Галич Александр - Александр Аркадьевич Галич

И я просияю счастливо!

И робот-топтун, молчалив и мордаст,

Мне пиво с горошком мочёным подаст.

И выскажусь я, так сказать, говоря:

— Не зря ж мы страдали,

И гибли не зря!

Не зря мы, глаза завидущие,

Мечтали увидеть грядущее!

Спи, Семён, спи,

Спи, понимаешь, спи!

Спи, а то придёт Кощей,

Растудыть его в качель!

Мент приедет на «козе»,

Зафуячит в КПЗ!

Вот такие, брат, дела —

Мышка кошку родила.

Спи, Семён, спи,

Спи, понимаешь, спи!

Спи!..

<1971>

О ТОМ, КАК КЛИМ ПЕТРОВИЧ ДОБИВАЛСЯ, ЧТОБ ЕГО ЦЕХУ ПРИСВОИЛИ ЗВАНИЕ «ЦЕХА КОММУНИСТИЧЕСКОГО ТРУДА», И, НЕ ДОБИВШИСЬ ЭТОГО, — ЗАПИЛ

…Все смеются на бюро:

— Ты ж как витязь —

И жилплощадь, и получка по-царски!

Ну, а я им:

— Извините, подвиньтесь!

Я ж за правду хлопочу, не за цацки!

Как хотите — на доске ль, на бумаге ль,

Цельным цехом отмечайте, не лично.

Мы ж работаем на весь наш соцлагерь,

Мы ж продукцию даём на «отлично»!

И совсем мне, — говорю, — не до смеху,

Это чьё ж, — говорю, — указанье,

Чтоб такому выдающему цеху

Не присваивать почётное званье?!

А мне говорят

(Все друзья говорят —

И Фрол, и Пахомов с Тонькою):

— Никак, — говорят, — нельзя, — говорят, —

Уж больно тут дело тонкое!

А я говорю (матком говорю!):

— Пойду, — говорю, — в обком! — говорю.

А в обкоме мне всё то же:

— Не суйся!

Не долдонь, как пономарь поминанье.

Ты ж партейный человек, а не зюзя,

Должен, всё ж таки, иметь пониманье!

Мало, что ли, пресса ихняя треплет

Всё, что делается в нашенском доме?

Скажешь — дремлет Пентагон?

Нет, не дремлет!

Он не дремлет, мать его, он на стрёме!

Как завёлся я тут с полоборота:

— Так и будем сачковать?!

Так и будем?!

Мы же в счёт восьмидесятого года

Выдаём свою продукцию людям!

А мне говорят:

— Ты чего, — говорят, —

Орёшь, как пастух на выпасе?!

Давай, — говорят, — молчи, — говорят, —

Сиди, — говорят, — и не рыпайся!

А я говорю, в тоске говорю:

— Продолжим наш спор в Москве! — говорю.

…Проживаюсь я в Москве, как собака.

Отсылает референт к референту.

— Ты и прав, — мне говорят, — но, однако,

Не подходит это дело к моменту.

Ну, а вздумается вашему цеху.

Скажем, — встать на юбилейную вахту?

Представляешь сам, какую оценку

Би-би-си дадут подобному факту?!

Ну, потом — про ордена, про жилплощадь,

А прощаясь, говорят на прощанье:

— Было б в мире положенье попроще,

Мы б охотно вам присвоили званье.

А так, — говорят, — ну, ты прав, — говорят, —

И продукция ваша лучшая!

Но всё ж, — говорят, — не драп, — говорят, —

А проволока колючая!..

«Ну, что ж, — говорю, —

Отбой! — Говорю. —

Пойду, — говорю, —

В запой!» — говорю.

Взял — и запил.

<1969?>

ПЛАЧ ДАРЬИ КОЛОМИЙЦЕВОЙ ПО ПОВОДУ ЗАПОЯ ЕЁ СУПРУГА — КЛИМА ПЕТРОВИЧА

…Ой, доля моя жалкая.

Родиться бы слепой!

Такая лета жаркая —

А он пошёл в запой.

Вернусь я из магазина,

А он уже, блажной.

Поёт про Стеньку Разина

С персидскою княжной.

А жар — ну, прямо, доменный,

Ну, прямо, градом пот.

А он, дурак недоеный,

Сидит и водку пьёт.

Ну, думаю я, думаю,

Болит от мыслей грудь:

«Не будь ты, Дарья, дурою —

Придумай что-нибудь!»

То охаю, то ахаю —

Спокоя нет как нет!

И вот —

Пошла я к знахарю,

И знахарь дал совет.

И в день воскресный, в утречко,

Я тот совет творю:

Вплываю, словно уточка,

И Климу говорю:

— Вставай, любезный-суженый,

Уважь свой родный дом,

Вставай давай, поужинай,

Поправься перед сном!

А что ему до времени?

Ему б нутро мочить!

Он белый свет от темени

Не может отличить!

А я его, как милочка,

Под ручки — под уздцы,

А на столе —

Бутылочка,

Грибочки, огурцы.

Ой, яблочки мочёные

С обкомовской икрой,

Стаканчики гранёные

С хрустальною игрой,

И ножички, и вилочки —

Гуляйте, караси!

Но только в той бутылочке

Не водка:

Ка-ра-син!

Ну, вынула я пробочку —

Поправься, атаман!

Себе — для вида — стопочку,

Ему — большой стакан.

— Давай, поправься, солнышко,

Давай, залей костёр!..

Он выпил всё, до донышка,

И только нос утёр.

Грибочек — пальцем — выловил,

Завёл туманно взгляд,

Сжевал грибок

И вымолвил:

— Нет, не люблю маслят!

<1970?>

О ТОМ, КАК КЛИМ ПЕТРОВИЧ ВОССТАЛ ПРОТИВ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ СЛАБОРАЗВИТЫМ СТРАНАМ

История эта очень печальная, Клим Петрович рассказывает её в состоянии крайнего раздражения и позволяет себе поэтому некоторые не