Последний бой президента - Александр Тамоников

– Писаря уберешь?

– Без проблем.

– Идем.

Офицеры прошли в канцелярию, сели за стол.

Фонт взял два чистых листа стандартной бумаги, карандаш и сказал:

– Значит, у тебя четыре бронетранспортера «М-113».

– Так точно.

– В каждом два члена экипажа. Это механик-водитель и командир, он же пулеметчик.

– Так точно.

– Десант – одиннадцать человек. Итого во взводе получается пятьдесят два человека, да?

– Нет, меньше. В каждом бронетранспортере размещается отделение, состоящее из восьми человек, включая механика-водителя и командира отделений. Тот сержант, которого сменю в машине я, перейдет в десантный отсек до спешивания. Во взводе тридцать два бойца. Из них четыре сержанта.

– А кто встает за пулемет, когда десант покидает машину?

– Пулеметчик отделения.

– Значит, высаживаются шестеро с каждого бронетранспортера?

– Так точно. Всего двадцать пять человек вместе со мной.

– Понятно. По маршу внесены изменения. Пойдем так. – Капитан быстро изобразил на листе схему маршрута.

Лейтенант кивнул и сказал:

– Понятно, по параллельной улице, где меньше транспорта.

– Да. Впереди два танковых взвода, между ними твое подразделение. За тобой еще два танковых взвода. В замыкании пустой грузовик.

– Так мы растянемся метров на двести.

– Да, где-то так. Каждый взвод займет пятьдесят метров.

– Ясно. Как проходим перекрестки? Я думал, что в грузовике будут регулировщики.

– Порядок такой. Выходим к перекрестку. Если на светофоре зеленый свет, то идем дальше, при красном колонна стоит. Нам приказано соблюдать правила дорожного движения.

– Но это же абсурд! – воскликнул лейтенант. – Военные колонны всегда проходили город без остановок.

– Ты думаешь, я этого не знаю? Но еще посмотрим. Возможно, посадим в грузовик регулировщиков. Это решит командование. По порядку марша будут дополнительные указания. По нему самому вопросы есть?

– Никак нет.

Фонт кивнул, начертил схему площади и проговорил:

– Теперь по месту развертывания. Как видишь, это площадь Конституции. Вот дворец Ла-Монеда и здание министерства обороны, далее улицы…

Утром 29 июня колонна, состоявшая из шестнадцати боевых машин, выстроилась у транспортных ворот контрольно-пропускного пункта.

В 6:40 к капитану Фонту и лейтенанту Торнеро подошел командир батальона. Младшие офицеры поприветствовали его.

– Готовы? – спросил Диес.

– Так точно, сеньор майор! – ответил Фонт.

– Мы с командиром полка вечером посоветовались. Кстати, высокие чины, стоящие над майором Бьяндо, утвердили изменение плана и решили все же выставить регулировщиков. Могли, конечно, попросить полицию переключить светофоры и обеспечить вам зеленый коридор, но это вызвало бы переполох раньше времени. Поэтому грузовик поедет впереди, в нем разместится отделение регулировщиков, так что движение будет осуществляться по их сигналам.

Фонт кивнул и сказал:

– Понял. Так будет удобнее, да и суеты большой не создаст. Разрешите один вопрос, сеньор майор?

– Конечно, капитан, спрашивай.

– Альенде, руководство армии и полиции сейчас уже на месте?

– По армейскому и полицейскому начальству ничего не скажу, а вот президент только что выехал с виллы Каньявераль, где постоянно живет с семьей. Сейчас его жена Ортензия и дочь Беатрис находятся в Мексике, выражают соболезнования народу этой страны по случаю землетрясения. Они должны вернуться в воскресенье.

– Президент выехал со своей обычной охраной? – спросил командир мотопехотного взвода.

– По моим данным, да.

Разговор прервал подполковник Суперо, подошедший к ним.

– Готовы? – осведомился он.

– Так точно! – ответил Фонт.

Суперо повернулся к Диесу.

– Провели последний инструктаж, касающийся утверждения нового плана?

– Так точно!

Командир полка посмотрел на часы.

– Ну что ж, тогда удачи всем нам. Вперед! Наряд, открыть проезд!

Солдаты, стоявшие у ворот, распахнули створки.

Грузовик обошел колонну бронетехники и двинулся вперед. Уже на первом повороте он затормозил, из кузова, закрытого тентом, выпрыгнул регулировщик и встал посреди перекрестка. Автомобиль пошел дальше.

Экипажи боевых машин находились на своих местах.

Фонт запрыгнул на броню головного танка, поднял руку, затем выставил ее вперед и отдал команду по переговорному устройству:

– Вперед!

Когда вся колонна вышла за ворота, Суперо взглянул на Диеса и заявил:

– Ну вот, майор, теперь обратного пути нет.

Комбат усмехнулся и заявил:

– Есть. В камеру изолятора.

– Да, скорее всего. Ты предупредил Фонта о порядке открытия огня при необходимости?

– Конечно, подполковник. Капитан все знает, он выполнит приказ.

– Ничего другого не остается. Следуем в штаб полка. Оттуда будем руководить мятежом. – Он как-то невесело улыбнулся и добавил: – И поддерживать связь с Фонтом.

– Как скажете, сеньор подполковник.

Старшие офицеры прошли в штаб полка, закрылись в кабинете. К ним присоединился начальник штаба майор Баргас.

Суперо вновь взглянул на часы.

– Семь десять. Колонна уже прошла первый перекресток, сейчас дойдет до второго и повернет на второстепенную улицу.

Баргас достал сигару.

– Разрешите, сеньор подполковник?

– Да, кури, пепельница на подоконнике. Форточку открой.

Начальник штаба закурил.

– Скажи, Артуро, что за отношения у тебя с подполковником Фриасом? – неожиданно спросил у него Суперо.

Начальник штаба изобразил удивление и ответил:

– Только служебные, если наши редкие встречи вообще можно считать отношениями.

– А что ты так волнуешься? Я задал простой вопрос. Без всяких намеков.

– Я не волнуюсь.

– Хорошо. Нет отношений, и ладно. – Командир полка опять взглянул на часы. – Семь семнадцать. Колонна должна выходить на второстепенную улицу.

– Если кто и нервничает, сеньор подполковник, то это вы, – сказал Диес. – Я не вижу для этого никаких причин. Очевидно, что колонна беспрепятственно дойдет до площади Конституции и разместится там согласно расчету. О том, что будет дальше, мы узнаем из докладов капитана Фонта.