Я выжил, начальник! - Борис Бабкин

- Идет-то как, - кивнула вслед Вере плотная. - Задницей вертит. А потом вроде кидаются на нее. Например…

- Да вам бояться этого совершенно не стоит, - перебил ее подошедший Борис. - Даже если вы останетесь в колонии единственной женщиной, а это относится и к вам, - кивнул он второй медсестре, - ваша безопасность будет стопроцентной. А если вам укоротить юбки, произойдет массовый побег. Мужики просто не вынесут подобного зрелища!..

- Он жив! - ударив Куста в лоб основанием ладони, процедил Исмаил. - Вот что, суки позорные, я вас обоих раком поставлю, твари! - Он ударил Ломика ногой в пах. Тот, скрючившись, осел.

- Да ты что, Исмаил, - испугался Куст, - мы же ему…

- Его из больнички в изолятор потащили! - отрезал чеченец. - Что-то там с медсестрами у него вышло.

- Да честное слово, - усмехнулся немолодой мужчина, - ничего такого он и не говорил. Просто обеих задело, что произойдет массовый побег, если… - Не договорив, он рассмеялся. - И придумал же такое! - Отвернувшись в сторону, дежурный тоже улыбнулся. - Так что ни за что вы мужика на пятнашку определили.

- Вячеслав Андреевич, - спросил дежурный, - как его состояние? Можно ему находиться…

- А вы думаете, Заева это остановит? - перебил его фельдшер. - Даже если нельзя. Не любит наше начальство иронии в адрес своих служащих. Но я бы не дал разрешения на помещение его в ШИЗО.

- Кто по масти? - поинтересовался прапорщик.

- Мужик, - усмехнулся Вулич.

- Значит, к браткам не пойдешь? - спросил контролер.

- Мне все равно, - равнодушно отозвался Борис.

- А лихо ты этих баб на место поставил, - неожиданно подмигнул ему прапорщик и, оглянувшись, сунул Борису в карман пачку «Примы». Старший сержант, посмотрев в глазок, открыл дверь камеры. Вулич вошел.

- Здорово, - кивнул он находившимся в камере штрафного изолятора заключенным.

- Привет, - ответил мужчина в наколках на голом торсе.

- Афган! - воскликнул сидевший в углу небритый. - Приветик! Быстро же мы с тобой в ШИЗО попали. Тебя за кой хрен?

- Да ни за что, - усмехнулся Борис. - Растолковал двум особам разницу между ними и настоящими женщинами.

- Да откуда они здесь? - усмехнулся сидевший у стены Котов. - Здесь, как и везде, шкурье одно. Меня сюда сучка запихала из больнички. Глазки строила, задом виляла, а я ей и…

- Опачки! Значит, ты Кот? - Борис шагнул к нему.

- И что дальше? - Кот лениво поднялся.

- Слушай меня внимательно, жаба! - сказал Борис. - Это тебе от меня! - Короткий удар в солнечное сплетение согнул Олега. - Это от доктора! - Основанием ладони он ударил его по макушке. Кот шлепнулся на бетонный пол и взвыл от боли. Дверь камеры распахнулась.

- А ну прекратить! - крикнул капитан с повязкой дежурного. - Вулич, на выход! Кто тебя? - подойдя к пытавшемуся вздохнуть Котову, спросил капитан.

- Да просто поперхнулся…

Капитан вышел вслед за Борисом, и прапорщик хлопнул железной дверью.

- Вовремя менты появились, - процедил Котов. - Я бы эту суку…

- Тормози, Кот, - остановил его небритый. - Предъявить Афгану ты сам ничего не можешь. Ты, в натуре, в больничке косяком спорил. Конечно, Вулич зря тебя товарнул, но…

- Я ему устрою! - прошипел Кот.

- Кому же ты так дорогу перешел? - дав закурить Вуличу, спросил Седых.

- Без понятия, - покачал головой Борис.

- Кто заходил в твою каптерку?

- Я никого не видел.

- Знакомые по свободе у тебя здесь есть?

- Никого не встречал.

- А за что Котову врезал?

- Морда не понравилась. У вас такое бывает? - Вулич улыбнулся. - У меня иногда случается. Да теперь хоть за дело пятнашку получу. А то ведь…

- Не надо так с нашими женщинами разговаривать. Они, конечно, больше, чем надо, на тебя нагрузили, но…

- Извините, гражданин начальник, где вы тут женщин увидели?

- А Веру Георгиевну ты, значит, настоящей женщиной считаешь?

- Я не вправе судить о ней. Но она помогла мне у вахты, вот и все. Да я просто не удержался, настроение паршивое было.

- Как здоровье? Отрава не беспокоит?

- Да вроде нет.

- Слушай, - закурив, проговорил Седых. - На суде, в последнем слове, ты сказал коротко и ясно: я хотел, чтоб меня убили. Ты просто подставился. Даже следствие это отметило. Почему?

- Знаете, гражданин начальник, вы не поп, а я не на исповеди. Но уверяю, что сейчас я не хочу погибнуть. У меня другие планы.

- Сбежать желания нет?

- Если появится, вы об этом узнаете первым.

- Надеюсь, что я узнаю раньше. Но бежать не советую. Даже если сможешь уйти с зоны, далеко не убежишь. Постов везде понатыкано много. И берут они жестко. Тебе повезло, что не зона тебя брала. А то бы…

- Не надо пугать, капитан, - улыбнулся Борис. - Вы меня вызвали из-за отравления, а теперь…

- Иди. Я думал, ты мне что-то объяснишь, ведь тебя пытались убить. Хотя, может, ты сам отравился? Борис засмеялся.

- Забери, - кивнул капитан заглянувшему в кабинет контролеру.

- В ту же камеру? - спросил тот.

- Котова оттуда переведи, - решил Седых. - Хотя стоп. Веди Вулича в одиночку.

- Номер люкс, - рассмеялся Борис.

- И фельдшеру его покажите, - сказал капитан.

- Подождите, - удивилась Вера, - как это в шизо? Он…

- Его здоровье в порядке! - отрезал Заев. - И кстати, причиной его грубости медсестрам стали вы, Вера Георгиевна.

- Я? - хмыкнула она.

- Да не было там никакой грубости, - улыбнулся Вячеслав Андреевич. - Я все слышал. Просто Полина и Брошнева позволили себе нелестные замечания в адрес врача Чепурных. А Вулич высказал свою точку зрения. И кстати, я с ним согласен. - Он засмеялся.

- Вы позволяете себе много лишнего, - строго одернул его начальник колонии.

- Не вам судить, товарищ майор, - спокойно отозвался фельдшер. - Вы несправедливо дали Вуличу пятнадцать суток. Я слышал весь разговор, он не сказал ничего такого, что тянуло бы даже на лишение передачи. Хотя…

- Все, - недовольно бросил Заев, - можете идти. А вы, Вера Георгиевна, все-таки не конфликтуйте с коллективом.

- Это коллектив почему-то пытается конфликтовать со мной, - рассмеялась она. - Хотя вот Вячеслав Андреевич тоже часть коллектива.

- Самая большая часть, - заметил фельдшер.

- Вулич - опасный преступник, - наставительно произнес майор.

- Для нас он осужденный, который был отравлен, - парировал Вячеслав Андреевич.