Нелегкий день - Кевин Морер

Только не спешить. Только не спешить.

Пока все шло удачно. Мы знали, что в доме как минимум четверо мужчин. К этому моменту в живых оставался только бен Ладен. Однако я старался отогнать эти мысли. Неважно, кто поджидает нас на третьем этаже. Возможно, нам придется вступить с ним в перестрелку, а перестрелка в таком ограниченном пространстве длится лишь несколько секунд. Здесь не бывает второй попытки. У нас нет права на ошибку.

«Сосредоточься», – мысленно приказал я себе.

Ведущий шел прямо передо мной, и моя задача заключалась пока лишь в том, чтобы прикрывать его. Прошло около пятнадцати минут после нашего появления на вилле, и у бен Ладена было достаточно времени, чтобы надеть пояс смертника или просто взять в руки оружие.

Я осмотрел лестничную площадку третьего этажа. Все органы чувств были напряжены до предела. Я прислушивался, не прозвучит ли впереди звук взводимого затвора. Во всем этом для нас не было ничего нового. Мы участвовали в сотнях похожих операций. По сути дела, здесь шла обычная зачистка помещений, чему нас учили в Зеленой команде, с той лишь разницей, что теперь нашей целью был Усама бен Ладен и что мы находились на территории Пакистана.

Лестничная площадка заканчивалась узким коридором. В его конце была дверь, выходившая на балкон. Примерно в двух-трех метрах от ступенек находились еще две двери – одна справа, другая слева.

Лестница, и без того узкая для штурмовой группы в полном снаряжении, в самом верху еще больше сужалась. Ведущий перегораживал видимость.

Нам оставалось меньше пяти ступенек до конца, когда послышались два приглушенных хлопка.

Это шедший впереди заметил человека, выглядывавшего из-за двери. Со своего места мне не было видно, попали ли пули в цель. Фигура отлетела назад и исчезла в темной комнате.

Ведущий первым поднялся по лестнице и медленно двинулся к двери. В отличие от героев кинобоевиков, мы не бросились туда со всех ног, не высадили дверь и не начали поливать огнем все внутри. Мы выжидали.

Держа открытую дверь под прицелом, мы подкрались к ней и, задержавшись на пороге, заглянули внутрь. Две женщины, одетые в длинные ночные сорочки, стояли над телом мужчины, лежавшим на полу у кровати. Они плакали и причитали. Та, что помоложе, подняла голову и увидела нас в двери.

Она что-то крикнула по-арабски и кинулась к нам. Мы были от нее не более чем в двух метрах. Отвернув ствол винтовки в сторону, напарник схватил обеих женщин и оттащил в дальний угол комнаты. Если хотя бы на одной из них был пояс смертника, он, возможно, спас бы жизнь всем остальным, но пожертвовал бы своей. Это самоотверженное решение боец принял буквально в долю секунды.

Увидев, что женщины больше не преграждают мне путь, я вошел в комнату. Ко мне присоединился еще один боец. Мы увидели человека, лежавшего на полу у кровати. На нем была белая майка, свободные бежевые штаны и какая-то накидка того же цвета. Пуля попала ему в правую сторону головы. Из раны вытекали кровь и мозги. Тело все еще билось в конвульсиях. Мы навели на него стволы винтовок и сделали несколько выстрелов в грудь, пока он не застыл в неподвижности.

Быстро окинув взглядом комнату в поисках других источников опасности, я заметил, по меньшей мере, троих детей, которые сидели съежившись в дальнем углу рядом со стеклянной дверью, выходившей на балкон. Мне трудно было разглядеть, мальчики это или девочки. Они застыли в оцепенении и даже не пошевелились, когда я начал осматривать помещение.

Поскольку лежавшее на полу тело не представляло больше угрозы, я решил заглянуть в две небольшие комнатки, примыкавшие к спальне. Открыв первую дверь, я увидел что-то вроде небольшого кабинета, в котором царил полный беспорядок. По столу были разбросаны какие-то бумаги. Во второй комнатке была небольшая душевая кабина и туалет.

Все дальнейшие действия были отработаны до автоматизма. Я лишь сверялся со своей мысленной памяткой. Итак, основная угроза устранена. Пока один член группы занимался женщинами и детьми, мы с напарником пошли осматривать остальные комнаты третьего этажа.

Выйдя в коридор, я встретил Уолта.

– С этой стороны все чисто, – сказал он.

– С нашей тоже, – ответил я.

Наш боец вывел женщин и детей из спальни и повел на балкон, чтобы хоть как-то их успокоить. Том поднялся на третий этаж, и мы доложили ему, что обе комнаты чисты.

– Третий этаж зачищен, – доложил он по командной сети.