Большой конфликт - Берт Хеллингер

бы разрешить в душе какой-то вопрос со своей матерью, что-то, что причинило ему в детстве боль. Я сказал: «К чему это? Тебе ведь уже недолго осталось». Затем я попросил его закрыть глаза – он сидел рядом со мной – и сказал ему: «Представь, что перед тобой стоит смерть. Слегка склони перед ней голову». Было видно, что в душе он долго боролся с собой. Но потом у него по щекам потекли слезы, и он сделал легкий поклон. Никак не вмешиваясь, я полностью предоставил его движениям его души. Минут через десять он открыл глаза. Я спросил: «Как ты себя сейчас чувствуешь?» Он ответил: «Спокойнее».

Это и есть феноменологическая психотерапия. Я не вмешиваюсь со стороны. Я позволяю его душе предстать перед реальностью – такой, какая она есть. Это та реальность, которая действует, когда она выходит на свет и когда на нее смотрят.

«Я русская»

В феноменологическом методе человек открывается ситуации как она есть, без предположений и опоры на какую-либо теорию. Тогда вдруг проступает главное, то, что является ключом ко всей ситуации. Иногда это всего лишь одно слово, и это слово меняет все.

Приведу подходящий здесь пример. Несколько месяцев назад на Международном конгрессе по системным расстановкам в Вюрцбурге я целый день демонстрировал семейные расстановки. Одна клиентка сказала, что она родом из Казахстана, но уже достаточно давно живет в Германии. Я спросил ее, что произошло в ее родительской семье. В ответ она рассказала, что ее предки были выходцами из Германии и в свое время переселились в Россию. Один ее дед погиб в трудовом лагере, на долю других бабушек и дедушки тоже выпали тяжелые испытания.

Сначала я поставил ее бабушек и дедушек, а напротив них – заместительницу для России. После этого сбоку от России я поставил трех заместителей для немецких солдат. У заместительницы России – на самом деле матушки-России – это вызвало много чувств и боли. Один из заместителей немецких солдат стоял очень прямо и совершенно неподвижно. Но постепенно его охватила сильная боль, и он глубоко склонился перед заместительницей России. Заместительница России его обняла.

Тогда я ввел в расстановку саму клиентку и попросил сказать одну-единственную фразу. Это была феноменологическая фраза. Никто не пришел бы к ней путем размышлений. Я попросил ее сказать России: «Я русская». Сначала она сопротивлялась, но потом произнесла эти слова: «Я русская». В этот момент ее бабушкам и дедушкам стало лучше.

Почему эта фраза была важна? Многие немцы, давно уехавшие жить в Россию, отказывались признавать принявшую их страну своей новой родиной и благодарить за то, что они от нее получили.

Когда женщина произнесла эту фразу: «Я русская», в ее душе что-то изменилось. Сегодня утром ко мне подошла ее терапевт – она здесь, потому что хочет пойти на мой семинар, – и рассказала, как эта фраза повлияла на жизнь клиентки. Она была скрипачкой, с четырех лет играла на скрипке и получила образование как солистка. Но с тех пор как она переехала в Германию, она больше не могла играть. Через несколько недель после расстановки она снова вернулась к игре на инструменте, очень быстро набрала форму, сдала все экзамены и получила диплом по скрипке. К ней вернулась русская душа.

Громкие аплодисменты в зале.

Это и есть феноменологическая психотерапия. Никакая теория не могла бы привести меня к этой фразе. Но поскольку я без каких-либо предубеждений открылся этой ситуации, она мне пришла. И ее оказалось достаточно.

Некоторое время назад я написал одну историю, где я сравниваю научный и феноменологический путь познания. История называется «Два рода знания».

Два рода знания

Спросил ученый мудреца,

как единичное сосуществует с целым

и чем отлично знание о многом

от знания о полноте.

Мудрец ответил:

«Становится разрозненное целым,

когда свое находит средоточье

и начинает действовать совместно.

Лишь через средоточье множество становится

действительным

и важным,

и полнота его тогда нам кажется простой,

почти что малой,

как та спокойная,

на ближнее направленная сила,

что остается внизу

и близко к основе.

Поэтому, чтоб полноту постичь

или о ней поведать,

мне нет нужды в отдельности все знать,

рассказывать,

иметь,

и делать.

Ибо, кто хочет попасть в город,

через одни ворота входит.

Кто в колокол ударил раз,

одним лишь звуком будит многие другие.

Тому, кто с ветки яблоко сорвал,

не нужно вникать в суть его происхожденья.

Он просто держит его в руке

и ест».

Ученый возразил:

«Кто хочет истины,

тот каждую подробность знать обязан».

Мудрец и это опроверг:

«О старой истине известно очень много.

Та истина, что путь прокладывает дальше,

нова

и требует отваги.

Ибо исход ее,

как дерево в ростке,

в ней же самой сокрыт.

И потому, кто действовать не смеет,

желая больше знать,

чем позволяет следующий шаг,

тот упускает то, в чем сила.

Монету

он принимает за товар,

а из деревьев

делает дрова».

Ученый посчитал,

что это только часть ответа,

и попросил

дальнейших объяснений.

Но мудрец лишь головою покачал,

поскольку полнота сначала, что бочка,

молодого полная вина —

оно сладко и мутно.

Дать нужно время ему

перебродить,

пока оно прозрачным станет.

Кто будет пить,

не ограничившись глотком на пробу,

тот потеряет равновесие.

Вот то, что я хотел сказать о разнице между научной и феноменологической психотерапией.

Уровни совести

С помощью феноменологического метода я за шесть лет выяснил, как действует человеческая совесть. Многие считают, что если человек следует своей совести, то он поступает хорошо. Многие даже полагают, что голос совести – это голос Бога, который говорит им, что нужно делать. Но я обнаружил, что это не так.

Если вспомнить события последних недель, мы увидим, что люди, атаковавшие Всемирный торговый центр в Нью-Йорке, следовали своей совести. Они действовали по совести. Они были верны своей группе и потому считали, что забрать с собой на тот свет множество невинных людей вполне оправданно. Их совесть это оправдывала. Вы можете наблюдать это и в