Запрещенный угар - Алексей Лютый

— А это ты нам предоставь решать, умник, еври бади, — отрезал старшина. — Гони сюда технику, а уж дальше мы сами разберемся. Кстати, какая из этих халуп наша?

Небесный неопределенно махнул рукой, а затем двинулся вперед, указывая «икс-ассенизаторам» дорогу. Здесь, на дачных участках, контрабандист шел уже не скрываясь, однако спецназовцы передвигались по направлению к ветхим постройкам короткими перебежками, прикрывая друг друга. Впрочем, эта мера предосторожности оказалась излишней, поскольку вскоре выяснилось, что на Лоне, как и на Земле, по ночам на дачах никто не работает. Хаарм в задумчивости остановился у одной группы строений.

— Точно знаю, что его участок здесь. Вот только не могу вспомнить, какой из домиков ему принадлежит, — проворчал небесный себе под нос.

— Так твой осведомитель на Лоне — толпотоид? — поинтересовался Зибцих.

— Что? — встрепенулся контрабандист. — А-а, нет! Стал бы я с такой мелюзгой связываться. Здесь располагается участок одного из слуг моего осведомителя. Однажды мы здесь прятали… Впрочем, неважно! Занимайте этот домик. — Хаарм махнул рукой прямо перед собой. — Все равно до завтрашнего вечера на участках ни одна морда не покажется, а к тому времени я вас отсюда вывезу. Поэтому нет разницы, какую именно развалюху вы займете.

Конечно, контрабандист о нравах, царящих на Лоне, знал куда больше, чем люди, и все же не в правилах спецназовцев было кидаться в незнакомые помещения сломя голову. Шныгин дал знак группе, и бойцы мгновенно рассредоточились. Сара прижала маммида к стене, Пацук прикрыл тыл, а ефрейтор взял дверь под прицел. Кедман занял позицию справа от входа и, как только старшина оказался рядом, пинком выбил дверь. Шныгин мгновенно ворвался внутрь и через секунду оповестил всех, что внутри чисто. Точнее сказать, отсутствует противник, поскольку чистотой там и не пахло!

— Ни хрена себе, блин, ну и бардак! — заявил он по рации, осматривая беспорядочно захламленное помещение. — Слушай, Хаарм, а поприличней тут квартирок не бывает, еври бади?

— А все толпотоиды — свиньи, — известил старшину контрабандист, входя в домик. — Поэтому здесь и было удобно прятать… Впрочем, неважно! В общем, вы располагайтесь и ждите меня. Вернусь, как только подыщу вам транспорт.

Небесный исчез, растворясь в ночи, а «икс-ассенизаторам» ничего другого не оставалось, кроме как занять предложенное им помещение. Дача неведомого толпотоида была ужасно захламлена, вещи в беспорядке валялись по всему помещению, да и сам домик был удивительно маленький. Что, впрочем, вполне естественно, если учитывать средний рост толпотоида.

— И как мы тут все поместимся? — поинтересовался Кедман, нагибая голову, чтобы не пробить ею потолок.

— В тесноте, да не в обиде, — ответил старшина, который был ненамного ниже. — Сара, Микола, располагайтесь около окон, следите за улицей и постарайтесь не высовываться. На всякий случай. Джонни, ты пристраивайся, блин, где-нибудь у входа, а мы с Гансом оккупируем дальнюю стенку, еври бади.

Спорить со старшиной не стал даже Пацук. Все заняли предложенные им позиции, после чего выяснилось, что единственным местом, которое осталось для волосатого и отнюдь не маленького маммида, был центр комнаты. Как раз между двух куч мусора. Тот проворчал себе под нос что-то вроде «Меня тут за лоха, в натуре, держат», но на пол все же уселся. А затем и улегся, когда старшина решил, что сидя маммид закрывает ему сектор обстрела входной двери.

