Перемены - Джим Батчер

Я провел пальцем по маминому камню и проверил все еще раз. Потом стал перебирать карты, пока не нашел одну подходящего масштаба, взял со стола шариковую ручку и поставил на карте крестик.

— Здесь. Это примерно в пяти милях к северу от пирамид.

Томас негромко присвистнул.

— Что? — спросил я. — Не одолеешь пяти миль?

— Пять миль по тротуару запросто, — ответил Томас. — Пять миль через джунгли — немного другое дело.

— Он прав, Дрезден, — подал голос Мартин. — И к тому же ночью.

Томас развел руками.

— Я бывал немного в джунглях, — сказал Саня, всматриваясь в карту. — А там очень густые заросли?

— Хуже, чем в низовьях Амазонки, лучше, чем в Камбодже, — спокойно ответил Мартин.

Саня хмыкнул. Томас брезгливо поморщился. Я постарался сделать вид, будто Мартин снабдил меня весьма ценной информацией, и искренне удивился, когда Томас с Саней повели себя точно так же.

— Сколько потребуется времени, Мартин? — спросил я у него.

— Два часа, это минимум. Может, больше, это как сложится.

Я хмыкнул и покачал головой.

— Посмотрим, не сможет ли Леа помочь нам с этим, — сказал я.

В комнате воцарилась тишина.

— Гм… — произнесла Мёрфи. — Эта твоя безумная фея-крестная? Та самая Леа?

— Гарри, вы же говорили, что она опасна, — не выдержала Молли.

— И у меня до сих пор шрам в подтверждение этого, — поддержал ее Томас.

— Да, — тихо сказал я. — Она могущественна, и она безумна по всем нормальным меркам, и в настоящий момент она играет с нами в одной команде. Поэтому мы воспользуемся ее помощью.

— Мы ведь воспользуемся, правда? — с ухмылкой спросил Саня.

— Он рассказал нам, что Тук говорил про Мэб, — мягко произнесла Молли.

Последовала долгая пауза.

— Ты пошел на сделку, — сказала Мёрфи.

— Да, пошел. Ради Мэгги. — Я окинул комнату взглядом. — Я остаюсь собой, пока эта история не закончится. Это одно из условий сделки. Если кто-нибудь здесь хочет позубоскалить насчет меня и Сьюзен, делайте это сейчас. В противном случае вы свободны держать свое мнение на этот счет при себе. У моей дочери нет времени на наши дебаты касательно этической стороны моего выбора, тем более, что это, черт подери, вообще вас не касается.

Я снова обвел комнату взглядом.

— Я иду, — сказал Саня. — Кто еще с нами?

Мыш чихнул.

— В тебе я не сомневался, — заверил я его. Он вильнул хвостом.

— Я, естественно, — сказал Мартин.

Мёрфи кивнула. Молли тоже. Томас закатил глаза.

— Отлично, — кивнул я. — У Леа, возможно, имеется способ ускорить переход.

— Лучше бы имелся, — заметил Томас. — Время поджимает.

— Мы успеем туда вовремя, — убежденно заявил Саня.

Я кивнул.

— А еще я прошу двоих из вас оказать мне честь, — сказал я.

Я поставил сумку на пол и отвязал от нее «Фиделаккиус». Гладкая деревянная рукоять древнего меча-катаны ничем не отличалась по фактуре от ножен, так что убранный в них клинок выглядел совершенно безобидно, напоминая чуть изогнутую трость, только без набалдашника. Сам клинок был подобен остротой бритве. Помнится, как-то раз я в качестве эксперимента уронил на него пластиковую соломинку для коктейля. Падения с высоты в пять-шесть дюймов хватило, чтобы соломину перерубило напополам.

— Кэррин, — произнес я и протянул ей Меч.

Санины брови взлетели только что не к потолку.

— Я… Мне ведь предлагали уже этот Меч, Гарри, — тихо сказала она. — С тех пор ничего не изменилось.

— Я не прошу тебя принять мантию Рыцаря, — так же тихо ответил я. — Я хочу доверить его тебе на сегодняшнюю ночь, на один бой. Этот меч изготовлен, чтобы сражаться с силами тьмы, а уж тьмы там сегодня будет в достатке. Возьми его. До тех пор, пока моя дочка не окажется в безопасности.

Мёрфи нахмурилась.

— Он имеет право поступать так? — спросила она у Сани.

— Имеете? — спросил Саня, глядя на меня.

— Мне доверили хранение Меча, — спокойно ответил я. — Так что я делаю именно то, что мне положено делать. А кому еще, скажите, выбирать в меру способностей носителя Меча?

Саня обдумал это и пожал плечами.

— По мне, так это вполне очевидно. Доверив вам Мечи, вам предоставили и право выбора. Одна из таких штук, которые не произносят вслух, но всем ясно, что это именно так.

Я кивнул.

— Мёрф. Если пользоваться Мечом ради правого дела и в здравом уме, он не представляет опасности. Только ты можешь знать наверняка, что это — ради правого дела. Но я прошу тебя. Возьми его. Помоги мне спасти дочь, Кэррин. Пожалуйста.

Мёрфи вздохнула.

— Нечестно играешь, Гарри.

— Ни капельки, — возразил я. — В таких делах — ни за что.

Мёрфи помолчала еще секунду. Потом встала, подошла ко мне и взяла у меня из рук Меч. К ножнам крепилась лямка из выцветшей ткани, так что меч можно было носить на плече или наискось, на спине. Мёрфи закинула лямку на плечо.

— Что ж, буду носить. Если мне покажется правильным, использую по назначению.

— Только об этом тебя и прошу, — сказал я и отвязал от сумки «Амораккиус», длинный, европейского типа меч с эфесом как у крестоносцев и простой, обмотанной проволокой рукоятью.

И повернулся к Сьюзен.

Она изумленно уставилась на меня, потом медленно покачала головой.

— В последний раз, когда я прикасалась к чему-то подобному, — сказала она, — я получила такой ожог, что целых три месяца заживал.

— Одно дело тогда, — возразил я. — Другое дело теперь. Ты делаешь то, что делаешь, потому что любишь дочь. Если ты не будешь забывать об этом, Меч не причинит тебе вреда, — я протянул ей Меч рукоятью вперед. — Коснись его рукой.

Сьюзен повиновалась так медленно, словно рука делала это против ее воли. В последний момент она заколебалась. Потом пальцы сомкнулись на рукояти.

И все. Ничего не произошло.

— Невинным он вреда не причиняет, — тихо произнес я. — Поклянись использовать его в благих целях, чтобы вернуть дочь. Поклянись, что будешь беречь Меч и добровольно вернешь его после того, как он исполнит свою задачу. И я не буду видеть причин, мешавших бы тебе носить его.

Она встретилась со мной взглядом и кивнула:

— Клянусь.

Я кивнул в ответ и отпустил Меч. Сьюзен выдвинула его на пару дюймов из ножен. Клинок сиял; сталь его казалась отполированной до зеркального блеска. Когда Сьюзен пристегнула ножны к поясу, Меч смотрелся у нее на бедре как влитой.