Все телки мимо - Джастин Халперн

– Твой костюм оценили по достоинству, – сказала Аманда, разливая водку по красным пластиковым стаканчикам.

– Серьезно? Кто тебе это сказал? – спросил я недоверчиво.

– Не помню кто, просто гости.

– Никто тебе не говорил, что ему нравится мой костюм, правда ведь?

– Ну, не говорили. Но я почувствовала. Интуиция. Знакомиться с друзьями твоей девушки – все равно что играть в покер: нужно прочесть по лицу каждого, что он за человек, и поддержать разговор не дольше, но и не меньше времени, чем следует. Если ты заведешь долгую беседу с человеком, который просто подошел поздороваться, рискуешь показаться назойливым типом… или одичавшим отшельником. А если замкнешься в себе и онемеешь, когда тебя знакомят с болтливой лучшей подругой, тебя сочтут чудаком-мизантропом. А если у тебя на лице будет написано "Лучше ко мне не лезьте", замкнутся все остальные, как и произошло в моем случае. Я устал, нервы расшалились, в квартире было шумно, и я мысленно уговаривал себя забыть обо всем, что намечтал за месяц. Я оказался не готов к этому экзамену, вот-вот его провалю окончательно. Аманда это почувствовала.

Спустя какое-то время Аманда схватила меня за руку и потащила танцевать. Но в этот самый миг я почувствовал, что в моем желудке внезапно затрепыхался куриный гриллер, съеденный в придорожном "Бургер Кинге" во время остановки. Гриллер хотел вырваться наружу, причем немедленно. И, увы, не через тот ход, по которому попал в желудок. Понимаете, если бы меня стошнило, я мог бы сослаться на алкоголь или на еду. Дело житейское: на вечеринках всегда кого-нибудь мутит. Но реактивный понос – редкостный случай.

Аманда попыталась притянуть меня к себе. Я не реагировал.

– Пошли танцевать, – попыталась она перекричать музыку.

– Я… э-э-э… кажется, мне надо в туалет.

– Ты ведь знаешь, где тут туалет?

– Ага. Я сейчас.

– У тебя в туалете есть задвижка? – заорал я.

– Нет. Просто прикрой дверь. Никто не зайдет, я тебе обещаю.

– Значит, дверь вообще не запирается? – меня охватила паника.

– Да нет. А что такое? В чем проблема?

– Просто… Мне что-то нехорошо, и я вообще-то должен побыть в туалете подольше, и никак нельзя, чтобы в это время кто-нибудь зашел. Может, дашь мне стул или что-нибудь? Дверь припереть…

– Стул? Ты что, хочешь забаррикадироваться?

– Просто мне не хотелось бы, чтобы туда заходили.

– Да никто, я думаю, не зайдет. Но если ты нервничаешь… Давай я постою у двери, постерегу.

– А это никому не покажется странным? – спросил я.

– Вообще-то покажется. Странно, аж жуть.

– Прости меня, пожалуйста, но, может быть, ты все-таки посторожишь у двери?

Она кивнула. Я тут же развернулся, проплыл через кучку из шести девушек, которые нарядились шестью банками "Будвайзера" – я нажимал им ладонями на спины и отталкивался, словно карабкался на утес, – и помчался к туалету. Аманда бежала следом. У самой двери я оглянулся. Аманда стояла рядом.

– Удачи. Мы все за тебя болеем, – проговорила она, с трудом сдерживая смех.

Я натянуто улыбнулся. Времени оставалось в обрез. Я влетел в туалет, плюхнулся на унитаз. И просидел так десять минут, пока мой организм выражал свое отвращение к придорожным "Бургер Кингам". Выражал в самой недвусмысленной форме.

И вот, пока я сидел и облегчал желудок, я спросил себя, как сюда попал. Я нищий. Я ненавижу поездки. Я едва знаком с Амандой. Какого хрена я позволил себе насочинять сказки про наши отношения и внушил себе, что у нас с Амандой может что-то получиться? Я приперся к ней в гости. Сам факт приезда – уже обман с моей стороны. Чтобы поступить с Амандой гуманно, я должен с ней порвать.

Когда я уже застегивал брюки, дверная ручка задребезжала.

– Нет, нет! Там кто-то есть! – послышался голос Аманды.

– А ты что, своей очереди дожидаешься? – спросил другой голос.

– Э-э… ну да.

Наверно, Аманда рассудила: ответ "Нет, я просто сторожу дверь, пока мой парень какает", был бы намного унизительнее. Что ж, теперь она будет вынуждена зайти в туалет сразу после меня. Я погиб! Это же гораздо хуже, чем вторжение незнакомого человека…

Я быстро помыл руки, схватил коробок спичек, зажег три штуки, одну за другой. Торопливо, отчаянно. Широко распахнул единственное окно туалета – чуть с петель не сорвал. И открыл дверь. В коридоре дожидалась Аманда. И еще трое.

Когда Аманда входила, я бросил на нее умоляющий взгляд: "Прости меня, ради всего святого".

Подождал у туалета. Через минуту вода в бачке зажурчала. Затем появилась Аманда. Лицо у нее было ошарашенное, точно у молодого полицейского, который впервые оказался на месте убийства.

Дальше – хуже. Следующий в очереди, едва зайдя внутрь, изумленно присвистнул. Остальные нехорошо покосились на Аманду.

А мы вернулись к гостям.

– Хочешь немножко проветриться? – прокричал я ей в ухо.

Мы вышли на маленький балкон, висевший на высоте тридцати футов над внутренним двориком, усыпанным окурками.

– Теперь ты передо мной в долгу. Век не расплатишься. Гости подумали, что я… ты только не обижайся… страшно обосралась в разгар вечеринки. В своем собственном доме. Ради тебя я совершила подвиг, – сказала Аманда.

– Мне очень неудобно. Хочешь, я пойду и скажу им, что это был я.

– Ага, можно подумать, что это все исправит, – засмеялась она.

– Послушай, я даже не могу выразить, как мне неудобно. Как я могу загладить вину?

– Может, просто немножко расслабишься, и мы повеселимся?

Но расслабиться я был совершенно не способен. Я понимал: сейчас не лучший момент, чтобы вываливать на Аманду сомнения. Но притворяться, будто все идет замечательно, было бы, наверно, даже хуже. Я все равно никогда не умел притворяться.

– Вообще-то… я хотел с тобой об этом поговорить, – сказал я.

– О чем?

– Я знаю, что сегодня все время веду себя немного странно… Понимаешь, я все думаю, ты ведь живешь в Сан-Франциско, а я в Лос-Анджелесе, и у нас обоих туго с деньгами, и, очевидно, я плохо переношу путешествия, ты только что сама видела. В общем, не знаю…

Я трусливо не докончил фразу. Надеялся, что Аманда закончит мою мысль за меня.