Говорят, ждать и догонять — хуже нет. Если эта поговорка верна, то кому-либо хуже, чем «икс-ассенизаторам», в данный момент быть просто не могло. Хотя бы потому, что пятерка землян должна была догнать исчезнувший экипаж «Ястреба», и, чтобы сделать это, группе требовалось, как это ни парадоксально, сидеть и ждать. В общем, бойцам не позавидуешь. Тем более что, только оказавшись в дачном поселке толпотоидов, «икс-ассенизаторы» до конца поняли, насколько рискованное предприятие они затеяли.

Вообще в самом плане проникновения в гарнизон маммидов с самого начала была масса изъянов и чрезвычайно большое количество всевозможных «если». Если Хаарм сможет довести их до Столицы, если он не продаст и организует встречу со своим человеком, если тот сможет… И так далее. К тому же на охране корабля остался один Коля Мухин, и это тоже беспокоило бойцов. Конечно, он парень не промах, да и «тарелка» не старый сарай, и, находясь внутри, пилот скорее всего будет в безопасности, но ведь как-то инопланетяне смогли обезвредить группу Орлова?! А те хоть и не были суперспециалистами по борьбе с пришельцами, но все же психологическую подготовку какую-то прошли. В отличие от Коли Мухина, который, как предполагалось, вообще никогда не должен был вступать в контакты с инопланетянами. По крайней мере не делать этого без «икс-ассенизаторов», находящихся поблизости. И теперь сама мысль о том, что «тарелку» обнаружат, а Коля не сможет оказать надлежащего сопротивления ментальной атаке врага, здорово беспокоила спецназовцев. Озвучил ее самый здравомыслящий человек из всей группы — ефрейтор Зибцих.

— Слушай, Сергей, может быть, кому-то из нас стоит вернуться? — обратился он к старшине. — Дорогу назад я найду. Конечно, это не лучшая мысль, но опасно так надолго оставлять корабль без охраны.

— Вот именно, мысль не лучшая, — согласился с ним Шныгин.

— О разделении труда раньше нужно было думать, блин, а сейчас это просто опасно. В случае чего Колян в «тарелке» продержится. Мы ведь уже проверили, что маммиды ментальные удары наносить не могут, а небесных, похоже, тут не так много. В засаде у топей ни одного не было…

— Зато, если нашу «тарелку» найдут, они туда на радостях все нагрянут, — утешил группу Пацук. И возразить ему было нечего, кроме как сказать: «Типун тебе на язык!» Что и было сделано всеми «икс-ассенизаторами» сразу.

— Кстати, о птичках, — заявила вдруг Сара Штольц, заставив всех повернуться в свою сторону. — А вы никогда не задумывались, зачем небесным понадобились маммиды? Что, у них своих солдат мало? Чем плохи мурланты?

— А действительно! — поддержал ее Ганс. — Чем маммиды лучше других? Насан, что в вас такого особенного?

— Мы храбрые, — гордо заявил волосатый уродец из-за кучи мусора.

— Нашел достоинство! — не оборачиваясь к маммиду, хмыкнул от окна Пацук. — Мурланты тоже мало чего боятся, а кристаллидам и вообще все по фигу. Тут одной храбрости мало.

— Мы сильные! — с еще большим пафосом заявил Насан.

— Ага, сильные, — согласился с ним украинец. — Такие вы сильные, что одна девка половину вашего отряда зашугала, да и ты сам на коленях перед ней ползал. Воно ж с сильным так всегда бывает…

— Мы умные, — на этот раз в голосе маммида проскользнула нотка сомнения.

Микола заржал в голос, но прокомментировать последнее заявление Насана не успел.

— Тихо вы! — зашипела Сара со своей наблюдательной точки. — На улице что-то происходит.

В домике тут же наступила тишина. И единственными звуками, которые нарушили ее, было клацанье взятого на изготовку оружия да невнятное хрюканье Насана, вжатого в грязный пол Шныгиным. Старшина знаками приказал маммиду молчать и так же, при помощи языка жестов, объяснил Насану, что с ним случится, если он надумает издать хоть один звук. Остальные «икс-ассенизаторы» замерли на своих позициях, и лишь Зибцих шевелился, минируя заднюю стену пластидом на случай возможного отступления.