Зеленые цепочки - Герман Матвеев

В три часа ночи майор доложил результаты допроса своему начальнику.

– Запирался недолго?

– Да. Парень без опыта, с мелкой, подленькой душонкой. Расплакался от страха.

– Обнаглели, мерзавцы! Вылезли из подпола, установили связь с немцами и торопятся. Ну что ж, надо заняться дядей.

Майор коротко сообщил о дальнейшем плане своих действий и, получив разрешение, вышел из кабинета начальника.

Бураков, сильно уставший за последние дни, не раздеваясь прилег на диван с газетой и незаметно уснул. Как крепко он ни спал, а все-таки привычка заставила его вскочить, лишь только раздался телефонный звонок. В трубке он услышал знакомый голос майора. Короткие, отрывистые фразы приказаний привели его в себя и прогнали остатки сна.

– …проверить у людей оружие. Мальчика возьмем с собой и по пути забросим домой. Переоденьтесь.

– Есть!

Через полчаса две машины отъехали от подъезда. Узкий луч через щели замаскированной фары тускло скользил впереди на расстоянии пяти-шести метров. На центральных улицах светились синие лампочки над номерами домов, но, когда машины свернули в переулок, темнота наступила такая, что шоферы невольно сбавили ход. Казалось, что они едут по шоссе, а по бокам стоит стеной темный лес.

У одного из домов Петроградской стороны передняя машина остановилась, и из нее выскочил Васька.

– Мать, наверное, беспокоится? – спросил майор.

– Она на дежурстве.

– Ну, спокойной ночи!

Дверь хлопнула, и машины, мигнув красными сигналами, ушли вперед.

В доме 13 по улице Воскова, в конторе управхоза, где помещался сейчас штаб объекта, сидели за столом две дежурные. Одна из них, полная пожилая женщина, штопала чулок, а другая дремала, прислонившись к косяку забитого фанерой окна.

На лестнице послышалось шарканье шагов, и в штаб вошли сначала дворник, дежуривший под воротами, а за ним высокий человек с седыми висками.

– Здравствуйте! Дежурите? – приветливо сказал вошедший.

– Да… Сидим вот и смерти ждем, – спокойно ответила полная женщина.

– Мне нужен управхоз.

– Пожалейте вы его, товарищ. Которую ночь не спит. На себя стал не похож, – умоляюще сказала женщина.

Она загородила собой дверь в соседнюю комнату.

– У меня срочное дело, – с улыбкой сказал мужчина, мягко отстраняя женщину.

Управхоз крепко спал на кожаной кушетке в красном уголке, переоборудованном сейчас в санитарную часть объекта.

– Товарищ управхоз… Проснитесь. Семен Гаврилович, – говорил дворник, осторожно тормоша своего начальника за борт пиджака. – Проснитесь. До вас дело есть… Семен Гаврилович… Слышите?..

Наконец управхоз открыл мутные глаза и сейчас же закрыл их.

– Что? Тревога? – пробормотал он. – Крути сирену-то…

– Товарищ управхоз, поднимитесь, – сказал майор и помог ему сесть на кушетке. Затем он протянул ему свое удостоверение.

– Извините. Мало спать приходится, – сказал управхоз, растирая затекшие ноги. – Выйди, Никандра. Чего ты здесь? Почему не на посту? Голову вы с меня снимете! – рассердился он на дворника.

Когда дворник вышел, майор спросил:

– У вас живет Воронов Сергей Харитонович?

– Точно. В квартире семь. Давно живет.

– К нему приехал в июле месяце племянник из Луги?

– Верно. Говорили мне, что приехал какой-то родственник.

– Он у вас не прописан?

– Помилуйте… У меня сейчас много народа не прописано. Дом громадный. Беженцев из разных районов присылают. Все перепуталось…

– Верю, верю, – сочувственно сказал майор. – Идемте.

Они вышли во двор. Майор, освещая фонариком дорогу, направился к воротам, где ждали приехавшие с ним люди.

– Окна квартиры выходят на улицу? – спросил он на ходу.

– Да. Все на улицу, за исключением одного. То на двор выходит.

– Черный ход имеется?

– Есть.

– Который этаж?

– Второй.

На улице, под окнами квартиры, поставили двоих красноармейцев, во дворе – одного, у черного хода – двоих. Майор с Бураковым, управхозом и двумя бойцами поднялись во второй этаж, стали по бокам двери и, вытащив пистолеты, позвонили. Скоро за дверью послышалось шарканье ног, в щели мелькнул свет, и женский голос спросил:

– Кто там? Валя, ты?

– Откройте, гражданка Воронова, – сказал управхоз.

– Кто это?

– Это я, управхоз, Семен Гаврилович.

– Что вам надо, Семен Гаврилович?

– Откройте же, вам говорят!

Сначала зазвенела цепочка, затем скрипнул железный крюк.

– Нет, это управхоз пришел, Сережа! – крикнула женщина в ответ на чей-то вопрос.

Услышав слово «Сережа», майор облегченно вздохнул.

Щелкнула задвижка, а за ней и французский замок. Дверь открылась.

– Оставайтесь на месте, гражданка, – сказал майор, быстро проходя в прихожую.

Зная из описания управхоза расположение комнат, он направился прямо в столовую. Но в это время в задней комнате с кровати соскользнула темная фигура и метнулась к окну. Послышалось легкое шуршание бумаги. Затем, стараясь не шуметь, человек выскочил в темный коридор, оттуда в кухню. Он торопливо распахнул дверь на черную лестницу.

– Вернитесь назад! – раздался голос, и два электрических фонарика осветили злое, напряженное лицо мужчины.

– Куда же вы, гражданин Воронов, заторопились? – услышал он позади себя голос догонявшего его майора.

Весь Ленинград спал в эти ночи не раздеваясь, и поэтому ничего удивительного не было в том, что муж и жена Вороновы были одеты, несмотря на глубокую ночь. В квартире больше никого не оказалось.

Наружные посты сняли, и все приехавшие разместились в квартире. Двое красноармейцев стали около входной двери в прихожей, двое других – около черного хода на кухне. Остальные сидели в столовой вместе с хозяевами. Майор с Бураковым приступили к обыску.