Слепой. Не брать живым - Андрей Воронин

— Глухим! Мы ему слуховой аппарат купим! — хохотнул Глухов.

— Это как?.. — не понял молодой егерь.

— Будем всем посетителям наушники с флэшками выдавать, где голоса птиц записаны! — продолжал ерничать губернатор.

— Да будет вам! — махнул рукой молодой егерь.

— Не приставай ты к людям. Они отдохнуть к нам приехали, расслабиться! — остановил молодого егеря Михалыч и предложил гостям: — Грибочки берите, я сам опята солил.

А потом добавил:

— Я там все приготовил — куртки, сапоги. И для вас, молодой человек, найдется, — кивнул он Артуру.

Артур, который впервые приехал на охоту, вежливо поблагодарил.

— Ты выпей, закуси! — подтолкнул его к столу Глухов и, хохотнув, добавил: — Чтобы метче стрелять!

— Да, главное — ружья нам, ружья! — напомнил генерал.

— Все в полном порядке! — заверил Петр Михалыч.

— Пусть охранники, пока мы переоденемся, проверят, — строго сказал генерал.

Шофер и охранник пошли за Михалычем.

— Иди переодевайся, — строго, по-деловому сказал Глухов, и Артур понял, что им с генералом надо переговорить с глазу на глаз.

Он вышел в соседнюю комнату и принялся натягивать чуть мешковатые штаны и куртку. Но, поскольку дверь была лишь прикрыта, хотел он того или нет, услышал весь разговор Глухова с генералом.

— И что, там и правда так все серьезно? — с тревогой спросил Глухов.

— Более чем, — заверил его генерал абсолютно трезвым голосом. — Я бы не рванул к тебе, если бы не было так серьезно.

— Да, и тебя тоже пасут всерьез. Мы же перед самым твоим прилетом получили сигнал, что машину, на которой тебя встречать будут, заминируют. Тебя убрать хотели. Только не понял, местные или Москва… — с тревогой проговорил Глухов.

— Да какая разница кто, — нервно сказал генерал. — У них ведь тоже везде свои люди есть. Вон помощника тебе своего подсунули.

— Нет, здесь все чисто, — уверенно сказал Глухов. — Это Юрков им информацию сливал. А этого я на улице, считай, подобрал, он чист.

— Ну, не знаю, не знаю. Есть план… Я случайно о нем узнал… Новая власть везде расставляет своих людей. И есть план…

— Меня убрать? — уточнил Глухов.

— Нет. Не сразу. Сначала убрать всех твоих людей, здесь на месте. А уж потом, когда ты останешься один, и тебя. Уже человека на твое место нашли.

— И кто это? — спросил Глухов.

— Не волнуйся, мы его плотно ведем. И не выпустим. Есть способы сделать эту фигуру небоеспособной, или, как это теперь модно говорят, непрезантабельной…

Тут хлопнула дверь, и Артур понял, что вернулись шофер и охранник. Генерал с Глуховым тут же вошли к Артуру и тоже стали примерять охотничьи «доспехи».

Когда Артур уже выходил, Глухов не выдержал и спросил у генерала:

— Так ты хоть намекни, дама это или валет?

Генерал чуть помолчал, а потом бросил:

— Дама…

— А, ну так я ее знаю, — уверенно сказал Глухов.

— Слышь, ты, Глухов, смотри только не дури! Никакой самодеятельности! — предупредил генерал.

В этом хозяйстве, надо понимать, все было рассчитано на элитную охоту. Молча, чтобы не спугнуть дичь, побродив с гостями по осеннему лесу, Михалыч пригласил всех подняться на вышку, с которой отлично просматривалась площадка — загон, на который, очевидно, молодой егерь подогнал две лисицы.

— Не стрелять! — скомандовал генерал. — Я целюсь.

Раздался выстрел. Все глаз не спускали с действительно подстреленной с первого раза лисицей, которая, метнувшись вперед, упала на засыпанную листьями траву. Вторая лисица начала бросаться из стороны в сторону.

Артур обернулся, чтобы взглянуть на меткого генерала, и едва не обомлел. Генерал, держась за грудь, бледнел на глазах, и сквозь его пальцы сочилась кровь.

— «Скорую», врача! Срочно «скорую»! — закричал Глухов и тоже испуганно заметался по площадке.

Егерь Михалыч первым поддержал генерала и, обращаясь к охраннику, который почему-то безмолвно наблюдал за всем происходящим, попросил:

— Помоги, его вниз снести надо.

Все вместе они снесли истекающего кровью, едва слышно стонущего генерала вниз, дотащили его до вороха листьев и аккуратно положили так, чтобы голова находилась повыше. Егерь Михалыч расстегнул ему куртку и даже попытался остановить кровь. Но молодой егерь остановил его:

— Лучше не трогай. Пусть медики посмотрят. Там пуля. Пулю надо достать.

«Скорая», вызывать которую побежал в сторожку молодой егерь, приехала, когда генерал уже не дышал.

— Доктор, сделайте же хоть что-нибудь! — в отчаянии попросил пожилого медика Глухов и добавил: — Я губернатор! Я сделаю для вас все, что вы попросите! Я заплачу! Только сделайте что-нибудь! Он должен жить!

— Я, господин губернатор, вас узнал, — пробормотал пожилой врач, пытаясь нащупать пульс. — Однако, увы, медицина тут бессильна. Стреляли прицельно. Мастерски стреляли.

— Но это товарищ из Москвы… Может быть… — растерянно пролепетал Глухов.

— Милицию нужно вызывать… — вздохнул врач, складывая инструменты.

— Но вы же даже перевязки не сделали! — возмутился Глухов.

— Зачем? Ведь все равно милиция убийство расследовать будет. Им пулю извлекать придется… — пожал плечами доктор, направляясь к машине.

— Мне остановить его? — с готовностью спросил шофер Глухова.

— Не надо, — покачал тот головой и, вздохнув, добавил: — Вызывай милицию.

Только теперь Артур заметил, что охранник, с которым приехал генерал из Москвы, исчез.

Совсем некстати у генерала в кармане зазвонил телефон.

— Послушай, кто там, — сказал Глухов Артуру, доставая сигареты и закуривая.

Артур, преодолевая тошноту, нащупал у лежащего на ворохе листвы генерала во внутреннем кармане куртки мобильник и, нервно сглотнув, ответил:

— Да.

— Где ты, пупсик? Твоя Маргоша уже готова. Куда мне рулить? — беспечно прозвучал в трубке звонкий женский голосок.

— Это Маргоша, — прошептал Артур, глядя на Глухова. — Что мне ей сказать?

— Дай сюда, — сказал Глухов, забирая у Артура трубку. — Маргоша, ты? Это Глухов. Товарищ генерал погиб, его убили.

Как понял Артур, Маргоша тут же отключилась.

— Да, блин, отстрел начался, — хмыкнул Глухов, бросая мобильник на землю. — Расскажете следователям, как все здесь было, — приказал он егерю Михалычу.

— А вы? — растерянно спросил тот.

— А нам работать надо! — решительно сказал Глухов и, кивнув Артуру, приказал: — Поехали! Нас ждут великие дела…