Бои без правил - Александр Белов

Вечером, после работы, в райотделе милиции на скорую рукунакрыли стол. Повод был более чем уважительный – обмывали звездочку ВолодиКаверина.

Виновник торжества, смущенно посмеиваясь, поднял граненыйстакан с водкой, на дне которого посверкивали три позолоченные звездочки.

– Представляюсь по случаю получения очередного звания –старшего лейтенанта милиции, – доложил он по заведенной издавна традиции иподнес почти полный стакан к губам.

– Давай-давай! – загалдели, подбадривая его, коллеги. –Ну-ка, за маленького полковника!.. За то, чтоб – не последняя! Чтобы генераломстал!..

Каверин медленно выпил водку до дна и вытряхнул себе в ротвсе три звездочки. За столом одобрительно загудели – ритуал был соблюден вточности – и дружно зазвенели стаканами.

В этот момент в дверном проеме показалась голова в кожанойкепочке. Каверин тут же заметил Шведа и, выплевывая звездочки на ладонь, кивнул– сейчас, мол, подожди. Он ухватил со стола бутерброд потолще, откусил от негосразу чуть ли не половину и вышел в коридор.

– Поздравляю, – улыбнулся Швед.

– М-м-м-м… – промычал набитым ртом Володя.

– Можешь поговорить?

Продолжая двигать челюстями, Каверин кивнул и показал всторону лестничной клетки.

– Ну что, принес? – спросил Володя, дожевав, наконец, свойбутерброд.

Швед протянул ему видеокассету.

– Вот, записал… «Рэмбо – первая кровь». Милиционер открылкоробку – там, вместе с кассетой, лежали несколько стодолларовых купюр.

– Ты что, охренел?! – прошипел Каверин, воровато оглядываясьи пряча деньги в карман.

– Твоя доля, – пояснил Швед. – Мне тут отъехать надо…

– Что случилось?

– Да все нормально…

Они вышли на лестничный марш, и Швед, чуть помявшись, сказал:

– Я что сказать хотел… Муху-то давно пора было притормозить,он уже всех напрягать начал. А теперь поспокойнее будет – поймет, что не всекоту Восьмое марта! А пацан этот, я считаю, молодчик. Конфликт-то он уладил…

– Я даже слушать ничего не хочу! – рявкнул вдруг Каверин.Его уже заблестевшие было от водки глаза сжались в холодные и злые щелки. –Муха – мой родственник, ясно?! И вообще мне этот… как его – Белов, да? Так вот,он мне не пон-ра-вил-ся! – он произнес это слово по слогам, внушительно и веско.

Швед молча пожал плечами – дескать, смотри, дело твое… АКаверин подвел под дискуссией черту, обратившись скорее даже не к Шведу, а ксамому себе:

– Я терпеть не стану. Я найду способ и этого Белова закрою.Слово даю – закрою!