Запах медовых трав - Буй Хиен

— Скажу вам правду, я солдат сайгонской армии.

— Ну! Выходит…

— Да. Меня взяли насильно, привезли в Кампонгспы. Я бежал…

Так бывает, когда долго сдерживаемая вода вдруг прорвет плотину, — я рассказал ему все до мельчайших подробностей: и про то, как я блуждал в джунглях, и про то, как боялся его…

— А сейчас я думаю только о том, как бы поскорее добраться домой, — закончил я.

Небо заволокло облаками. Наша лодка шла теперь уже не в Бамбуковую деревню. Тхать Нук повернул к деревне Капоки, где мы с ним должны были расстаться. Прямо по носу лодки тянулся ровной прямой лентой канал, вода в нем из черной постепенно превращалась в бледно-розовую и вдруг вспыхнула ярким огнем в лучах наступающего дня. Зелень вокруг — и кустарники, и большие деревья — зазвенела птичьими голосами, приветствующими зарю.

Перед тем как проститься, Тхать Нук снова спросил меня:

— Значит, ты твердо решил идти в Тяккадао?

Я кивнул. Он долго молчал, потом с сомнением покачал головой:

— Уж больно далеко. Боюсь, не доберешься… А… Ну да ладно. Возьми-ка мой кальян. Через день будешь в Главном селе, спросишь там старейшину и передашь ему кальян, он тебе поможет.

— А вдруг он мне не поверит? Может, вы напишете несколько слов?

— Господи, да я же ни одной буквы не знаю!.. Ну ладно. Ты вот что — отдай ему кальян и скажи: «ры сэй теонг кап, бонг ла чроу кса. Лон Нон ры си да, тиа бон ла руа по А ме ри ка…» Ясно?

— Нет… не совсем…

Тхать Нук рассмеялся:

— Это значит: хочешь срубить бамбук, сравняй колючки, солдаты Лон Нола — это шипы американцев. Запомнил?

— Да, запомнил. А можно одновременно и сравнять колючки и срубить бамбук, как вы думаете?

— Вот-вот! Срезают колючки, чтобы срубить бамбук!

Тхать Нук показал мне: вон там лежит Главное село, оно еще под контролем сайгонских властей, а в той стороне, где высокие пальмы, — освобожденная зона. Он дал мне на дорогу бутылочку тигровой мази и двести риелей[48]. Да, дорога, которую я прошел, таила в себе много опасного. Но всюду находились хорошие люди, готовые помочь мне.

Я распрощался с Тхать Нуком. Отойдя довольно далеко, я оглянулся: старик все еще стоял у канала. Со стороны Линькуиня, деревушки, из которой мы выехали вчера вечером, донеслась ожесточенная стрельба. Значит, утром, как и говорили, там начался бой между партизанами и карателями. Впереди в деревне залаяли собаки. Удастся ли мне благополучно проскочить эти места? Но ведь даже если я доберусь до дома, за мной рано или поздно снова придут.

Я бегом бросился назад к каналу. Наверно, люди часто принимают неожиданные решения, но они всегда — результат долгих размышлений.

Тхать Нук, увидев, что я повернул назад, громко крикнул:

— Эй, ты что, разве там уже враг?

Я помолчал, потом достал спрятанную под рубахой гранату и протянул старику:

— Возьмите, может, пригодится для защиты. Я решил не возвращаться в Тяккадао. Пойду туда, к тем высоким пальмам!

Тхать Нук еще шире открыл глаза, отшатнулся и тут же бросился ко мне, обнял, слегка приподняв от земли:

— Ха-ха-ха… Ну! Вот так-то лучше. Может, встретишь там моего сына. Он как две капли воды на меня похож. Увидишь, сразу поймешь, что это он…

Перевод И. Зимониной.

Ле Чи Ки

ПОЖАРНЫЙ

В квартале Зиенгмыт все в один голос признавали, что у Люана, участкового пожарной охраны, замечательный характер. Еще бы! Он всегда всем улыбался простой и открытой улыбкой и похож был на человека, который явно доволен своей работой.

Но люди диву давались: разве может парень, вроде Люана, удовлетворяться такой скромной должностью? Ведь вокруг Ханоя для пожарных немало дел куда важнее: тут тебе и разные склады, и современные заводы, и фабрики. Там противопожарная охрана технически лучше оснащена, и вообще там — перспектива! А здесь? Мазанки из глины, крытые сухой травой, оставшиеся еще от старорежимных времен. Где здесь мог найти приложение своим силам способный человек?

Никто не знал, опасна ли работа Люана в те часы, когда его вызывали в пожарную часть, но в квартале, когда он появлялся, на него, по правде сказать, почти не обращали внимания. Обычно он сворачивал к водонапорной башне, засучив рукава, завинчивал и развинчивал пожарный кран. Подолгу, будто монтер, рассматривал электрические провода, протянувшиеся от одного покосившегося бамбукового шеста к другому и скрывавшиеся в домах. Зайдя к кому-нибудь в дом, Люан дотошно проверял противопожарный инвентарь, спрашивал, есть ли топор с длинной рукояткой, осматривал фитили, интересовался бамбуковыми лестницами. Если чего-то не хватало, говорил, чтобы купили, если сломано — заставлял чинить. Вот и все. В квартале думали, что с такими обязанностями мог бы справиться любой.

Зиенгмыт — около сотни мазанок, вклинившихся в городской квартал Батьмай. Живут в них семьи рабочих, которые трудятся на ханойских заводах, да несколько мелких торговок с соседнего рынка. Днем здесь остаются одни женщины-надомницы, занятые вязанием шерстяных вещей. С ними-то и вынужден работать Люан. «Вынужден» потому что Люан легко конфузится, а женщины и девушки чересчур смелы, когда соберутся вместе. Молодые вязальщицы, почти все сверстницы Люана, многие еще не замужем. Увидев издалека Люана, они затевают игру:

— Отгадайте, кому это он все время улыбается?

И, заливаясь смехом, толкают друг друга. Серьезной остается только Нгаук, бригадир вязальщиц.

— А он улыбается не вам, — язвительно замечает она. — Нашел работу не бей лежачего, вот и ходит сам не свой от радости.

Ей становится не по себе, как только она вспоминает о пожарнике. Что это за мужчина? Настоящим делом не занимается, а только без конца сует нос в чужие дома, велит то, велит это, напоминает, запрещает. Ни дать, ни взять — зловредная свекровь. Но как бы то ни было, а Нгаук стала выполнять противопожарные правила после этих напоминаний куда строже. Только вступить в добровольную пожарную дружину наотрез отказалась.

А еще недолюбливала Люана в этом квартале немолодая женщина по имени Ан. Она ходила по домам, скупая у крестьян зелень, и сдавала ее кооперативу на рынке Мё. И так вздохнуть было некогда, а тут еще Ан ждала шестого ребенка… Конечно, на такую чепуху, как совещание по противопожарной безопасности, у нее просто не было времени. У нее по всему дому были разбросаны штаны и кофты вперемешку с рваными тряпками, хворостом и соломой. Люан заходил к Ан каждый день. Он помогал малышам навести