Герцогиня - Арина Алисон

Утром мы нарядились в принесенные одежды. Если на членах моей команды крестьянская одежда смотрелась естественно, то принц и принцесса в подобных нарядах все же мало походили на простолюдинов. Особенно бросались в глаза их изящные руки с тонкими пальцами. Пришлось мазать им руки сажей, а потом заставлять помыть. После этой процедуры их высочества долго и с ужасом рассматривали свои ладони с черными прожилками и чернотой вокруг ногтей. Слава всем богам, что хоть спорить и закатывать истерик не стали.

Подземный ход выходил в тихом закутке возле высокого каменного забора, стоящего вдоль небольшого оврага, густо заросшего кустами и деревьями. Выбравшись на улицу, мы засыпали вход ветками и прошлогодними листьями и направились к трактиру, который располагался недалеко от этого места, где нас должны были ожидать мои люди.

Во дворе уже стояли собранные в дорогу четыре телеги, на которых сидели парни и девушки из команды в крестьянской одежде. Первые сутки пути мы намеревались ехать вдесятером, поскольку не хотели привлекать к себе внимание, да и дороги вокруг столицы были безопасными, о чем регулярно заботилась королевская стража.

На телегу, в которой должны были ехать их высочества и я, было погружено сено. В нем лежало наше оружие и посохи, сверху стояли несколько ящиков с глиняной посудой, кое-каким инвентарем и едой на время путешествия. Переговорив с Тарэном и понадеявшись, что ничего не забыли, я дал команду рассаживаться и выезжать.

Приподняв край платья и отставив локоток, принцесса плавно поплыла к нашему средству передвижения, изящным движением руки пытаясь заправить под косынку прядь волос, которую я перед этим специально вытащил. Для девушки в платье селянки все эти манеры выглядели несколько странно. Подойдя к повозке, Сонэта в нерешительности остановилась.

Ругнувшись про себя, я подошел к ней и, обхватив за талию, приподнял и забросил в телегу. Взвизгнув от неожиданности, она попыталась что-то сказать, но я ее невежливо перебил.

— Ваше выс… м-м… Марта, крестьянские девушки локти в стороны не расставляют, юбки не приподнимают, да и вообще ведут себя по-другому, — зашипел я, делая вид, что поправляю горшки в ящике.

— Вы не шутите? — озадаченно поинтересовалась она.

Я подозрительно посмотрел на принцессу, пытаясь убедиться, что она не издевается надо мной. Внешне ее удивление выглядело очень натурально.

— После того как девушка наготовит еды на всю семью, перемоет посуду, покормит домашних животных и вычистит после них дерьмо, и так три раза в день, тут уже не до расставления локотков, — несколько более сердито, чем стоило, ответил я.

— О-о-о… Я почти никогда не выходила за стены замка… Прошу прощения, но я не знаю, как надо себя вести, — смущенно и чуть не плача прошептала Сонэта.

— Это я прошу у вас прощения за мой тон. — Мне стало стыдно за грубость перед этим, в сущности, ребенком, мало что видевшим в своей жизни.

В это время первая повозка уже тронулась, и я запрыгнул на телегу, усевшись рядом с принцессой. К нам запрыгнул и его высочество Рональд.

Пока мы ехали в сторону ворот, я размышлял над словами Сонэты. Несоответствие поведения ее наряду может навредить. Понимание необходимых для данной роли правил поведения невозможно получить, слушая чьи-то объяснения, это надо видеть.

— Марта, посмотри, как ведут себя простые женщины, и постарайся вести себя так же. Вот, к примеру… — предложил я, озираясь по сторонам.

Мы были уже почти на выезде из города. Недалеко от ворот располагался трактир, на веранде которого стояло несколько столиков.

Я показал Сонэте на женщину, несущую заказ клиенту, и почти сразу пожалел об этом. Дама своим видом напоминала крепкого гренадера. Подойдя к столу заказчика, она хлопнула по нему подносом с тарелками. Было видно, что она бы предпочла уронить его на заказчика, а не на стол. Клиент осмелился как-то прокомментировать ее действия. Она же, в смысле гренадерша, громким и хорошо поставленным голосом выдала длинную тираду в духе пьяного боцмана, явно не соглашаясь с сидящим перед ней мужиком.

Мы с принцем покраснели, а принцесса с интересом прислушалась.

— Я… гм… думаю, туда смотреть необязательно, а уж тем более слушать, — замялся я, ругая себя за столь нежелательный пример.

Однако Сонэта, не обращая внимания на мои слова, с огромным интересом уставилась в сторону трактира, шевеля губами, как бы повторяя то, что говорила женщина в трактире.

Не придя к консенсусу с клиентом, трактирщица, в качестве более весомого аргумента, металлическим подносом врезала ему по голове. Сзади к разбушевавшейся женщине поспешно подскочил высокий худой мужик и, приобняв ее за талию, что-то попытался сказать…

Ему тоже досталось подносом по голове, и не один раз. Цветистые выражения неслись по улице мощным потоком.

Принцесса оценивающе посмотрела на Рональда, видимо представляя, как такое действо будет выглядеть с ним в главной роли, и прикидывая ракурс поражения цели. Принц, сердито зыркнув на меня, что-то прошипел сквозь зубы.

Сонэта заинтересованно прислушалась.

— Ты че сказал? Не поняла? — радостно улыбаясь, поинтересовалась она.

Скривившись, принц промолчал.

— Ты че, глухой? — пытаясь подражать голосу трактирщицы, громко и еще более радостно спросила Сонэта.

— Заткнись, женщина, пока в лоб не дал! — рявкнул, не выдержав, принц, при этом показывая мне кулак.

Принцесса испуганно заморгала, но затем, предположив, что он тоже играет роль, открыла рот, чтобы выдать еще один перл из лексикона простолюдинов. Я поторопился вмешаться.

— Понимаете, ваше-э-э-э… мм… Марта, мой пример оказался несколько неудачным. На самом деле, подобные взаимоотношения в народной среде… э-э-э… между мужчинами и женщинами являются не совсем типичными. Их даже можно назвать, в некотором роде, э-э-экстремальными… мм… для мужчин. Их бьют все же несколько реже, чем может показаться, если исходить из данного примера, — тихонько информировал ее я.

При этом мы продолжали заинтересованно наблюдать за происходящим у трактира. Гренадерша уже схватила табуретку, собираясь выбить всю пыль из четверых мужиков, пытавшихся с ней дискутировать. Поняв, что сопротивление бесполезно, и получив некоторое ускорение, мужички рванули в разные стороны. Им вслед понеслось столь цветистое пожелание, что у нас с принцем даже челюсти попадали на грудь, и, покраснев еще гуще, мы метнули на принцессу обеспокоенный взгляд. Судя по ее нахмуренному лобику и задумчиво-рассеянному взору, она пыталась понять, о чем же речь.

— Не могли бы вы мне объяснить… — повернувшись, попыталась спросить она.

— Нет! — рявкнули мы с принцем хором.

На соседних телегах тихо захихикали. Хмуро посмотрев на хихикающих, принц развернулся ко мне и даже открыл рот, чтобы высказать свое мнение о происходящем, но, бросив взгляд на принцессу, захлопнул его.