Воздушная зачистка - Константин Щипачев

— «Алмаз», пусть «Иртыш» для начала пришлет пару «приветов». Посмотрим, дойдет ли до адресата.

— «671-й», координаты принял. Ждите… — отвечает борт и замолкает.

— Так, мужики, — снимая наушники, поворачиваюсь я к техникам и десантуре, — предлагаю обняться с песком или спрятаться под броню. Сейчас по нам будут палить со всей дури.

Кто-то с тихой безнадегой любопытствует:

— «Духи»?

— Либо «духи», либо свои.

Народ послушно подтягивается к «бээмдэшкам». Их тонкая броня от прямого попадания реактивного снаряда, разумеется, не спасет, но от осколков вполне способна уберечь. Мы с бойцом подхватываем рацию, пристраиваем ее под боевой машиной и устраиваемся рядом с узкой гусеницей.

Мой взгляд снова приклеивается к плывущим над циферблатом стрелкам. До третьего и последнего залпа душманов остаются считанные секунды…

Слабый ветерок треплет мой чуб, поднимает мельчайшие песчинки и осыпает ими лицо. В унисон колотящемуся сердцу, в голове пульсируют два единственных и назойливых вопроса: «Неужели это плоскогорье с тонкой полоской реденького лесочка — последнее, что я вижу? Самое последнее в жизни… Кто успеет дать залп первым — наша батарея или банда душманов? Батарея или банда?..»

Да, денек нынче выдался солнечным и жарким; изредка обдувают порывы легкого ветерка. На календаре начало апреля, а тут настоящее лето!..

Кому охота умирать в двадцать шесть? Да еще в такую замечательную погодку… Наверное, ни один нормальный человек не думает о смерти, глядя в бесконечную глубину синего неба и мечтая о долгожданной встрече с близкими людьми.

Впрочем, мысли в мою голову все одно лезут разные. Самые скверные я стараюсь отогнать подальше, но они все одно навязчиво подползают. А секундная стрелка, словно испытывая терпение, неспешно ползет по кругу…

И вдруг небо, приблизительно со стороны нашего аэродрома, раскалывается угрожающим свистом.

Сознание мгновенно определяет: звук другой — отличный от то-го, который дважды сопровождал душманские обстрелы. Сила этого звука (свиста или, скорее, шипения рассекаемого воздуха) нарастает очень быстро. Я едва успеваю подумать: «Угадал! Это лупит батарея, чья позиция по соседству с нашим аэродромом». И тут же над «зеленкой» — точно в том месте, откуда вылетали реактивные снаряды, вздымаются один за другим два разрыва. Вверх и в стороны летят комья земли вперемешку с вырванными корнями и тщедушными деревцами.

— Есть!! — радостно потрясаю кулаками. — Есть! Молодцы, ребята!

Да, вычислить по карте координаты и передать их через ретранслятор мне, как опытному корректировщику, особого труда не составило — вот где по-настоящему пригодились полученные в Кабуле под руководством Анатолия Яковлевича Карпенюка знания.

Этому совпадению я действительно радовался как ребенок. Зато перебороть и заставить себя поверить в то, что батарея ударит точно, почему-то не мог. Не мог до самого последнего момента.

Теперь же, схватив микрофон, скороговоркой выдаю:

— «Алмаз»! «Алмаз», слышишь меня?

— Да-да, «340-й». Как там у вас дела?

— Нормально. Только что прилетело два «привета».

— Я — «Алмаз», готов принять корректировку.

— «Алмаз», передайте «Иртышу»: отклонение незначительное — пусть присылают основной «подарок». Пусть присылают основной «подарок» по тому же «адресу»!.. Как поняли меня, «Алмаз»?

— Понял, «340-й». Ждите…

«Духи» молчат. Вероятно, прилетевшая бог знает откуда парочка снарядов, хоть и не нанесла существенного урона, но ошеломила, внесла сумятицу в их ряды. Все-таки неплохая это штука — оружие залпового огня. Особенной точностью не отличается, зато убивает противника дважды: сначала психологически, а потом… потом просто убивает!