Летом перед грозой - Дмитрий Валерьянович Лекух

Глава 30

…На самом деле, рюкзак, когда я его загрузил рыбой, весить стал вполне себе даже и ощутимо.

Я аж даже «перевзвесил» две первые, припрятанные «трешки»: так и есть, одна три с половиной, вторая – вообще под четыре килограмма.

Если быть совсем точным – три восемьсот семьдесят пять.

Ого.

Нормально, в общем-то.

Продовольственная программа, можно считать, – выполнена, больше я в Москву не повезу, а на сашими и мужики поймают. Или даже одну можно порезать сейчас, до возвращения я пару хвостов-то и у лагеря всегда взять смогу.

Там еще под камушком меня где-то спущенная «десятка» ждет.

Если ждет, конечно.

Но сегодня – все равно больше ловить не стоит.

А то и пресыщение наступить может определенное, а это – нехорошо…

…Покряхтел, сложил аккуратно спиннинг, перехватил концы специальными резинками, чтоб при переноске не мешали, закинул рюкзак с рыбой и приманками за спину, внимательно огляделся.

Ага.

Вот за тем вон мыском совершенно точно либо Славян, либо Глебушка ловить должны: я, когда шел, камушки там вполне достойные видел, точно не могли пропустить. Подкинул чуть рюкзак, чтобы лямки поменьше впивались в плечи, да и пошел ломиться в избранном направлении через низкий, но густой и колючий полярный кустарник.

Хорошо, что еще тропинка была…

…За мыском горел костерок, у которого танцевали двое.

Мама дорогая!

Да они же дерутся!!!

У Глеба глаз уже довольно достойно подбит, Славян кровянку с разбитой губы каждую пару секунд в сторону сплевывает.

Молодцы, чё…

…Сбросил рюкзак, аккуратно сложил сверху палку с катухой, подобрал из удачно случившегося рядышком бурелома бревнышко потяжельше, швырнул со всей дури между танцорами.

Прямо в чуть дымившийся костерок, кстати, угодил.

Это хорошо.

– Брек! – говорю. – Вы чё тут, совсем с умища поспрыгивали или как?!

– Отвали, – говорят. – Валерьяныч. А то и тебе настучим.

Ну, – что делать.

Пожал плечами.

Отправил следующий снаряд.

– Дальше, – предупреждаю, – что-нибудь полетит в голову. На кого бог пошлет. Детский сад, штаны на лямках. Бля…

…Первым, надо отдать должное, все-таки Глеб опомнился.

Ну, – так он и постарше будет.

Плюнул, подобрал с земли брошенную туда камуфляжную куртку.

Оделся.

Подобрал спиннинг.

– Да пошли вы, – сплевывает еще раз. – Причем оба.

И – по бережку.

Туда, откуда я только что пришел.

– Дорогу, – интересуюсь в спину, – показать не хочешь?! Орёл…

…Останавливается.

Бешено вращает глазами.

А ведь может прыгнуть, думаю.

Дури там достаточно.

И аккуратно, потихонечку, группируюсь.

Чтобы еще больше не раздражать…

…Но нет, гляжу.

Успокаивается.

Кивает.

Поднимает большой палец левой руки вверх.

– Да все нормально, Валер, – вздыхает. – Но по берегу мне пока лучше все равно будет в одиночестве походить…

…Ну, – вот и ладушки.

Теперь надо еще и с этим… карликом… разбираться.

– Я что-то не понял, – присаживаюсь напротив костерка на удачно отскочившее чуть в сторону мною же кинутое тяжелое, суковатое березовое бревно. – Вы чего с Глебом-то не поделили?! Такая, блин, не разлей вода…

Славян аккуратно сплевывает.

Трогает разбитую губу.

Потом лезет двумя пальцами в рот, морщась и шипя, вытаскивает что-то оттуда.

Ага.

А зубик-то нам Глебушка выбил, однако.

Стоматолог хренов…

…Вот ведь, Господи меня прости, – идиоты.

