Безногий ас - Пол Брикхилл

«А она выглядит достаточно приятно».

Но его мать сухо заметила:

«Да, дорогой. Вот только рот подкачал».

Из этого он сделал вывод, что мать вообще не заметила девушку.

Через пару дней наступил момент, которого он так ждал. Один из врачей Оксбриджа сказал:

«Настало время, Бадер, получить новые протезы. Ваши культи достаточно поджили, поэтому вас можно отправить в Рухэмптон, сделать замеры».

Рухэмптон был госпиталем в Лондоне, где министерство пенсионного обеспечения выполняло свои обязанности. В нескольких деревянных зданиях располагались мастерские. Одни специализировались на искусственных руках, другие занимались ногами. Автомобиль КВВС доставил Бадера к конторе «Братьев Десуттер». Раньше они занимались аэропланами, но потом Марсель Десуттер потерял ногу во время аварии и сам заинтересовался искусственными конечностями. Бадер был представлен другому брату, Роберту, невысокому, плотному, подвижному человеку с крупным лицом и гривой черных волос с заметной проседью.

«Вы настоящий осел, раз потеряли обе ноги. Давайте смотреть», — бодро начал Десуттер.

Бадер спустил брюки и обнажил культи. Десуттер внимательно осмотрел их и сказал:

«Выглядят очень прилично. Кто занимался вами?»

Бадер рассказал ему о Леонарде Джойсе. Десуттер предупредил:

«Мы очень тщательно подгоняем протезы к ногам. Все займет пару недель. Какой высоты вы должны быть?»

«5 футов 10,5 дюймов в обуви».

«Вижу».

Десуттер приступил к замерам, потом натянул на культи тонкие носки и залил сверху гипсом. Через 10 минут он снял отливки, носки легко соскользнули, не потревожив ни одного волоска. Бадер с интересом следил за его действиями, начиная восхищаться умением мастера.

«Отлично, — сказал Десуттер, завершив работу. — Через две недели я сообщу вам, как только мы будем готовы к примерке. Пришлите мне пару старых ботинок, чтобы я мог правильно определить размер стопы».

«Сделайте их как можно скорее, — попросил Бадер. — Я встретил красивую девушку, с которой хочу потанцевать».

«Мы сделаем все, что только можем», — ответил Десуттер, решив, что Бадер шутит. Он был неправ.

Следующие 2 недели Бадер катался на «Хамбере», не имея водительской лицензии и страховки. Он нарушал все правила и кодексы, но научился неплохо управлять автомобилем. Обычно он ездил в Пантилес на чай, что стало своего рода ритуалом. Пил и Стритфилд терпеливо это переносили. Девушка обслуживала их, и с каждым днем невидимые нити между нею и Дугласом становились все прочнее, хотя о его ногах не было сказано ни слова. Видеть ее стало для Бадера потребностью. Он начал понимать, что ситуация меняется. Он научился водить автомобиль и немного поднялся из бездны отчаяния к нормальной жизни. Познакомиться с девушкой — это было уже нечто иное. Бадер прекрасно понимал, что его будущее пока скрыто туманом неопределенности. Поэтому он не хотел позволять себе лишнего. Другую девушку он мог шлепнуть по заднице и поцеловать шутя, но только не эту. Он желал познакомиться с ней поближе и боялся этого. Он также опасался разрушить все каким-нибудь несвоевременным поступком. Все запуталось. А кроме того, имелись Хильда и другие девушки. Приходили восторженные письма из Южной Америки от Патрисии. Хотя внешне он выглядел смелым и уверенным, внутри все путалось.

Он брал с собой девушек на автомобильные прогулки, частенько при этом заглядывая в Пантилес на чай. Официантка обслуживала их, думая с некоторой неприязнью, что он жуткий бабник, с ногами или без.

Решением могли стать новые протезы. Бадер никак не мог дождаться дня, когда он их получит и сможет выйти из конторы Десуттера, свободный и совершенно независимый, почти такой же, каким он хотел быть. Может быть, ему придется немного хромать, но это неважно. Он сможет стоять рядом с другими людьми, и они даже не будут подозревать, какое это счастье — быть совершенно обычным. Он поедет на своем автомобиле в Пантилес и сядет за старый столик. Длинные брюки никому ничего не выдадут. И тогда все будет по-другому. Он написал в гараж в Кенли, где стоял его маленький MG, и попросил их заменить педали тормоза и сцепления рукоятками.

А потом позвонил Десуттер. Он сообщил, что протезы готовы к примерке.

Первое, что увидел Бадер, войдя в контору на костылях, была пара сверкающих металлических протезов, стоящих возле стены. Еще не покрашенные, они блестели множеством мелких заклепок, шарниров и винтиков. Бадер с удивлением заметил, что на них были надеты носки и его собственные ботинки.

Десуттер воскликнул:

«Не правда ли, они прекрасны. Выглядят, как настоящие».

Бадер усмехнулся, а Десуттер продолжил:

«Но теперь вы будете примерно на дюйм ниже, чем раньше».

Улыбка потускнела.

«Почему?» — недовольно спросил Бадер.

«Это для лучшего равновесия. Мы всегда так делаем. Если вам захочется стать выше, мы всегда можем удлинить протезы».

«Настолько, чтобы я мог стать выше любой девушки».

«Вы можете жениться хоть на амазонке. Если пожелаете, мы можем довести ваш рост до 7 футов», — пообещал Десуттер.

Они прошли в примерочную, длинную комнату с большими зеркалами на задней стене. В комнате имелось нечто вроде параллельных брусьев, только расположенных на такой высоте, чтобы человек мог передвигаться, придерживаясь за них. Там стоял средних лет толстяк в шортах и странной упряжи через плечо, к которой была присоединена металлическая нога. Бадер с бестактностью молодости ляпнул:

«Должен сказать, что вы смотритесь чертовски смешно».

Явно обидевшись, толстяк ответил:

«Когда ты попробуешь эти штуки, то перестанешь думать, что это чертовски смешно».

Он тяжело протопал к дальней стене и принялся натягивать брюки.

«Присядьте сюда», — предложил Десуттер, указывая на стул.

Бадер уселся и приступил к тяжелой работе — начал снимать брюки. Десуттер представил ему двух своих ассистентов в белых халатах — маленького веселого Чарли Уокера и высокого мужчину в очках, которого звали Тьюлитт. Они помогли Бадеру раздеться, а потом Уокер натянул на левую культю длинный шерстяной «носок», после чего вставил ее в кожаное гнездо его новой левой ноги. Выше гнезда с обеих сторон ноги шли металлические пластинки, которые заканчивались чем-то вроде тугого кожаного корсета, который следовало надевать на бедро. Уокер затянул корсет. Десуттер сообщил:

«Вы обнаружите, что это слегка отличается от деревяшек. У вас будет 10 дюймов совершенно негнущейся голени, и вам придется поднимать ногу чуть выше, чем обычно, если придется через что-то перешагивать».

«Точно так», — подтвердил Уокер.

Он подал Бадеру костыли и вместе с Тьюлиттом помог ему подняться. Бадер прочно стоял на одной ноге и чувствовал себя прекрасно. Почти прекрасно. Гораздо более устойчиво, чем на деревяшке. Бадер сделал широкий шаг с помощью костылей, деревянная ступня зацепилась за мат, и он едва не упал.