Лесная гвардия - Сергей Иванович Зверев

Скептик Сорока протянул:

– И эта небольшая штука остановит целый поезд? Вы уверены?

Лещенко хмыкнул:

– И не один! Во сколько приступаем?

Василич заторопился с дальнейшей организацией:

– Пассажирский поезд отходит от станции в обратном направлении к городу в четверть восьмого. То есть грузовой состав должен пойти примерно через полчаса, чтобы разминуться с пассажирским. За час до начала мы с Сорокой выдвигаемся на разведку. По условному знаку остальные переносят жгуты, пропитанные керосином, и клин к насыпи. Игорь – в карауле. Устанавливаем клин на рельсы, раскладываем горючку. Кому-то придется остаться наверху, рядом с клином. Как только появится состав, поджигаем веревки, они горят около трех минут. После работы забираем клин и уходим в укрытие.

Канунников возразил:

– Клин тяжелый, больше тридцати кило. Быстро с ним не уйти. Если немцы окажут сопротивление? Состав ведь должны охранять. Если выживет хоть один автоматчик, то он уложит нас всех одной очередью.

Сорока тут же поддакнул:

– Опасная операция. Может быть, обойдемся без поджога? Два человека установят все заранее и уйдут с полотна в лес.

Василич нахмурился:

– Никто не должен выжить. Придется… добивать. Оружие у нас есть.

Сашка снова не согласился:

– Клин нельзя бросать, он нам еще понадобится. Давайте заранее отправим двух человек, пускай выкопают тайник рядом с железкой. Оставим там клин на время.

Особист заметался, бросая взгляды на изуродованные руки инженеров:

– Это опасно. Средь бела дня копать яму под носом у немцев. А если патруль? Операция провалится!

Василич посуровел лицом и вдруг резко отрезал:

– Отказываешься выполнять задание? Тогда убирайся из отряда!

Сорока в ужасе схватился за лопату:

– Я не отказываюсь! Я просто хотел как лучше, у нас же все равны. Сделаю все, дайте вот только этого, – он ткнул пальцем в молчащего Франтишека, – помощником. Товарищ Баум, переведите ему приказ.

Якоб перевел поляку, что от него требуется, тот с готовностью потряс головой, подхватил большой рукой вторую лопату, как игрушку. Вопросительно уставился на командира:

– Товарыш… товарыш…

Канунников перехватил довольный взгляд старика, тот успел за пару дней обучить добродушного великана нескольким русским словам, чтобы наладить контакт с остальными членами отряда.

Недовольный Сорока в сопровождении Франтишека скрылся на тропинке, которая вела лесом через ледяную речушку к насыпи железной дороги.

После ухода особиста Александр с облегчением вздохнул. Насколько все-таки проще высказывать свои сомнения и мысли, когда рядом никто не норовит найти червоточину в каждом твоем слове. Лейтенант торопливо принялся излагать план, который он успел обдумать, пока инженеры корпели над хитрым устройством:

– Нам надо все предусмотреть. Если немцы пустят дополнительную охрану или со станции прибудет вооруженный патруль, скрываться придется очень быстро. Предлагаю: как только установим горючку, остальные сразу же уходят на болото через ручей, чтобы сбить собак со следа. Хватит двоих. Снять клин, убрать его в тайник и самим переждать облаву в каменном мешке на реке.

Зоя протянула возмущенно:

– Мы же тоже партизаны, тоже готовили операцию!

Старый Баум мягко осадил девушку:

– Зоенька, Сашхен прав. Немцы в салки с нами по лесу играть не будут. Пара выстрелов – и мы превратимся в трупы. Как же старый Якоб будет жить без вас?

От его увещеваний девушка стихла, все остальные тоже замерли, ожидая решения командира отряда. Василич кивнул:

– Согласен. Такой план безопаснее, пойду я. Пока будете снимать клин, я из автомата прикрою.

Он оглядел членов своей лесной гвардии. Бледные, ослабевшие, но с решительными, горящими взглядами, они ждали его приказа к началу операции.

Капитан выдохнул:

– Лейтенант Канунников и я несем клин, впереди дозорным Игорь, остальные несут горючку. Товарищ Баум остается на охране лагеря.

Женщины стали собирать пропитанные керосином жгуты, Игорь, старательно крутя головой, принялся проверять дорогу в сторону речного берега.

Капитан Романчук неожиданно остановился. Кулаки его были сжаты, скулы от напряжения выступили острыми углами под восковой кожей.

– Товарищи, если вдруг немцы… Если что-то случится, помните, главное, что мы вместе. Вместе у нас все получится.

– Так точно, товарищ командир, – задорно откликнулся Никодимов. Он успел уже из веревок соорудить некое подобие лямок для клина, чтобы можно было взвалить его на спину и нести по очереди.

Сеня тем временем решился снова заговорить с Зоей:

– Давайте я вам помогу. – Он попытался забрать себе часть жгутов.

Девушка заботливо отвела его искалеченные руки в сторону:

– Вот еще – помогать. Руки берегите, вернемся, я порошок у Якоба возьму для примочек. Вылечу вас.

Сеня решительно выдернул охапку, вторую вытянул из рук Лизы и взвалил себе на плечи вонючие тюки. Девушка запротестовала:

– Ну куда, ведь изгваздаетесь в керосине, – но, видя, как Сеня без колебаний шагает по тропе, заторопилась следом. – Ну ладно, как возвернемся, я простирну вам одежду. На ручей ночью схожу, выполощу.

Сеня залился краской смущения:

– Да не надо на «вы», вроде не старый я.

Зоя хихикнула в ответ:

– Дак совсем молодчик. Это ж я просто от того, что вы инженер. У нас в деревне ученые – все птицы важные. Вот я к вам, то есть к тебе, с уважением. И вы, то есть ты, мне не выкайте. Я ж простая, советская.

– Хорошо, Зоя. – Бурсак радовался, что у него на плечах тяжелая ноша и можно подумать, что задыхаешься под ее весом, а не от счастья, что наконец-то у него получилось поговорить с этой милой девушкой. – Вы только ночью на ручей не ходите одна. То есть ты. Я с тобой пойду. Вместе веселее и сподручнее.

Позади парочки Лиза, которая несла спички и фитили, с трудом нашла в себе силы, чтобы остановить их невинную болтовню:

– Ребята, тише. Маскировка же. Если патруль рядом!

Разговоры смолкли, слышно было лишь тяжелое дыхание Василича и Канунникова. Они по очереди тащили громоздкое устройство, помогая закидывать его друг другу на спину. Позади шли Лещенко и Никодимов с инструментами и автоматами наперевес, обоим не терпелось испытать свое детище в действии.

Узкий проход между деревьями оборвался пологим берегом, за которым бурно переливалась узкая речушка. Канунников нашел глазами каменное укрытие на выступе – сколько раз оно уже спасало им жизнь. Сейчас им придется выйти на открытое пространство, брод из остатков сгнившего мостика через реку, где глубина чуть ниже колена, только здесь. Тяжеленный груз в других местах через бурный поток не переправить.

Они уже переглядывались, соображая, как побыстрее оказаться на том берегу, когда послышалось тяжелое