Утомленное солнце - Владимир Колычев

– Понял, сейчас… Ты, Римма, здесь меня подожди. Я еще не договорил… Или ты торопишься?

Она мотнула головой. Глаза счастливые. Нет, она никуда не торопится и готова ждать его сколько угодно. Хоть целую вечность…

Артем передал Римму под ответственность дежурного по штабу.

– Хоть одно сальное словечко в ее адрес, мертвую петлю на шею и в штопор! Мужики соскучились по бабам, а тут молодая девчонка. Вдруг у кого-то масляный фильтр в голове потечет… Что ни говори, а Римма девчонка симпатичная, даже более того. И хотя Артем не питает к ней пылких чувств, но, если понадобится, приставит тормоза к шасси любого ухаря, позарившегося на нее…

Артем явился к командиру полка в кабинет, который когда-то занимал Палыч. Майор Дудин смотрел на него насмешливо-добродушно. Улыбались и командиры других эскадрилий, начальники технических служб.

– Гудимов, ты чего это детский сам здесь развел?

– Этот детский сад на фронт рвется… Девчонки, которые здесь на планерах летали. Одних уже в летную школу отправили, другие только собираются…

– Летная школа это, конечно, хорошо, – нахмурился Дудин. – Но зачем баб туда брать, не понимаю? Пацанов, что ли, не хватает… Да, кстати, к нам пополнение прибывает. Как раз из такой вот летной школы…

– Инструкторы? – оживился Артем.

– Ага, инструкторы бумажных самолетиков с ускоренных курсов…

– Ускоренные курсы – это плохо, – помрачнел Артем.

Сокращенная программа обучения пилотов была введена в действие еще до войны. Он хорошо помнил, как его училище было переведено с трехгодичной на годичную подготовку летчиков. Но это, оказывается, был еще не предел. Появились школы, где пилотов готовили в течение семи месяцев – вроде бы им даже не светила возможность стать старшим летчиком. Но даже если бы и светила, они все равно не успевали дорасти до ведущего. С началом войны эти «мастера» вступали в бой с немецкими асами и гибли пачками. И сейчас на фронт гонят сырые дрова. Дрова-то сырые, а гореть будут как смоляные факела…

– Плохо, – искренне согласился Дудин. – Но других нет…

– А техника? Самолеты новые обещали, – напомнил Артем.

– Будут самолеты. И летчики будут. Самолеты готовить к вылету, а летчиков доводить до кондиции. И чтобы технику до боевых вылетов не угробили…

Командир говорил о задачах хоть и недалекого, но все же будущего. Спокойно говорил, без нажима. Но вот голос его затвердел, взгляд похолодел. Разговор пошел о делах насущных. Размещение и рассредоточение самолетов, личного состава, маскировка, обеспечение материального и технического обслуживания, боепитание и т.д. и т.п. Не упустил Дудин и организацию пропускного режима. Чтобы никаких посторонних на режимном объекте.

Совещание закончилось не скоро. Озадаченный под завязку Артем торопился исполнять ценные указания. К тому же и своих собственных задач хватало. А тут еще Римма. Сейчас ему было не до нее.

– Надо будет встретиться, поговорить… – скороговоркой сказал он.

– Надо… А где встретимся? Когда?

– Сюда тебя больше не пустят, нельзя. А встретимся мы… Адрес я твой знаю – как-нибудь загляну. Или изменился адрес?

– Нет, все по-старому… Я тебя буду ждать!

Артема смущал ее жаркий чувственный взгляд… Может, и не стоит с ней встречаться, а то как бы далеко не зашло…

– Только скоро меня не жди. Сейчас дел по горло. А там боевые вылеты… Я тебя вот о чем хочу попросить, ты к моей матери сходи, скажи, что я здесь рядом, жив-здоров и, как только появится время, загляну к ней…

Родной брат Артема воевал на флоте где-то под Ленинградом. Отец и сестра эвакуировались на восток вместе с заводом, на котором работали. Дома осталась одна только мать. Отец пытался уговорить ее ехать вместе с ним, но та ни в какую.

– Ты правда, так занят?

– Ну ты же сама видишь, мы не в бирюльки здесь играем… Скажи матери, что за дом пусть не беспокоится. Не дадим немцу его разбомбить…

– А меня будешь охранять?

– Обязательно… Ну все, извини, некогда. До встречи. Тебя проводят…

Римма уходила со счастливой улыбкой на губах. Артем же забыл про нее, как только оказался возле своих самолетов. Забот у него полный бензобак. И еще подвесной бак в придачу…

* * *

Немцы неудержимо рвались к Москве. Особенно мощным был удар с северо-западного направления. 16 ноября у разъезда Дубосеково двадцать героев-панфиловцев ценой собственной жизни остановили танковый удар и уничтожили восемнадцать бронированных машин…

Авиационный полк майора Дудина получил четырнадцать новых самолетов, а вслед за этим прибыло пополнение, основную часть которого составляли молодые летчики. Артему досталось шесть машин, упакованных в огромные ящики-контейнеры. Пришлось повозиться с ними, чтобы собрать, довести до ума. Но этим занимались техники, Артем всего лишь руководил и направлял. Куда больше мороки было с пополнением в живой силе. Молодые летчики рвались воевать, но со скрипом выполняли элементарные приемы ведения боя. Даже в паре летать толком не умели. Знание матчасти практически нулевое. И это при том, что этих ребят целенаправленно готовили к полетам на «Яках»…

Артему приходилось разрываться, чтобы успеть везде и во всем. Боевые вылеты никто не отменял, приходилось подниматься в воздух и выходить на перехват вражеских бомбардировщиков, которые все чаще шли к Москве в сопровождении истребителей. В свободное от выполнения боевых задач время он занимался с молодыми лейтенантами – готовил их к первым учебно-боевым вылетам. И новые самолеты требовали постоянного внимания. То с одним закавыка, то с другим.

На личную жизнь не оставалось ни секунды свободного времени. Впрочем, на это он не роптал. Какая может быть личная жизнь во время войны?.. Домой к матери он еще худо-бедно заходил, но к Римме не заглянул ни разу. Про Владу он не думал вообще. Он был уверен, что ее нет в городе. Яков Никифорович и Елизавета Георгиевна эвакуировались вместе с заводом, это он знал точно. Влада могла уехать с родителями, но скорее всего она сейчас в Туркестане, где у мужа осталась квартира. Там дома не бомбят и не жгут…

Двадцать третьего ноября фашисты захватили города Клин и Солнечногорск. Линия фронта стремительно приближалась к Тушину. До аэродрома доносилась артиллерийская канонада, по ночам можно было наблюдать зарево пожаров. Артем практически не покидал кабины самолета. То боевой вылет, то боевое дежурство – в любой момент в небе могли появиться бомбардировщики или штурмовики. И они, как правило, не заставляли себя ждать. Но и летчики полка не зевали, вовремя поднимали машины и бросали их в бой. В конце концов от четырех боеспособных летчиков в его эскадрилье остались только двое – он сам и Алексей Лодыгин. Пришлось поднимать в воздух молодежь…

Стрелка высотометра показывала три с половиной тысячи метров, когда в поле зрения появились бомбардировщики. Артем насчитал девять машин. Опережая их, неслись две пары истребителей. Вражеские самолеты шли на Тушино. И первым на их пути будет его родной поселок Алешкино…