Последний защитник Брестской крепости - Михаил Парфенов

— Большая каша заваривается, — произнес с набитым ртом Гельц. — Точно вам говорю.

Они сидели в тени под деревом и уминали хлеб с толстыми ломтями сала, которое где-то раздобыл Карл. Дул легкий ветерок, ласково светило утреннее солнце, день предполагал быть жарким, но земля пока не прогрелась. На душе у Хорна было благостно, ни о чем не хотелось думать. Им постепенно овладевало состояние лени и покоя, как будто и не было этой войны вовсе.

— Прожуй сначала, — ухмыльнулся Риммер, дразня Гельца. — Все-то он знает.

Но Матиасу стало любопытно:

— А что случилось?

— Понимаешь ли, командование недовольно тем, что тут полно недобитков, и оно хочет от нас хорошей зачистки, — ответил за усиленно жующего Гельца Риммер.

— И что?

— А то, что нам придется ползать по чертовым подвалам и вылавливать этих свиней. Меня аж передергивает от одной этой мысли, — скривился Карл.

Гельц закивал.

Хорн представил, что им придется лезть в эти мрачные катакомбы, и ему стало не по себе. Пробираться по страшным подвалам, где русские чувствуют себя как дома? Где выстрел из темноты в любой момент может оборвать твою жизнь…

— А когда? — спросил он сдавленным голосом.

— Ну, уж не ночью, точно. Сегодня-завтра. Кто их там, наверху, знает? — пожал плечами Гельц.

Слова длинного ефрейтора Гельца оказались пророческими. Около полудня их построили и разъяснили боевую задачу.

— Сейчас вы отправитесь на зачистку крепости, — заложив руки за спину, расхаживал перед ними лейтенант Пабст. — О предельной осторожности я уже не раз говорил. Русский хитер. Он умело использует местные условия. Они тут каждый закоулок знают и будут нас там поджидать. Здесь, — Глыба потряс зажатой в руке картой, — обозначены места возможных очагов сопротивления. Такие же карты есть у командиров других подразделений. Каждому отведен свой участок. Возможно, вам повезет, и русские уже покинули то место, куда вы отправитесь. Что ж, тогда для вас это будет просто туристической прогулкой с осмотром местных достопримечательностей. Если нет — тогда вы должны будете русских уничтожить во что бы то ни стало. Ясно?

— Так точно! — гаркнули пехотинцы.

— Выполнять!

Как ни старался отмазаться от зачистки Гельц, его тоже поставили в строй. Вид у него был, как у преступника, которого должны были освободить за недостаточностью улик, но в последний момент приговорили к высшей мере.

— Дело дрянь, — толкнул плечом Матиаса Карл. — Раз и этого длинномерка в подвалы погнали, то точно серьезная операция предстоит.

— И не говори.

Они выступили в полной экипировке, что на жаре было настоящей пыткой. Пабст особо проверил, чтобы у каждого пехотинца имелся фонарик в рабочем состоянии.

— Будем держаться рядом, — сказал Карл. — Ты меня прикрываешь, я — тебя.

— Конечно, — Матиас поправил каску. — И зачем, скажи, мы со всем своим скарбом туда тащимся? Чтобы застрять в щели какой-нибудь? Еще и весь паек заставляют с собой тащить.

— Все нормально, — возразил Риммер. — Катакомбы глубокие, ходы длинные и запутанные. Что, если заплутаешь? Вот потому паек выдали. Жрать-то тебе надо будет чего-нибудь, пока тебя найдут, — подмигнул Карл. — Если найдут, конечно.

— Вечно ты, — содрогнулся Матиас. — Мне и так не по себе, а тут ты еще со своими шуточками.

— Я не шутил. Не бойся, наши газу туда напустить собирались, эти крысы сами вылезут сдаваться, когда надышатся. Тут мы их и пощелкаем.

— Хочешь еще звездочек для коллекции насобирать? — спросил Хорн.

— Почему бы и нет? Мне кажется, мы здесь как раз для этого.

Они уже подходили, и чем ближе, тем страшнее Матиасу становилось. Риммеру тоже было не по себе, но он пытался шутить, бахвалился, чтобы скрыть свой страх. Гельц шел, как корова на убой — опустив голову и еле волоча ноги.

Добравшись до цели, Пабст разбил отделение на тройки и дал окончательные указания. В тройке с Хорном и Риммером оказался ефрейтор Гельц.

— Не робей! — слегка ткнул его кулаком в пузо Карл. — Ты у нас старший по званию, и мы искренне надеемся на твое мудрое руководство.

— Да иди ты! — отмахнулся Гельц. — Без тебя тошно.

Они осторожно спускались в темный подвал, выставив впереди себя стволы карабинов. Матиас хотел зажечь фонарик, но Риммер остановил его движением руки и прошептал:

— Пока не надо. Чем незаметнее мы будем, тем лучше. К тому же глаза должны привыкнуть к темноте. Эй, Гельц, держи наготове «колотушку»! Если что, сразу бросай. Только нас не подорви.