Синдром Алисы - Эли Фрей

Он уже ждал ее в назначенном месте, смотрел на девушку с холодной ненавистью.

– А ты смелая, раз просто так открылась и притащилась на встречу, – когда Алиса подошла близко, Белозеров ухмыльнулся с напускным спокойствием и угрожающе добавил: – Не боишься, что для тебя все это может плохо кончиться?

Алиса храбро посмотрела собеседнику в глаза.

– Молчать – безопасно. Я слишком долго следовала этому правилу. Пора принять риски и посмотреть в лицо всем страхам и опасностям.

– Я всегда знал, что ты та еще дрянь, – зло выбросил он, теряя самообладание. – Не зря говорят, что в тихом омуте черти водятся. Вот чем ты любишь заниматься? Взламываешь людей? Видимо, больше ничем не можешь скрасить свою убогую и скучную реальность. Никому не нужная серая мышь без друзей, жизни и будущего, тебя все гнобят. И ты решила хотя бы в ненастоящем мире узнать, каково это – иметь силу и власть? Побыть этаким суперзлодеем со сверхспопобностями. Но запомни навсегда: в реальности ты слабое жалкое ничтожество, и всегда такой и будешь.

Алису будто со всей силы ударили молотом в грудь, но она смогла сохранить самообладание. На лице не дрогнул ни один мускул.

– Говори, что хочешь, – отстраненно, со льдом в голосе ответила она. – Мне плевать на то, что ты думаешь обо мне. Что все думают обо мне, – расхрабрившись, Алиса смело шагнула в сторону собеседника, не отводя взгляда от его глаз. – Ты говоришь мне все это, потому что напуган. Напуган тем, что маленькая серая мышь смогла обхитрить тебя. Убогая слабая девочка имеет над тобой власть, и неважно, где мы находимся в данный момент, в реальном или виртуальном мире. Я знаю твою тайну, у меня есть доказательства. И ты боишься того, что я расскажу об этом всем. Нет, тебе плевать на то, узнает Вика твой секрет или нет. Ты знаешь, что ее любовь к тебе слепа и не знает границ. Она простит тебя, как прощала тысячу раз. Не сможет не простить. И ты пользуешься ее чувствами, играешь, будто с куклой. Не ее ты боишься, а своего друга, человека, которого ты предал, над дружбой с которым надругался. Думаешь, он простит тебя? Нет. Его гнев будет очень страшен.

Во взгляде Белозерова что-то мелькнуло. Испуг? Может быть. Алиса надавила на больную мозоль и мысленно улыбнулась.

– С него я и начну свою рассылку, – сказала Алиса, добивая собеседника. Белозеров, взбесившись, накинулся на Алису и, выбросив вперед руки, схватил за горло, прижав девушку к стене трансформаторной будки. Его вмиг покрасневшее лицо исказила гримаса гнева, глаза налились яростью, руки, сжимавшие горло Алисы, протащили ее по стене вверх. Ноги болтались в воздухе. Алиса захрипела и, вцепившись в руки противника, тщетно пыталась ослабить хватку.

– Я убью тебя, жалкая, никчемная тварь! – выкрикнул он в лицо девушке.

– Ты… Ничего… Не изменишь… и знаешь это, – прохрипела она. – Я сильнее тебя.

Разумом Белозеров полностью осознавал, что не имеет никакого контроля над ситуацией, и напал на Алису, поддавшись гневу и панике. Он с презрением отшвырнул девушку прочь от себя, и она полетела на землю, больно ударившись о камни. Она с достоинством поднялась на ноги и встала перед противником, сохранив хладнокровие и гордость.

– Ты слишком трусливый, Белозеров. Тебе придется принять мои условия. То, чего я требую, будет не так уж сложно сделать. Взамен я гарантирую тебе свое молчание.

– И чего же ты хочешь? – спокойным голосом спросил собеседник, пытаясь скрыть волнение.

– Я хочу, чтобы ты бросил Вику, – серьезно сказала Алиса.

– Что? Что ты сказала? – он решил, что ослышался.

– Расстанься с ней.

– Но… Как?

– Как угодно. Скажи, что ты ей не подходишь, ты все обдумал и решил, что с окончанием школы вас ждут разные дороги, ты будешь тянуть ее вниз. Придумай что-нибудь, главное, чтобы ты больше не приближался к этой девушке, не звонил, не писал и обходил стороной. Вас не должно больше ничего связывать. Это – мои условия. Я хочу, чтобы ты дал ей свободу. Я знаю, что ты пойдешь на это. Ты в ловушке, из которой нет выхода. Я дам тебе время подумать. А завтра ты должен дать свой ответ.

Чтобы последнее слово осталось за ней, Алиса развернулась и быстро зашагала прочь, всеми силами пытаясь скрыть хромоту и дрожь в коленях.

* * *

Поздним вечером в день Последнего звонка за недостроенной многоэтажкой на пустой детской площадке находились двое человек.

Безлюдную площадку освещал тусклый свет фонаря, в траве вокруг громко стрекотали кузнечики. Две девушки расположились на деревянном основании круговой карусели. Обе были одеты в праздничные школьные формы – белые фартуки, красные выпускные ленты, перекинутые через плечо, заплетенные в косы банты. Алиса сидела, а рядом лежала Вика. Положив голову на колени подруги, Вика горько плакала, запивая горе большими глотками вина прямо из бутылки.

– Он бросил меня прямо на линейке. Как он мог? Я любила его так, как никто никогда не полюбит, – заикаясь от рыданий, с трудом выговорила Вика.

– Я знаю, что ты любила. И знаю, как тебе теперь больно. Если бы только я могла забрать у тебя часть твоего горя, – шептала Алиса, гладя подругу по волосам. – Пей. Плачь. И убегай от своей боли.

Алиса смотрела, как под фонарем кружится рой мошкары, и вспомнила какую-то передачу, однажды увиденную по телевизору. В этой передаче один ученый приводил научное доказательство того, что когда люди доверяют друг другу, их сердца начинают биться в унисон. Алиса и Вика понимали друг друга с полуслова, их общение шло на одном дыхании, и сейчас Алиса остро почувствовала одинаковый ритм двух сердец. Сердца двух подруг бились в унисон – это было очень волнительное, тревожное и… такое знакомое и грустное чувство.

* * *

Через некоторое время после того, как все экзамены были сданы, а документы разосланы по институтам, Вика и Алиса получили долгожданные новости – обе поступили в желаемые учебные заведения.

Всю первую половину лета, до получения аттестата, стояли холода и лили дожди, поэтому учащимся, которые, сидя над учебниками дома, постоянно наблюдали за окном тучи и ливни, было не так обидно тратить столько времени на подготовку к экзаменам вместо прогулок. Но после сдачи всех экзаменов погода стала налаживаться, дожди прекратились, и выглянуло долгожданное солнце.

Вика и Алиса, абсолютно свободные и счастливые, отправились в торговый центр.

– Наконец-то лето наступило! – с радостным предвкушением сказала Ежевичка, когда подруги подходили к огромному стеклянному зданию торгового центра. – И новое лето будем встречать в новых шмотках.

Девушки побывали почти во всех магазинах и перемерили гору разных вещей – не только понравившихся и модных, но и странных, смешных и нелепых. Девушки дурачились и выискивали на вешалках самые нелепые наряды, мерили латексные комбинезоны, купальники, отороченные мехом, свитера с перьями, пиджаки кислотных цветов, забавные маленькие шляпки-колокольчики и большие с широкими полями.