Кукла в его руках - Катя Водянова

Алистер выложил пирог на блюдо, разрезал на несколько частей, после чего громко позвал:

— Тильда, где ты?

Почему он так кричит? Она-то не глухая! Тиль попыталась встать, но не смогла пошевелиться, как и произнести что-нибудь. Даже перевести взгляд не получалось, только и оставалось, что смотреть в одну точку.

— Уже бегу! — кто-то отозвался и сразу же затопал по лестнице. Голос показался знакомым, как будто бы…

Это она сама. Тиль смотрела, как ее точная копия подошла к Алистеру, поцеловала его, буквально присосавшись к губам. И этот тугодум даже не заметил подмены: обнял лже-Тиль, ответил на поцелуй, подхватил на руки и усадил на стол.

Тот самый, за которым ест! Скотина! Значит, ей настоящей на обеденный стол садиться было нельзя, а фальшивке — можно? Да она…

Но пошевелиться не вышло. Все это слишком походило на один из кошмаров, насланных Безымянным. Но ни его самого, ни жриц здесь не было, только лже-Тиль бесстыже раздевавшая Алистера.

— Постой. Я не могу так. Кажется, будто бы она на нас смотрит.

Ал оттолкнул копию Тиль и впервые посмотрел на нее настоящую. Хотелось кричать и махать руками, да что угодно, лишь бы он снова не отвернулся.

— Это всего лишь кукла, брось Ал.

Фальшивка стянула платье через голову и поманила Алистера к себе. Какой отвратительный, жеманный жест! Как в дешевом порно. Неужели она и вправду себя так ведет? Тот же покачал головой, подошел к Тиль и взял ее на руки. Точнее — на одну руку. Сейчас святоша казался настоящим гигантом, а Тиль превратилась в куклу. Словно бы поменялась телами с вольтом.

Тепло от его ладони согревало и дарило спокойствие и уверенность. Это ее Алистер. Он всегда узнает Тиль и никогда не обидит. И она сама готова на многое, только бы остаться рядом со святошей, и плевать на всю эту магию.

Тиль на мгновение провалилась в темноту, а очнулась рядом с костром Безымянного. Сам он задумчиво рассматривал вольт, поглаживая длинные нити, тянущиеся из рук и ног куклы.

— Отпустите меня, пожалуйста-пожалуйста, — Тиль села на землю и сложила руки на коленях. — Я все-все-все осознала, отныне буду примерной девочкой и постараюсь загладить вред, причиненный Алистеру.

— А ведь и не врешь, — Безымянный опустил вольт и склонил голову набок. — Только своего святошу ты еще плохо знаешь: он не так прост.

— По сравнению со мной Алистер — паинька. И все равно, что там было у него в прошлом.

— Влюбилась, — он произнес это настолько уверенно, что Тиль осталось только согласно кивнуть. — А ты ему нужна, как думаешь?

Безымянный расхохотался и исчез, оставив Тиль наедине с улыбающимся вольтом. Она попыталась взять куклу, но как и в реальности, не смогла прикоснуться.

И что она может думать? Алистер хорошо к ней относится, но ни разу не намекнул о чем-то большем. Не спрашивать же напрямик? Тиль вздохнула и зажмурилась, и уже через мгновение проснулась на диване Алистера.

Сам святоша только-только вошел в дом, проследовал мимо, прямо к духовке, из которой вынул пирог.

— Алистер? — Тиль вжалась в подушку и потащила на себя плед, но кошмар не повторился: святоша повернул к ней голову и улыбнулся.

— Извини, не хотел тебя будить. Сейчас заварю чай и принесу его тебе.

— А откуда у нас пир…

Тиль не успела закончить фразу, как зацепилась взглядом за пустую упаковку из-под замороженного пирога. Такое простое объяснение, а она до него не додумалась. Влияние насланных Безымянным кошмаров, не иначе. Но сейчас все закончилось: она не в теле куклы, а рядом с Алистером.

— Почему-то захотелось выпечки, и чтобы непременно горячей, — он продолжил суетиться в кухонной зоне, Тиль же поднялась с дивана и направилась помочь ему. Спасибо доктору Мартену: боли она уже не чувствовала, только небольшой дискомфорт от фиксаторов. Так что не стоит перекидывать все домашние дела на Алистера, он тоже неважно выглядит.

— Лежала бы, — он покачал головой, но где-то в глубине его золотистых глаз мелькнула искорка радости и облегчения.

— Надоело, — Тиль улыбнулась и достала из шкафчика тарелки. Какая же неудобная штука, эти фиксаторы: давят, скрипят, не дают нормально двигаться. И на вид ужасны. — И хочется быть к тебе поближе.

Она на мгновение замерла, затем подошла к Алу со спины и обняла.

— Тильда, я же так не услышу тебя.

Точнее — не прочитает по губам. Неужели у имплантата опять начались сбои? Все это очень и очень неприятно, но ничего Тиль непременно все исправит.

А пока что можно и помолчать. Хотя бы пару минут. Она еще крепче сжала Алистера, затем как бы невзначай провела рукой по животу и почесала его.

— Ти-и-иль! Не стыдно? — Алистер стремительно развернулся, оказавшись лицом к Тиль и теперь внимательно смотрел ей в глаза с таким серьезным выражением лица, словно бы готовился прочитать очередную лекцию. — Ужин — один из самых важных приемов пищи в течении дня. Нужно дать организму необходимый запас энергии, но нельзя перегрузить пищеварительный тракт, иначе будешь плохо спать. Сейчас не время для эротических игр!

— Зануда, — она расхохоталась и села на стул. — Лучше расскажи, как прошел день.

— Ужасно. — Алистер, наконец, закончил с пирогом и чаем и сел рядом с Тиль. — Одна моя хорошая знакомая выпала из окна и переломала себе все, что только можно было.

— Зануда в кубе. Сколько можно вспоминать об этом? — Тиль поджала губы и уставилась в свою чашку, наблюдать за медленно тонущей черной чаинкой. Она и так больше всех пострадала от собственной глупости, зачем снова говорить об этом?

И «знакомая». Вот что было обиднее всего. Не «моя девушка», не «моя подруга», а просто «знакомая». Как так можно? Они же спали, в конце концов. Хотя «секс-партнер» — звучало бы еще хуже.

С другой стороны, а на что она рассчитывала? На признание в любви и приглашение замуж? После всех проделок?

Но обидно. Как же обидно. «Знакомая». Это же почти приговор для их отношений.

— Ладно, ладно. Умолкаю. Лекция будет потом.

— Во время секса? — Тиль не удержалась и припомнила их разговор в больнице.

— Ну-у… док запретил ближайшие сутки даже думать в эту сторону. Так что не знаю, дотерплю ли… А давай лекцию вместо секса?

— Зато твоя знакомая легко проживет двое суток без лекций. И неделю — тоже. И две.

— Ты такая бесчувственная, — он притворно вздохнул и заботливо пододвинул к Тиль тарелку с куском пирога. Правда, после недавнего кошмара на выпечку не хотелось даже смотреть. — А ведь в конце этой лекции я бы непременно рассказал тебе о том, что сегодня изгнал одержимого. Аморрику снова в безопасности. На какое-то время.

Тиль с сомнением посмотрела на хитро улыбающегося Алистера, затем покачала головой и переключила внимание на чай.