Штрафники против асов Люфтваффе. "Ведь это наше небо..." - Георгий Савицкий

Основным узлом обороны всей «Голубой линии» была станица Крымская, расположенная на острие удара Северо-Кавказского фронта. Через эту станицу проходили железнодорожные и автомобильные дороги на Новороссийск, Тамань и Темрюк.

И сейчас как раз они летели на разведку этой станицы, утопающей в первых, самых нежных апрельских цветах. Совсем скоро эта нежная бело-розовая кипень будет втоптана в жирную грязь, сожжена огнем, закопчена дымом…

А пока в обманчиво-мирном и прозрачном воздухе проплывали лишь редкие облака.

* * *

— Не нравится мне все это, командир, — сообщил воздушный стрелок-радист по СПУ[2].

— Ничего, Леха, прорвемся, у нас охрана хорошая.

Словно бы в подтверждение его слов у правой плоскости с размытым прозрачным диском воздушного винта мелькнула пара краснозвездных «ястребков». Разогнавшись на пикировании, они снова ушли вверх, чтобы, набрав высоту, снова спикировать. Такой маневр, «маятник», позволял экономить топливо и одновременно с этим иметь достаточный запас топлива для длительного полета.

— Командир, приготовься, подходим к станице Крымская, — сверившись с картой, сказал штурман.

— Понял, командуй, — сказал летчик, передавая бразды правления штурману.

На аэрофоторазведке, как, собственно, и при бомбометании, очень важно было выдержать курс, высоту и скорость, пройти над объектом «по ниточке».

— Ворочай влево двадцать пять.

— Понял. — Летчик повернул штурвал влево.

— Стоп! На боевом курсе! Так держать… — Штурман включил автоматические фотоаппараты, и теперь они бесстрастно фиксировали наземную обстановку.

Сейчас экипаж бомбардировщика выполнял маневр, который летчики с мрачным юмором окрестили «мечтой зенитчика»: самолет шел ровно, не маневрируя, с постоянной высотой и скоростью.

Зенитные расчеты люфтваффе[3]решили не упускать такой возможности и осуществить мечту. По сторонам от идущего «по ниточке» Пе-2 распустились белые облачка разрывов зенитных снарядов. С земли потянулись сверкающие строчки зенитных автоматов.

Ударные волны от разрывов швыряли бомбардировщик в разные стороны.

— Держать на курсе!!! — прорычал в ларингофоны штурман.

Летчик, отбивая себе пальцы о пляшущий в руках штурвал, изо всех сил парировал бешеную силу разрывов немецких зенитных снарядов. Вокруг бомбардировщика свистели осколки, безжалостно рассекая плоскости и фюзеляж сотней стальных когтей.

Все-таки когти добрались до добычи: очередной разрыв зенитного снаряда упруго толкнул ударной волной в правое крыло «пешки». Чихнул и сбился с ровного гула, затарахтел, захлебываясь, правый двигатель.

— Растет температура масла! — встревоженно доложил летчик.

— Держи курс, уже немного осталось!…

Пе-2 упорно шел над объектом, фотографируя прекрасно видимые с высоты линии траншей, долговременные огневые точки, капониры орудий, спрятанные под камуфляжными сетями полевые склады боеприпасов, горючего, подъездные и рокадные дороги[4].

— Разворот! Разворот! — хлопнул по плечу летчика штурман. — Съемка завершена, уходим!

— Понял. — Летчик вывернул штурвал и «дал» вперед правую ногу до отказа, закренив бомбардировщик

Взревев двигателями, «пешка», словно норовистая лошадь, почуявшая скорую дорогу домой, рванулась вперед. Для правого мотора это напряжение стало чрезмерным. Он окутался дымом, а винт замер, остановив свой бег.

— Твою ж бога душу мать! — выругался летчик, пытаясь триммерами убрать тенденцию к развороту и вообще удержать заметно «клюющий» носом Пе-2. Хорошо еще, что система управления у пикирующего бомбардировщика — электромеханическая, «на руках» такую машину, к тому ж поврежденную, не вытянуть и вдвоем.

Бомбардировщик шел зигзагами, маскируясь облаками, но волочащийся позади него предательский черный шлейф выдавал его.

— А чего тихо так? — спросил вдруг штурман.

— А ты догадайся! — зло ответил летчик, увеличивая до максимальных обороты левого двигателя. «Истребительный» мотор ВК-105РА, лишь немного отличающийся модификацией от тех, что были установлены на истребителях прикрытия Як-9, жалобно взвыл.

Штурман понял. И стал быстро готовить к бою свой пулемет УБТ, «Универсальный Березина турельный». Крупнокалиберная скорострельная машина смерти располагалась в специальной экранированной турели ВУБ-1. Неслышно за ревом перегруженных моторов лязгнул затвор, досылая первый патрон из ленты в патронник.

В хвосте стрелок-радист проверил, как перебрасывается двуствольная «спарка» ШКАСов, и нырнул вниз, к турельной установке крупнокалиберного пулемета Березина.

Все понимали: зенитная артиллерия умолкла, давая «зеленую улицу» более страшному противнику бомбардировщика — истребителям люфтваффе.

— Ну, суки, сто немытых вам в душу, подходи по одному! — зло цедил сквозь зубы бортстрелок. Он прекрасно знал, что этот воздушный бой для них закончится очень быстро…

* * *

Размалеванные пиковыми тузами и драконами «Фокке-Вульфы-190» атаковали внезапно, двумя звеньями со стороны солнца. Но не успели они выйти на дистанцию эффективного огня, как из-за облаков на них обрушилось звено прикрытия капитана Александра Волина.

Командир эскадрильи штрафников возглавил атаку первой пары, в то время как вторая осталась на высоте, координируя и прикрывая действия Волина и его ведомого.

Немецкие летчики, осознавая свое преимущество в численности и технике, начали бой весьма агрессивно, навязывая паре отчаянно-храбрых краснозвездных «ястребков» лобовые атаки. Но асы люфтваффе в своих бронированных «Фокке-Вульфах» даже и не подозревали, что кроме смелости у советских летчиков есть еще и мастерство. И быстро за это поплатились, ведь атака в воздушном бою длится считанные доли секунд, особенно — лобовая.

Александр Волин дал ручку от себя, ловя в прицел «лобастый» силуэт FW-190A4. Он знал, что мотор воздушного охлаждения, как щитом, прикрывает летчика радиально расположенными цилиндрами, поэтому выполнил скольжение и открыл огонь по центроплану немецкого «суперистребителя» в то место, где правое крыло соединяется с фюзеляжем.

Пальцы нажали на гашетки пушки и пулемета на долю секунды раньше, чем прямо в лицо брызнули огненные росчерки очередей четырех пушек и двух крупнокалиберных пулеметов «Фокке-Вульфа», чтобы рассечь огненными плетьми воздух над кабиной Як-9 командира истребителей-штрафников. Капитан Волин увидел, как отлетает в сторону правая плоскость гитлеровского истребителя, отсеченного сверкающей очередью скорострельной авиапушки ШВАК. Она способна не то что крыло, а и сам немецкий самолет перепилить потоком 20-миллиметровых остроносых бронебойных и осколочно-зажигательных снарядов!