Ярость возмездия - Александр Тамоников

– Скоро. Когда скоро? Четвертый день сидим здесь, а сына Гронского только один раз вывозили в Москву.

– Ничего, вывозили раз, вывезут и другой. Виски не хочешь?

– Сдурел? Спорт и спиртное несовместимы.

– Ну, дело твое.

Ступак поднес ко рту бокал, но выпить не успел. Сотовый телефон продребезжал сигналом вызова. Он поставил бокал, взглянул на дисплей телефона.

– Шерхан!

– Добрый день, босс!

– Сколько мне говорить, что я не переношу слово босс?

– Извините, забылся.

– А может, водкой мозги прополоскал?

– Ну что вы, как можно на задании!

– Как можно, – пробурчал руководитель подпольной террористической организации Казбек Караханов по прозвищу Шерхан. И приказал: – Доложи обстановку.

– Обстановка такая, хозяин. Гронский в Москве, его семья в полном составе в усадьбе коттеджного поселка у села Буртово. Я вот что подумал, хозяин, в усадьбе всего один охранник, садовника в счет не беру, он опасности не представляет, пенсионер, возится с цветниками. Не отработать ли нам усадьбу? А то черт его знает, сколько придется ждать, пока пацана вновь вывезут в Москву.

– Думать, Тихий, не твое дело, – ответил Караханов. – Твоя задача отработать объект по принятому плану. Понял?

– Понял!

– Когда при вас вывозили Гронского-младшего в город?

– Позавчера.

– Ясно, ждите, не прозевайте момент.

– Не прозеваем, контролируем усадьбу с 8 утра до 8 вечера. Как и приказано.

– Как Акробат?

– В порядке. Готов выехать в любую минуту.

– По охране данные подтвердились?

– Да. Усадьба охраняется посменно, тремя охранниками, дежурство – сутки. Гронский перемещается то на «Лексусе», то на «мерсе», водители-телохранители, с ним постоянно начальник охраны. Для обслуживания жены используется «Лендровер», с водителем-телохранителем, пацана вывозил один человек, похоже, еще один водитель-телохранитель на «Ауди». Он смотрел на пацана, пока тот резвился с какой-то ребятней на спортплощадке у дома, где Гронский имеет апартаменты, в Кузьминках.

– Спортплощадка прямо во дворе?

– Да, но в противоположной от охраны части огороженной территории, слева от торца здания.

– Такие подробности мне не нужны. Нам надо знать, что происходит в доме Гронского. Установить на дежурный автомобиль мощную и компактную прослушку.

– Где бы еще ее взять!

– Не перебивай, – повысил голос Караханов. – И что у тебя за дурная привычка влезать в разговор?

– Пардон.

– Значит, слушай и запоминай. Сегодня в 21.00 Репнин должен подъехать к «Макдоналдсу», что на выезде из города, недалеко от вашего дома. Там его будет на стоянке ждать Дикобраз, на «Опеле», номер… Он передаст твоему контролеру прослушку. С утра завтрашнего дня Шершень должен знать все, что делается в доме. Это ты понял?

– Понял, но из-за пробок Шершень может не успеть к 9 часам.

– Ничего, Дикобраз подождет.

– Ясно!

– О результатах прослушки – доклад мне, завтра в 22.00. Вопросы?

– Нет вопросов, хозяин.

– Работайте!

Караханов отключился. Выключил телефон и Ступак.

– Чего он? – спросил Репнин.

– Спросил, как ты себя чувствуешь, – скривился Ступак.

– А чего ты кривишься? Подколол и доволен?

– Ладно, не дергайся. Шерхан интересовался работой, о тебе, между прочим, отдельно спросил, так что никаких подколов, решил передать нам прослушку.

– Прослушку? А на хрена она?

– Чтобы знать, о чем базарят в доме Гронского.

– Шершень ставит машину у кафе напротив усадьбы бизнесмена. Он и так каждый день светится, а выставит антенну? Любой прохожий может обратить на это внимание и сообщить в ментовку, и тогда Шершень спалится по полной программе. И сам спалится, и нас спалит.

– Шерхан сказал, что Дикобраз передаст какую-то новую, современную и мощную систему.

– Дурью мается Казбек. Что даст прослушка? Информацию о личных взаимоотношениях в семье Гронских? Нам это надо? Если пацана повезут в город, Шершень и без прослушки это увидит.

– Мне передать твои слова Шерхану?

– Да мне плевать, передашь ты мои слова или нет.

– Так уж и плевать? Шерхан может изменить долю.

– А вот это мы обсудим с ним до акции. Я за копейки рисковать не собираюсь. А раз главная роль в похищении отведена мне, то скорее он с тебя снимет бабло, чтобы не мешал работать.

– И чего ты, Аркаша, такой заводной? – вздохнул Ступак. – Шуток совсем не понимаешь.

– А ты не шути. И тогда все будет о'кей.

– Хоп. Не будем ссориться, нам работать вместе, и сидеть, если заметут, тоже вместе.

– Типун тебе на язык!

– Что, не хочешь на зону?

– А ты, смотрю, очень желаешь оказаться там.

– Хорошо, Акробат. Так сколько времени?

– 16.40. Надо предупредить Шершня, чтобы встретился с Дикобразом, – посмотрев на часы, ответил Ступак и набрал номер подельника:

– Как дела, Шершень?

– Тебе что, Тихий, заняться больше нечем, как названивать мне?

– Ты слушай. Как закончишь работу, езжай к «Макдоналдсу», что на окружной в нашем районе.

– Спасибо за напоминание, а то я вдруг передумаю поужинать там.

– Черт, у меня совсем из головы вылетело, что ты там жрешь гамбургеры.

– И еще много чего.

– Но до того, как набить утробу, тебе надо встретиться с Дикобразом.

– С Дикобразом? – переспросил Шерстаков. – Зачем?

– Он передаст тебе прослушку.

– Ты намерен кого-то слушать?

– Нет, это ты будешь слушать усадьбу Гронского. И давай без комментариев, это приказ Шерхана.

– Хорошо, встречусь с Дикобразом. Но насчет прослушки поговорим на хате.

– Поговорим. В усадьбе без изменений?

– Баба Гронского выезжала минут на двадцать. Скорее всего, до гипермаркета. Вернулась с фирменными пакетами, видать, хаваниной затарилась. Не пойму я этого Гронского, денег навалом, а нанять прислугу не может.

– Или не хочет.

– Или так.

– Я понял тебя. Ждем на хате. Отбой.

– Давай!

Ступак отключил телефон, бросил его на столик и обратился к Репнину:

– Ты продумал, как попадешь на охраняемую территорию?