И это – мои друзья…

– Ну, – продолжаю требовательней. – Так об чем был базар?

Славка морщится.

– Не лезь под кожу, Валерьян, – советует мрачно. – А то сейчас и вправду продолжим. Уже с тобой.

Я молчу.

Рассматриваю героя.

Ничего так герой, кстати.

Хотя и малость помятый…

– Алёну, что ли, все-таки не поделили, идиоты?! Ну, мудачьё…

…Славка – вскидывается.

Несколько секунд грозно вращает глазами, потом опять утыкается взглядом в реку.

– Ну, не совсем «не поделили», – выдавливает, наконец, из себя. – Но, в общем-то, конечно, недалеко. Да. Из-за нее…

Я – только головой качаю.

Лезу в карман штормовки за сигаретами.

– Глебушка, – напоминаю, – между прочим, еще и твой родственник. Муж твоей любимой сестры. Да еще б все было понятно, если б я не знал, как ты жену свою любишь. Чё у тебя с этой дурындой-то перемкнуло?! И где?!

…Славик снова смотрит на меня как-то недобро.

Потом вроде как успокаивается.

Морщится.

– Да все понятно, Валер, – выдавливает досадливо, наконец. – Глеб мне тоже начинал говорить, чтобы я не так сильно активничал. Муж все-таки тут же, при ней. Да и в «большой жизни» она мне и на хрен не упала. А я, дурак, чё-то решил, что он сам к ней дорожку расчищает. Ну, и, слово за слово, – перемкнуло. Сам понимаешь. Все-таки офигительно роскошная баба, конечно. Такие – одна на миллион…

Я хмыкаю.

– Тогда, – говорю, – перед Глебом будет не лишним извиниться. Как? Не находишь?!

Молчит.

Травинку жует.

Понимание, да…

– Вы, – спрашиваю, – костерок-то явно не для освещения своих гладиаторских боев разжигали?

Он неопределенно хмыкает.

– Ну, в общем-то, – вздыхает, – не для того. Чайку хотели попить. Вас с Санечкой позвать, да и вообще. Да…

Я чешу пальцам переносицу.

Вот ведь мать вашу.

Идиоты прям малолетние.

Ага…

– Ну, тогда, – крякаю, – иди чайник ставь. У меня бутылка рома с собой, в рюкзаке. Ну, и закуска всякая легкая: яблоки там, несколько штук, пара кусков хлеба, луковица, головка чеснока вроде. Плавленые сырки, колбаса. Перекусим, посидим. Отдохнем. Не в лагерь же обратно тащить.

Он вздыхает.

– Разумно, – говорит, – в принципе. Давай-ка я и правда чайник поставлю. А ты пока разливай…

…Я только фыркнул.

Ну, да ладно.

Сходил, подтащил рюкзак, достал оттуда литровую фляжку с ромом, небьющиеся металлические стаканчики, кружку себе под чай.

Разлил.

Яблоко на дольки порезал.

А Славка все с чайником и костром возится.

– Знаешь, – говорит неожиданно спокойно, – Валерьяныч, помощь твоя нужна…

Я закуриваю.

– Мне подмена нужна будет, на мое место, на директора, – продолжает. – Месяца хотя бы на два-три. Есть кто на примете?! Ты просто в людях получше, чем я, разбираешься. А я б его потом в замах у себя оставил, ежели человек-то хороший. И по деньгам все нормально будет, договоримся…

Я затягиваюсь.

– А сам-то куда собрался, лишенец? – интересуюсь лениво.

Славка отводит глаза в сторону.

– Да в Донецк, – старательно смотрит себе под ноги. – Мы уже с Андрюхой Сорокиным и билеты до Ростова себе купили. Через три недели. И насчет снаряги договорились. Там встретят, проведут, все в порядке…

…Нормально, думаю.

Ветерок комаров разогнал.

Солнце блестит.

Костерок догорает.

Речка шумит, перекатывается.

Вон, вдалеке, на перекате, под тем берегом – рыба сыграла. Для сёмги, правда, маловата будет, –