chanel – и только у нее толстовка из секонда и растянутые кеды.

– Куда? Сегодня же выходной. – Эйлин планировала не вылезать из кровати целый день, к тому же сегодня выдавали телефоны и можно было полистать странички в интернете.

– Эйлин, ты не вступила ни в одну внеклассную секцию, ты хочешь вылететь из школы? Знаешь, я лично поставила на тебя! – Трикс замолчала, поняв, что сказала лишнего.

– В каком смысле «поставила»? – Эйлин подошла к ней, заглянув в карие глаза.

– Эйлин, только без обид, у нас развлечений мало, вот мы и делаем разные ставки. – Трикс отвела взгляд и уставилась в пол, как провинившийся ребенок. – А вы сейчас самые обсуждаемые лошадки, всем интересно, какая дойдет до финишной прямой.

– И ты решила вот так поразвлекаться? Я для тебя всего лишь лошадка? – Эйлин начинала злиться.

– Нет! Конечно же нет! Ты моя соседка, подругой я тебя не могу назвать, потому что ты не подпускаешь никого к себе, из комнаты не выходишь, а я бы хотела с тобой подружиться! – Беатрикс посмотрела на Эйлин, в ее глазах читалась искренность.

– Хорошо. Извини, и сколько ты на меня поставила? – улыбнулась Эйлин.

– Немного, десять миллионов, – улыбнулась в ответ Трикс. Эйлин помрачнела.

– Сколько?!

– Мы играем по-крупному, не будем же мы спорить на банку «Липтона».

Ну конечно, чего еще могла ожидать Эйлин? Золотая молодежь, для них это копейки.

– Ну тогда ты не должна проиграть, пойдем, покажешь, что тут у вас есть. – Эйлин выпрямилась, готовая к экскурсии.

Они отправились в соседний корпус. Когда они проходили мимо учеников, те замолкали и косились на Эйлин. Трикс не соврала, они с Рэйделом действительно были главной темой для обсуждения.

Они подошли к длинному коридору, где на стенах висели стенды с фотографиями – и каждый принадлежал определенной секции.

– Смотри, у нас есть шахматисты, но я тебя не отдам этим ботаникам, мне с тобой еще год жить. – Трикс заразительно хихикнула. – Также есть женская команда по лакроссу, но она не пользуется спросом и от нее девочки попадают только в лазарет. Идем дальше. Есть художка, театральный кружок и чирлидинг.

– А ты в какой секции?

– Я в АРБ, но тебя я туда не отправлю, ты слишком хрупкая. – Трикс оглядела ее с головы до ног.

– АРБ? – Эйлин впервые слышала о таком кружке.

– Армейский рукопашный бой, там почти одни парни, но я им не поддаюсь, – ехидно улыбнулась Трикс.

«Ничего себе, она не похожа на человека, который владеет боевыми искусствами».

Только сейчас Эйлин обратила внимание на бицепс Беатрикс, который натягивал рукава толстовки.

– Ты хоть и маленькая, но крепкая!

– Надо учиться выживать в этом гадюшнике. – Трикс оглянулась по сторонам. – Ну что, в какой кружок пойдешь?

– Рисовать я не умею, а вот театральный мне по душе.

Эйлин посмотрела на стенд, где были развешены фотографии с выступлений: вот Ромео и Джульетта слились в поцелуе, а вот персонажи из «Алисы в Стране чудес» распивают чай за большим столом. Эйлин понравились снимки, и она подумала, что на сцене будет чувствовать себя уверенней.

– Отлично, тогда пойдем запишемся. – Трикс взяла Эйлин под руку, и они побрели по коридору.

Эйлин чувствовала себя странно и немного дико, для человека, который всю жизнь был без друзей, такой контакт с Трикс вызывал бурю эмоций. Они, как две давние подруги, шли под ручку по коридорам, обсуждали общие интересы, смеялись и не ощущали дискомфорта. Эйлин даже показалось, что у нее появляется друг. Ее первый друг.

– Пришли. – Они остановились возле большой черной двери.

Трикс потянула за ручку, и дверь тяжело открылась. Когда они вошли в помещение, Эйлин показалось, что они попали в большой театр. Потолок был высоким, справа стояли ряды с сиденьями для зрителей, а слева – огромная сцена, на которой лениво расположилась кучка учеников-актеров. Они