Саша Чекалин - Василий Смирнов

Июньское солнце печет все сильнее. Даже листья на деревьях сморщились, поникли, а зеленая травка стала сухой, колючей, как шиповник.

«Искупаться бы», — мелькает соблазнительная мысль, хотя ребята час назад купались. Саша все еще не решается покинуть свой наблюдательный пост. Он подозрительно прислушивается к каждому шороху.

Не вытерпев, Саша резко свистит. По сигналу все разведчики его отряда разными тропами собираются к землянке.

— Словно сквозь землю провалились, — жалуются они, вопросительно глядя на командира.

— Вот что, ребята! — Саша уже принял решение. — Всем находиться у землянки. Далеко друг от друга не отходить. Зорко смотреть по сторонам. Командиром на время моего отсутствия будет Левка. Я сам пойду в разведку.

В кустах Саша прячет свой выточенный из дубовой планки меч и жестяной щит.

Неслышно, ползком крадется вниз по тропинке к реке.

Из-под руки, вильнув тонким голым хвостиком, выскальзывает юркая изумрудная ящерица. Пискнув, на пень взметнулась бурая жаба, вытаращив на Сашу свои водянистые немигающие глазищи.

— Чтоб ты подохла! — шепчет он, вздрогнув от неожиданности.

Продираясь сквозь густые заросли черемухи и ольшаника, он спускается к реке. Чуть булькнула вода, расходятся по неподвижной глади круги. Это Саша с головой погрузился в воду. Уметь проплыть под водой до противоположного берега может не каждый, но для Саши это несложное дело.

Снова булькает вода уже у противоположного берега. Из тростника выглядывает черная мокрая голова, мелькают темно-бронзовые от загара плечи и прилипшая к телу майка. Теперь путь лежит по вражеской территории. Легко, как белка, карабкается Саша на верхушку сосны. Сверху все видно как на ладони.

Сердце у Саши бьется, даже трудно становится дышать.

Вот на противоположном крутом берегу, у оврага, зашевелился кустарник. Это противник ползком перебирается через ложбинку. Значит, враг незаметно переправился через Вырку и теперь уже близко от землянки!

Саша быстро соскальзывает вниз и снова ныряет.

«Только бы опередить врага, поспеть», — лихорадочно думает он. В самый решающий момент командир появляется на посту весь мокрый, облепленный зеленой тиной.

— Ко мне! — кричит он, схватив оружие. На ходу перегруппировав силы, гарнизон стремительно бросается на врага, ошеломляя его неожиданной контратакой.

Звонко лязгают мечи о железные щиты. Взрываются «гранаты», вздымая сплошную серую пелену пыли. И сразу же вспотевшие, разъяренные битвой горцы превращаются в чернокожих. Белеют только зубы и сверкают глаза.

Саша бьется отчаянно. Его почерневшая майка и сверкающий на солнце щит мелькают то в одном, то в другом месте.

— За мной! — пронзительно кричит он, видя, что белые уже дрогнули и попятились, все еще упорно сопротивляясь.

Охваченный боевым азартом, командир гарнизона забывает все на свете. С ходу он стремительным ударом выбивает меч у Степка. Егорушка, поверженный на землю, отчаянно извивается под Сашей, тщетно стараясь избежать позорного плена.

— Пусти-и!.. — хрипит он, оскалив мелкие и острые, как у лисенка, зубы. Но уже поздно. Егорушка обезоружен и лишен своего воинского звания — белой повязки. Неприятель с позором отступает, израсходовав все свои боеприпасы и неся потери. Самодельная труба в руках Витюшки голосисто поет, возвещая о том, что красные победили.

Быстро заключается мир.

Почерневшие от взрывов «гранат» командиры обоих отрядов, Степок и Саша, дружелюбно пожимают друг другу руки. Вокруг них, тяжело дыша, стоят такие же черные доблестные воины.

Все отправляются на речку, — нужно быстрее смыть следы ожесточенной битвы.

— Вы храбро сражались, — одобрительно говорит Саша своим бывшим противникам, когда горцы лежат после купания на песке, отдыхая и набираясь сил. — Мы навалились на вас, а вы ни с места…

Выстиранные разноцветные майки и трусы пестреют на траве. Рядом лежат мечи и щиты.

— Здорово ты меня, — морщится Саша, поглаживая вздувшийся на лбу синяк.

— Ты же меня сам стукнул, — оправдывается Степок, — я тебя нечаянно.

— Знаю, что не нарочно. — Саша не сердится. Синяки и царапины только закаляют горцев, приучают их к суровой военной жизни.

— В следующий раз мы по-другому будем играть, — сообщает Саша. — Интереснее, чем сегодня. — Его темно-карие глаза улыбаются, смуглое облупленное лицо горит после купания. Блестят белые ровные зубы.

— Ты мастак на выдумку, — одобрительно говорит Левушка, с уважением посматривая на друга.

— Смотри, завыркинцы идут!.. — замечает кто-то из ребят, поднявшись на пригорок.

Горцы настораживаются…

Теперь уже не выдуманная, а самая настоящая опасность нависает над коммуной горцев.

Все вопросительно смотрят на Сашу. Глаза у него горят, ноздри раздуваются.

— Ребята!.. Не пропустим?.. — спрашивает он и тихо командует: — Живо!.. В кусты… Спрячемся в засаде…

Мгновенно гористый берег Вырки пустеет. Только шевелится наверху у землянки кустарник.