Нормандия 1944. Битва за плацдармы - Евгений Леонидович Хитряк

чисто планирующего органа превратился в оперативный штаб. Ему предстояло определить, какие силы и средства необходимы для успешного проведения операции; отобрать конкретные боевые подразделения, которые будут задействованы во вторжении, и разработать для них программу усиленной подготовки; организовать необходимые разведывательные мероприятия для получения самых подробных сведений о состоянии вражеской обороны; разработать и претворить в жизнь меры по введению противника в заблуждение относительно планов союзников.

Большой обман

Масштаб мероприятий по введению противника в заблуждение, сведенных в операции «Фортитьюд» (Fortitude) и «Бодигард» (Bodyguard), был действительно огромным. Высокое искусство обмана основано на способности убедить противника в том, что вы предпримете те шаги, делать которые не намерены. Самый действенный способ добиться этого состоит в том, чтобы выяснить, во что противник готов поверить, и продолжать убеждать его в этом, а самому действовать совершенно иначе. Именно это с успехом удалось провернуть союзникам. Подоперация «Фортитьюд Север» (Fortitude North) имитировала за счет симуляции радиопереговоров и искусственной утечки информации концентрацию на территории Шотландии большой группы войск для предстоящего вторжения в Норвегию. Немцы заглотнули наживку, и до 16 июня ни один немецкий солдат не был переброшен из Норвегии во Францию. Секретная служба радиоперехвата «Ультра» установила, что в высших немецких штабах считают наиболее вероятным местом высадки союзников район Па-де-Кале. Это заблуждение решено было усилить с помощью подоперации «Фортитьюд Юг» (Fortitude South). Она оказалась настоящим шедевром, который продолжал работать даже после того, как союзникам удалось осуществить прорыв с берегового плацдарма вглубь Франции. Чтобы добиться желаемых результатов, была создана фиктивная 1-я американская армейская группировка (FUSAG) под командованием яркого командующего генерала Джорджа Паттона. Именно его немцы считали наиболее вероятным кандидатом на пост командующего силами вторжения. Паттон часто попадал в объектив фотокамер в ходе инспекций войск в юго-восточной Англии. Танки, транспортные средства, лагеря, склады, не слишком хорошо замаскированные, были на самом деле надувными и деревянными макетами, как и десантные суда, которые вырастали как грибы после дождя вдоль берегов рек Темза и Медуэй. Радио-трафик, сопровождающий деятельность столь крупной группировки войск, достаточно легко перехватывался немецкой разведкой. А шпионская сеть поставляла ценную детальную информацию о намерениях, организации и численности FUSAG. На самом деле вся эта информация была «липой».

Надувной макет американского танка M4 «Шерман» на юге Англии. Подобные муляжи военной техники использовались в рамках операции «Фортитьюд» для имитации развертывания ложных армий союзников в Эдинбурге и на юге Англии, целью которой было отвлечение внимания немцев от Нормандии.

К концу 1942 года на территории Британии не осталось ни одного активного немецкого шпиона. Те, кто продолжал поставлять информацию из Туманного Альбиона в Берлин, были перевербованы и работали в интересах союзников. Отдельного упоминания заслуживает агент Хуан Гарсия Пужоль, более известный под кличкой «Гарбо». Абвер завербовал Пужоля в Испании, незадолго до его переезда в Великобританию. Устроившись в Южной Англии, он доложил, что развернул сеть из 27 «источников», проживающих в разных точках южного побережья страны. «Гарбо» передал эту сеть в распоряжение своего немецкого куратора в Испании Карла Эриха Кюленталя. Тот был настолько впечатлен информацией, добываемой сетью Пужоля, что немедленно направлял ее в штаб военной разведки в Берлине. Абвер сообщал «Гарбо»: «Ваша деятельность и полученная информация дают прекрасное понимание о происходящем в стане противника. Рапорты имеют невероятную ценность для нас».

Высший секрет союзников — искусственная гавань «Малберри», позволившая выгружать на побережье Нормандии военную технику, личный состав и грузы снабжения в рамках наращивания сил на береговом плацдарме.

На самом деле Пужоль практически сразу после переезда в Англию раскрылся властям и стал двойным агентом (по некоторым данным он был убежденным антифашистом и намеренно дал себя завербовать немцам по просьбе британской разведки, с которой вошел в контакт еще в годы Гражданской войны в Испании). В течение двух лет агент «Гарбо» передавал немцам хорошо завуалированную фальшивую информацию, которая все это время воспринималась за чистую монету. 25 ноября 1944 года за решающий вклад в успех операции «Фортитьюд» Пужоль был награжден орденом Британской империи. По иронии судьбы, тремя месяцами ранее по представлению главы Абвера за самоотверженную деятельность в пользу Рейха Пужоль был награжден Железным крестом 2 класса.

В сообщениях сети «Гарбо» силы союзников в Великобритании были преднамеренно увеличены, чтобы убедить немцев, что сильно укрепленный район Па-де-Кале находится в серьезной опасности. В марте 1944 года Абвер докладывал, что FUSAG «состоит из трех армий по три корпуса в каждой, в общей сложности группировка насчитывает 23 дивизии, среди которых локализация лишь одной требует дополнительной перепроверки. Сообщения подтверждают нашу оперативную картину». В конце концов, немцы уверились, что на Британских островах сконцентрировано от 85 до 90 дивизий союзников наряду с семью воздушно-десантными дивизиями. Фактически же союзники на тот момент располагали только 35 дивизиями, включая три воздушно-десантных. Фиктивная армия продолжала функционировать и после дня «Д», причем крайне успешно. 10 июля, спустя пять недель после высадки в Нормандии и всего за две недели до начала операции «Кобра» (Cobra), Роммель докладывал фон Рундштедту:

«В настоящее время противник располагает 35 дивизиями в районе высадки.

В Великобритании еще 60 дивизий находятся в режиме ожидания, 50 из них могут быть в любой момент переброшены на континент. Нам следует считаться с вероятностью крупной высадки 1-й американской группы армий на севере для стратегической операции в поддержку армий Монтгомери с последующим крупным прорывом к Парижу».

Секретные новшества

Другой стороной деятельности COSSAC являлось курирование процесса разработки новой техники, вооружения и оборудования, предназначенных для упрощения высадки, снижения потерь и обеспечения войскам необходимой поддержкой в первые дни и недели после вторжения.

В первую очередь к таким новшествам относились уже упомянутые гавани «Малбери», состоявшие из бетонных кессонов «Феникс» (Phoenix), позволяющих возвести искусственные молы, стальных кессонов «Вэйл» (Whale) для сооружения набережных и специальных понтонных переправ, соединяющих набережные с берегом. В июле 1943 года решено было построить в Нормандии две таких