Галич Александр - Александр Аркадьевич Галич

…Прямо, думал я одно — быть бы живу.

Прямо, думал — до нутря просолюся!

А мотались мы тогда по Алжиру

С делегацией ЦК профсоюза.

Речи-встречи, то да сё, кроем НАТО,

Но вконец оголодал я, катаясь.

Мне ж лягушек ихних на дух не надо,

Я им, сукиным детям, не китаец!

Тут и Мао, сам-рассам, окосел бы!

Быть бы живу, говорю, не до жира!

И одно моё спасенье —

Консервы,

Что мне Дарья в чемодан положила.

Но случилось, что она, с переливу.

Положила мне одну лишь салаку.

Я в отеле их засратом, в «Паласе»,

Запираюсь, как вернёмся, в палате,

Помолюсь, как говорится, Аллаху

И рубаю в маринаде салаку.

А наутро я от жажды мычу,

И хоть воду мне давай, хоть мочу!

Ну, извёлся я!

И как-то, под вечер,

Не стерпел и очутился в продмаге…

Я ж не лысый, мать их так!

Я ж не вечен!

Я ж могу и помереть с той салаки!

Вот стою я, прямо злой, как Малюта,

То мне зябко в пинжаке, то мне жарко.

Хоть дерьмовая, а всё же — валюта,

Всё же тратить исключительно жалко!

И беру я что-то вроде закуски,

Захудаленькую баночку, с краю.

Но написано на ней не по-русски,

А по-ихнему я плохо читаю.

Подхожу я тут к одной синьорите:

— Извините, мол, комбьен,

Битте-дритте,

Подскажите, мол, не с мясом ли банка?..

А она в ответ кивает, засранка!

И пошел я, как в беспамятстве, к кассе,

И очнулся лишь в палате, в «Паласе» —

Вот на койке я сижу нагишом

И орудую консервным ножом!

И до самого рассветного часа

Матерился я в ту ночь, как собака.

Оказалось в этой банке не мясо,

Оказалась в этой банке салака!

И не где-нибудь в Бразилии «маде»,

А написано ж внизу, на наклейке,

Что, мол, «маде» в ЭсЭсЭр,

В маринаде,

В Ленинграде,

Рупь четыре копейки!

…Нет уж, братцы, надо ездить поближе,

Не на край, расперемать его, света!

Мы ж им — гадам — помогаем,

И мы же

Пропадаем, как клопы, через это!

Я-то думал — как-никак заграница,

Думал, память как-никак сохранится,

Оказалось, что они, голодранцы,

Понимают так, что мы — иностранцы!

И вся жизнь их заграничная — лажа!

Даже хуже — извините — чем наша!

<1970?>

ИЗБРАННЫЕ ОТРЫВКИ ИЗ ВЫСТУПЛЕНИЙ КЛИМА ПЕТРОВИЧА

1. Из речи на встрече с интеллигенцией

…Попробуйте в цехе найти чувака,

Который бы мыслил не то!

Мы мыслим, как наше родное ЦК,

И лично…

Вы знаете — кто!

…И пусть кой-чего не хватает пока,

Мы с Лениным в сердце зато!

И мыслим, как наше родное ЦК,

И лично…

Вы знаете — кто!

…Чтоб нашей победы приблизить срока,

Давайте ж трудиться на то!

Давайте же мыслить, как наше ЦК,

И лично…

Вы знаете — кто!..

<1970?>

2. Из беседы с туристами из Западной Германии

…А уж пыль-то вы пускать мастера!

Мастера вы!

Да не те времена!

Мы на проценты сравним, мистера,

Так и нет у вас, пардон, ни хрена!..

Потому что всё у вас —

Напоказ.

А народ для вас — ничто и никто.

А у нас — природный газ.

Это раз.

И ещё — природный газ…

И опять — природный газ…

И по процентам, как раз,

Отстаёте вы от нас

Лет на сто!

<1970?>

По образу и подобию,

или

Как было написано на воротах Бухенвальда:

«Jedem das Seine» — «Каждому — своё»

Начинается день и дневные дела

Но треклятая месса уснуть не дала.

Ломит поясницу и ноет бок,

Бесконечной стиркою дом пропах…

— С добрым утром, Бах, — говорит Бог.

— С добрым утром, Бог, — говорит Бах.

С добрым утром!..

…А над нами с утра, а над нами с утра,

Как кричит вороньё на пожарище,

Голосят рупора, голосят рупора:

«С добрым утром! Вставайте, товарищи!»

А потом, досыпая, мы едем в метро,

В электричке, в трамвае, в автобусе,

И орут, выворачивая нутро,

Рупора о победах и доблести.

И спросонья бывает такая пора,

Что готов я в припадке отчаянья

Посшибать рупора, посбивать рупора —

И услышать прекрасность молчания…

Под попреки жены исхитрись-ка изволь

Сочинить переход из це-дура в ха-моль!..

От семейных ссор, от долгов и склок

Никуда не деться, и дело — швах…

— Но не печалься, Бах, — говорит Бог.

— Да уж ладно, Бог, — говорит Бах.

Да уж ладно!..

…А у бабки инсульт, и хворает жена,

И того не хватает, и этого,

И лекарства нужны, и больница нужна,

Только место не светит покедова.

И меня в перерыв вызывают в местком,

Ходит пред по месткому присядкою:

«Раз уж дело такое, то мы подмогнём,

Безвозвратною ссудим десяткою».

И кассир мне деньгу отслюнит по рублю,

Ухмыльнётся ухмылкой грабительской.

Я пол-литра куплю, валидолу куплю,

Двести сыра и