Колеса ужаса - Свен Хассель

Перед нами внезапно появился ошеломленный русский пехотинец. Малыш небрежно взмахнул автоматом, и тот повалился в проломленным черепом.

Мы слышали настигавшую нас погоню. Легионер совершенно выдохся, но все-таки держался.

Мы остановились в узком овраге. Бесшумно рассредоточились и стали поджидать преследователей. Порта издал смешок:

— Вам придется выжимать свои подгузники, красные герои…

Они появились большой кучей с надменными криками.

Когда русские достигли середины оврага, мы открыли огонь. Они останавливались, шатались и падали. Некоторые поднимались и пытались бежать, но спасения не было. Обливаясь кровью, они падали снова. Один уползал на карачках. Малыш метнул в него нож, лезвие вошло между лопаток, рукоятка задрожала. Русский прополз еще немного, потом замер. Напоследок мы бросили в груду трупов несколько гранат.

Мы побежали дальше. Позади все еще раздавались выстрелы. Слышались крики русских, преследующих наших бегущих солдат.

После минутного отдыха Старик поднялся и сказал:

— Пошли дальше. Здесь пахнет выстрелами в затылок.

Тяжело дыша, мы бежали через колючие кусты и подлесок, царапая руки и лица; по щекам и шее у нас текла кровь.

— Успокойтесь! — внезапно выкрикнул Порта и остановился. — Мы бежим, как зайцы, чтобы избежать билета на Колыму в один конец! Но это бессмысленно!

— В чем дело? — спросил Старик.

— В этом, — указал Порта. — Посмотри, разуй глаза!

Там, куда указал Порта, мы смутно увидели людей, лежавших, изготовясь к стрельбе, в наскоро вырытых траншеях.

Старик быстро принял решение: обогнуть их в темноте, идя на запад.

— Превосходно, — усмехнулся Порта. — Мой нос сейчас может поворачиваться только в одну сторону — в западную. Ему не терпится ощутить запах Берлина!

Когда мы немного прошли, нас окликнул из темноты встревоженный голос:

— Halt! Wer da?[76]

Порта сделал глубокий вдох, высморкался пальцами и радостно крикнул:

— Поцелуй меня, приятель! Мы спаслись!

— Это могут быть только наши, — произнес тот же голос. Теперь он звучал спокойнее.

— Что за черт? — крикнул Порта. — Вы подумали, что это заливное из оленя?

— Возьмите влево, — предупредил голос, — потом идите прямо, но будьте осторожны: мы установили мины.

— Да что ты говоришь? — ответил Малыш с мрачным юмором. — Мы думали, вы разложили пасхальные яйца. Какие там мины? — спросил он Порту.

— Для приготовления копченых филейных частей с овощами, — усмехнулся тот.

Протянулась рука, чтобы помочь нам спуститься в траншею. На плече помощника мы увидели серебристый блеск.

Старик встал по стойке «смирно» и доложил, что мы отбились от Восемьсот шестьдесят седьмого пехотного батальона.

Неожиданно из окопа вылезла группа молодых кавалеристов и уставилась на нас в изумлении. Кто-то пробормотал о возвращении из-под Вербы.

— Хм, — ответил другой. — Я всегда верил, что там, где стоит немецкий солдат, он стоит твердо!

Порта повернулся к нему и съязвил:

— Может, ты веришь еще и в аистов, приносящих детей, и в Деда Мороза?