Шторм-333. Взятие дворца Амина - Валентин Константинович Мзареулов

Они еще не успели сориентироваться, когда в гостиную вошел капитан Бабрак с дымящимся автоматом и сообщил о случившемся. Все были в шоке. Из спальни выбежала жена Тараки и, увидев на лестничной площадке убитого Таруна, с воплями убежала к себе. Прошло несколько минут. Тараки, будучи очень взволнованным, заметил: что вот к чему может привести недоразумение между охраной. Пузанов, сославшись на осложнение обстановки, сказал Тараки, что они (советские товарищи) хотели бы встретиться с Амином. Тараки набрал номер телефона и стал убеждать Амина, что инцидент является результатом недоразумения между охраной. Амин же считал, что это была попытка расправиться с ним. Затем Тараки сказал, что раз Амин не считает возможным прибыть в Дом народов, то советские товарищи хотели бы поговорить с ним в его резиденции. Вот только тогда Тараки передал трубку послу Пузанову, который подтвердил желание встретиться с Амином.

Попрощавшись с Тараки, вся наша группа, перешагнув через труп Таруна, направилась к машинам, а затем в генштаб, где уже находился Амин.

Войдя в кабинет, наши товарищи увидели Амина, сидящего со спокойным лицом за своим письменным столом. Пузанов пытался развить версию Тараки. Но Амин твердо стоял на том, что это была попытка убить его. Обращаясь к Иванову, Амин заявил:

— Ну что, товарищ Иванов! Я же вам говорил о заговоре против меня.

Затем, указав пальцем на небольшое пятно крови на своем костюме, которое было результатом ранения адъютанта, добавил:

— Вот кровь, она должна быть смыта только кровью.

В заключение встречи Амин заявил, что если советские товарищи захотят вновь встретиться с Тараки, то они должны это делать только через него. И, усмехнувшись, добавил: «Во избежание недоразумений между охраной».

После этого наши товарищи направились в посольство, чтобы информировать Москву.

Такова хронология этих событий, которые получили потом название «Покушение на Амина». Мы долго изучали все детали случившегося, составляли схемы, проводили своего рода экспертизу. В конце концов пришли к твердому убеждению, что стрельба в Доме народов была спровоцирована действиями Таруна. Кстати, Асадулла Сарвари позже также подтвердил, что еще за два дня до описанных событий охране Тараки были даны строгие указания никого с оружием в его апартаменты не пускать. Все входящие в Дом народов должны были сдавать оружие дежурному на первом этаже здания.

Но стрельба в Доме народов была на руку X. Амину, и он ловко использовал этот инцидент для форсирования и успешного завершения переворота. У Тараки были отключены телефоны, а затем свет и вода. Он оказался под домашним арестом. Семья и личная охрана пока оставались при нем. Но из советских представителей Тараки никто больше не видел.

Что касается первого заместителя начальника службы безопасности Юсуфа, которого я встретил в приемной генштаба, то после нашего отъезда его вызвал Амин. На столе у того лежал пистолет. Амин грубо спросил, с кем Юсуф, с ним или с Тараки? Юсуф ответил, что он с партией. Тогда Амин взял пистолет, направил на Юсуфа и повторил свой вопрос. Видя безвыходность положения, Юсуф заявил, что он на стороне Амина. После этого ему было приказано приступить к служебным обязанностям, однако от активной оперативной работы он был отстранен и больше занимался хозяйственными вопросами. Позже, при кратковременных встречах со мной, Юсуф неоднократно просил устроить ему поездку на учебу в Москву, так как был уверен, что X. Амин все равно с ним расправится.

Но события 14 сентября этим не ограничились. В течение всего дня развивалась вторая, не менее детективная сюжетная линия.

Вскоре после отъезда Пузанова с группой генералов в резиденцию Тараки ко мне в кабинет пришел оперативный работник резидентуры Самунин и сообщил, что его жена, работавшая в корпункте АПН, придя на обед домой, обнаружила сидящих там Гулябзоя, Ватанджара и Сарвари. По телефону она попросила мужа срочно приехать. Все трое были вооружены.

Их «Тойота» была загнана в гараж. В багажнике машины лежали 360 тысяч афгани из тех денег, которые я когда-то передал А. Сарвари на оперативную работу. Сарвари рассказал Самунину, что от своих источников он получил информацию об указании X. Амина своим людям в армии, полиции и службе безопасности найти всех четырех министров и немедленно арестовать или, еще лучше, ликвидировать их любой ценой. В связи с этим А. Сарвари, взяв «Тойоту», рано утром заехал к себе в кабинет, схватил автомат, деньги; затем нашел Гулябзоя и Ватанджара. Все трос заскочили в управление контрразведки, прихватили дополнительно оружие и скрылись. Моздурьяра им найти не удалось, так как он уехал отдохнуть за пределы города. Как сказано выше, заместитель начальника службы безопасности Наваб со своей группой, прибывший в службу безопасности для ликвидации А. Сарвари, его там уже не застал.

Было вполне очевидно, что по городу объявлен розыск министров. Появляться в машине или пешком на улицах было крайне опасно. Я понимал, что X. Амин может искать их в советском посольстве или у кого-то из советских представителей. Доложив по телефону Крючкову о сложившейся ситуации, я предложил скрытно перевезти министров на виллу, где размещалась наша группа спецназначения «Зенит». Крючков от прямого ответа уклонился. Прошло около двух часов. С учетом стрельбы в Доме народов обстановка была сложной.

Нур-Мухаммед Тарани

Когда начало смеркаться, я позвал офицера безопасности посольства Бахтурина и на свой страх и риск предложил ему взять в отряде «Зенит» машину УАЗ-69, камуфляжные костюмы, заехать к Самунину и перевезти министров на виллу «Зенита». Минут через 30–40 все было сделано. На вилле их разместили в отдельной комнате второго этажа, окно было завешено одеялом. Усилена охрана двора.

Часа через полтора после этого из Москвы позвонил заместитель начальника разведки и сказал, что вопрос о трех министрах докладывался лично Л.И. Брежневу и тот дал указание «в обиду их не давать». Москва рекомендовала укрыть их в расположении группы «Зенит». Я вздохнул с облегчением и доложил, что все уже сделано два часа назад.

Около 19:00 Б.С. Иванов попросил меня съездить к министрам, поговорить с ними и определить дополнительные меры их безопасности. «Зенитовцы» прислали за мной УАЗ-69, который въехал на территорию советского городка через ворога торгпредства. Взяв с собой баночку красной икры и бутылку водки, надев куртку и кепку спецназа, я скрытно, опять-таки через ворота торгпредства, выехал на виллу. В большой комнате увидел трех министров, сидящих за столом. Вид у них был удрученный, страшно усталый. Увидев меня, они оживились, и Ватанджар сразу же спросил, жив ли товарищ Тараки и где он сейчас находится. Чтобы