Никто, кроме нас - Олег Шабловский

- Мда, тяжелый случай - Андрей попытался зайти с другой стороны - мамаш немцы на хуторе есть?

- Ни, нимае нимцив - темное, сморщенное словно печеное яблоко лицо селянки выразило искреннее недоумение - з виткеля тут нимцы? Воны ще у осьмнадцатом роце уйшлы. Так кто ж вы таки хлопцы будыте?

- Не в себе бабка - негромко заметил Игнатов.

- Да, ничего нам здесь не светит. Однако, похоже, фрицев действительно здесь нет - согласился Андрей - ладно, будь здорова мать, пойдем мы.

- Спаси Христос, хлопчики, спаси Христос - закивала головой старуха, провожая бойцов безмятежным взглядом блекло голубых глаз.

Карасев подошел к углу хаты, осторожно выглянул. У колодца, поставив на землю полные ведра, о чем-то оживленно судачили меж собой две моложавые, что называется кровь с молоком хуторянки. Чуть в стороне резвилась стайка ребятни. Нет даже намека на присутствие противника. Мир и спокойствие, вроде и никакой войны. Живут себе селяне размеренным, привычным жизненным укладом. С одного из дворов выкатилась телега, запряженная неказистой, рыжей кобылкой. Возница - паренек лет четырнадцати в полотняной рубахе, закатанных до колен штанах и черной, видавшей виды кепке ловко запрыгнул в повозку, развалился в ней, свесив босые, грязные ноги и щелкнул вожжами. Лошаденка тряхнула головой, и телега неспешно покатила по пыльной улочке.

Сельцо продолжало жить своей мирной беззаботной жизнью. От веселой стайки малышни отделился мальчишка лет десяти и опрометью, взбивая пыль босыми пятками, побежал к хате, за которой прятались пограничники. На ходу развязывая тесемку полотняных штанов, свернул за угол, да так и остановился, столкнувшись нос к носу с вооруженными незнакомцами.

- Тихо, не бойся - поспешил успокоить паренька боец.

- А я и не боюсь - пацан шмыгнул, утерев нос рукавом, второй рукой продолжая удерживать сваливающиеся штаны - ты дядьку красноармеец?

- Вроде того.

- Понятно - мальчишка, вспомнив зачем он сюда пришел, справил нужду и завязывая порты, как бы промежду прочим деловито бросил через плечо - вы, у село не ходите.

- Немцы? - вскинулся Андрей.

- Ни, нимцив нема - возразил пацан - тильки дядьку Пылып с мужиками вже троих ваших словил и у сарайке держит. Вин говорит, советы кончились. А теперь як нимцы придут, вин им москалей - комиссаров выдаст и за то нам усим от новой власти почет и уважение будет.

- Вон значит как. Ну а вы чего?

- А мы чего, мы ничего. Мамка говорит що дядку Пылып гад и перед нимцами выслуживается, щоб воны ему грошей дали. Тильки неможно так. У нас батька у Красной Армии. Як жеж можно?

- Как звать то тебя?

- Иваном кличут - важно пояснил малец.

- Так где Иван ты говоришь сарайка та?

- Та вон, яка сама велыка хата, то Пылыпова. А во дворе сарайка.

- Так как же он их поймал то? Красноармейцы это же не зайцы. У них и оружие есть. Они что не сопротивлялись? Сколько у него мужиков то?

- Тю - пацан, как-то по-взрослому, ухмыльнулся - та зайцив труднее спойматы було. А мужиков - два сына, да кум. Пылыпов кум - Остап пьяный на все село трепал, що воны их горилкой напоилы и повязалы чуть теплых. Ладно пийшов я, а вы смотрите, не ходите у село.

- Хорошо - кивнул Карасев - а ты про нас не проболтаешься?

- Ни - парнишка возмущенно замахал руками - чи я зовсим дурный, чи шо?

Некоторое время Андрей наблюдал, как мальчик, старательно не оглядываясь, неспешно направляется к играющим у колодца сверстникам. С одной стороны в добрых намерениях своего недавнего собеседника он не сомневался, но с другой стороны, ребенок есть ребенок, нельзя быть уверенным ни в чем. В любом случае надо действовать, в конце концов, по приближении основного отряда пограничников бандиты могут попросту ликвидировать захваченных военных и спрятать улики. Значит нельзя дать им такую возможность.

- Ну что - Андрей повернулся к напарнику - пойдем, потолкуем с этим Филиппом что ли.

- Можно - Игнатов нехорошо усмехнулся, огладив ствол пулемета - расскажем кулачью, куда советская власть делась.

Выбравшись из своего укрытия, они не торопясь двинулись к самому большому подворью, стоявшему в центре селенья. На громкий стук в добротные дощатые ворота, под громкий собачий лай вышел сам хозяин - крепкий широкоплечий, седоватый мужик лет пятидесяти. Некоторое время он стоял, молча, цепким внимательным взглядом изучая незваных гостей

- День добрый уважаемый - вежливо поздоровался Карасев, натянув на физиономию самую простецкую улыбку - водички не найдется?

- Так вон жеж колодец, пей, не хочу, или - мужик ухмыльнулся - так пить охота, что аж переночевать негде?

- Ага - жизнерадостно заржал Андрей - а еще пожрать бы не мешало.

- Ну, вы хлопцы хваты - Филипп шире открыл калитку - ну заходьте, колы так, добрым людям всегда рады.

Парни шагнули внутрь, а селянин прежде чем закрыть за ними ворота, как он думал незаметно, окинул улицу подозрительным взглядом.

Огромный черный пес, рванувшийся было к гостям с самыми недружелюбными намерениями, получил добрый пинок хозяйского сапога, и недовольно ворча, уполз в конуру. Здоровенный детина, орудующий деревянными вилами у сеновала, окинул вошедших делано-безразличным взглядом и спокойно продолжил работу.

- Ну, ступайте до хаты - добродушно проворчал радушный хозяин - а я жинке кажу, нехай на стол соберет. Та пукалки свои вон хоть у дверей поставьте что ли не боитесь, никто их не тронет.

Словно по мановению волшебной палочки на широком столе, стоящем посреди просторной горницы появились миски со снедью, сноровисто расставленные хозяйкой - маленькой, хрупкой, старающейся быть незаметной женщиной. У изрядно оголодавших за время блуждания по вражеским тылам бойцов даже желудки радостно заурчали от предвкушения роскошной трапезы, а Филипп, многозначительно подмигнув, извлек откуда-то и водрузил на середину стола двухлитровую бутыль, запотевшую, наполненную прозрачной как слеза жидкостью.

- Ну що хлопцы, за здоровьице - он наполнил самогоном до краев два граненых стакана.

- А ты чего отец - Андрей поднял свой стакан, вопросительно посмотрел на селянина - с нами не примешь? По маленькой?

- Ни, у мене зараз еще дел невпроворот - махнул рукой селянин - а вы пейте, пейте. У мене горилка дюже гарна.

- Д а я вот для начала спросить хочу - Карасев с трудом сглотнув голодную слюну поставил на стол прохладный стакан и придвинувшись вплотную к сидящему рядом хозяину дружески обнял его за плечи - ты отец, нам отдохнуть в сарайке постелешь?

- Можно и в сарайке - мужик, почуяв неладное, попытался освободиться от "дружеских" объятий, левая рука его скользнула в карман пиджака - а ты чего это хлопче?

- Спокойно дядя - подсевший с другой стороны Игнатов перехватил и выкручивая, сжал его кисть, другой рукой извлекая из кармана селянина блеснувший вороненой сталью "наган".