Когда зацветет сакура… - Алексей Воронков

Он подошел ближе, чтобы тем было лучше видно. Хозяева стали рассматривать фотографии.

– Ах! – произнесла вдруг старушка и в испуге прикрыла ладонью рот. Потом она как-то беспомощно посмотрела на стоящего рядом сына. Тот – на нее.

– Ну?.. – спросил Жаков, и в голосе его почувствовалась надежда. – Вы его узнали?

Те молчали. Да что же они, черт возьми!.. Время-то идет…

– Ну же! – уже жестче произнес Жаков. – Нам это очень важно…

– Скажите, кто вы такой? – неожиданно спросил его по-русски хозяин.

– О!.. – Алексей не ожидал такого поворота событий. Решив, что представившийся Ким Чен Соном человек его «расколол», он начал лихорадочно думать, что ему делать. – Вы знаете русский?.. – машинально задал он вопрос. – Похвально.

Грузный человек усмехнулся.

– Я выучил его там… у вас, – указал он куда-то в окно. – Ваши товарищи оказались хорошими учителями…

Алексей вспыхнул.

– Какие товарищи? О чем вы говорите?.. – он сделал вид, что задыхается от возмущения. – Да, я родился в России, но мои родители увезли меня в двадцатом в Харбин… Слышали про такую организацию – Российский общевоинский союз? Так вот, я состоял в ее боевых рядах. Но с приходом Красной армии мне пришлось бежать, так что я теперь живу в Соединенных Штатах… Кстати, а что вы делали в России? – Он специально сказал «в России», вроде как не приемля иного названия.

Ким Чен Сон не стал спешить с ответом. Жаков, взяв себя в руки, так хорошо вошел в роль, что ему бы, наверное, в эту минуту поверил сам Станиславский. Кажется, поверил ему наконец и стоявший перед ним человек.

– Нас под видом коммунистов забрасывали туда, чтобы мы учились марксистской грамоте… Но на самом деле… – он как-то жалко усмехнулся. – На самом деле мы должны были заниматься диверсиями…

Алексей сделал удивленное лицо.

– Вот как! Интересно… – произнес он. – И получалось?

– Всех наших в конце концов арестовали… – сказал Чен Сон. – Ну а мне повезло – я бежал в Маньчжурию. У меня брат жил в Синьцзяне…

– Я знаю, что он там жил, – кивнул Алексей. – Вот я и хочу…

Неожиданно Чен Сон предложил незваным гостям пройти в чайную комнату и попросил мать, чтобы она распорядилась насчет ужина. Жаков стал отнекиваться: дескать, спасибо за приглашение, но мы уже поели, и вообще мы торопимся, но хозяин даже слушать его не стал. Он чуть не силой втолкнул гостей в небольшую комнатку и, включив свет, усадил за низенький столик.

Потом они пили сури и закусывали ее острыми блюдами. У Алексея и без того уже шумело в голове – давал о себе знать ресторан, – а тут еще это.

– Значит, Интерпол – это так, прикрытие? – спросил Чен Сон.

– Ну, конечно, прикрытие. Иначе бы вы не пустили нас в дом, – улыбался Жаков.

Тот понимающе кивал.

– Да, повоевали мы с Советами… – потихоньку проникшись к Алексею симпатией, как проникаются ею два попавших в клетку зверя, после третьей выпитой рюмки сказал Чен Сон. – И все зря… Где теперь японцы?.. Кстати, чем вы сейчас занимаетесь? – спросил он капитана.

– Я?.. – тот лишь на мгновение задумался. – Я пытаюсь собрать наших людей. Война с коммунистами не закончилась, напротив, она вступает в новую фазу…

– Но теперь под крылом уже американцев, – усмехнулся Чен Сон.

– Допустим… – согласился Алексей, пытаясь двумя палочками захватить листочек кимчхи. – Но не все ли равно? Как говорится, цель оправдывает средства…

Собеседник вяло улыбнулся.

– Мы с братом мечтали о великой Корее, а американцам наплевать на наши мечты. Им бы свой карман набить, – он выглядел расстроенным. – Покажите-ка мне еще ваши фотографии, – попросил он Жакова. Тот выполнил его просьбу.

Чен Сон долго и внимательно их рассматривал, потом вздохнул. «Ну же! – напрягся в немом вопросе капитан. – Скажи, что это твой брат… И все, и точка… И тогда мы уйдем с сознанием выполненного долга. – Алексей сгорал от нетерпения. – Быстрее, быстрее говори», – мысленно торопил он хозяина этого роскошного особняка.

– Вы хотите знать, мой ли это брат?.. – наконец заговорил Чен Сон. – Кстати, зачем это вам нужно?

Капитан пожал плечами.

– Да мне-то, в общем, это не нужно… Я просто выполняю просьбу одного нашего товарища…

– Просьбу? – переспросил хозяин дома.

– Ну да… Он узнал, что я еду в Сеул, вот и обратился ко мне… – сочинял Жаков, – просил найти родственников Ким Ден Сана и передать им эти фотографии.

В ответ короткий кивок.

– Я так понимаю, он… – Чен Сон подыскивал нужное слово, – убит?..

– Да… Его убили при загадочных обстоятельствах, – произнес Жаков и чуть было не выдал себя.

– А что это вы так побледнели? – спросил его Чен Сон.

Жаков сделал глубокий вдох.

– Понимаете, у меня язва желудка, а пища ваша очень острая, – произнес он.

Хозяин дома забеспокоился. Он позвал слугу и что-то сказал ему по-корейски. Алексею принесли какое-то лекарство.

– Выпейте, это вам поможет…

Пришлось выпить.

– Да, это мой брат… – неожиданно заявил Чен Сон, после чего Алексею стоило большого труда, чтобы сдержать себя и не выдать ту непомерную радость, которая охватила его. Все, победа! Задание выполнено – можно возвращаться домой…

Чен Сон позвал свою мать, что-то сказал ей, указывая на фотографии.

– Йе… – закрыв глаза, печально произнесла она.

– Она говорит: да, – шептал на ухо Жакову Ли.

И снова у Алексея радостно забилось сердце. Но что это? Почему оно вдруг заныло? Впрочем, что тут непонятного? Его радость – ничто по сравнению с материнским горем. И не важно, что это корейская мать, – все матери мира одинаково несчастны, когда они теряют родное дитя. И их всех одинаково жаль…

А старушка, вдруг подняв глаза на Жакова, что-то спросила его.

– Мать хочет знать, где сейчас находится ее сын, – спросил Чен Сон.

И тут Жаков поймал себя на мысли, что он не в силах врать этой старой женщине, глаза которой в эту минуту выражали такую смертельную тоску, что на нее невозможно было смотреть без сожаления. Такими же он запомнил глаза своей матери, когда во время Гражданской в их дом привезли ее убитого мужа. Давно это было, но память детства он пронес через все эти годы.

– Насколько я знаю, тело вашего сына сейчас находится в зоне советской оккупации… А точнее – в Пхеньяне. Поэтому вам нужно подать прошение, и вам дадут разрешение перевезти его сюда…

После этого он встал и пошел к двери, приказав брату Тена и переводчику следовать за ним.

– Так вот вы кто!.. – услышал вдруг Алексей за своей спиной. – А-а! Я все понял! Понял!.. – злобно кричал Чен Сон. – Это вы его убили!.. Вы! Я сейчас вызову полицию! Убийцы!..