Русский частокол - Александр Тамоников

Возле старых сосен Коваль остановился. Отсюда был слышен запах дыма.

— Лагерь хазар близко.

— Ну да, тут же елань большая.

— Далее пешком пойдем.

Они соскочили на землю, привязали коней к деревьям, надели им на морды мешки. Пошли лесом. Скоро вышли к елани, увидели на дальней стороне у болота большой шатер, рядом еще один, поменьше, по краям елани юрты, посредине табун, более десятка шалашей. Догорали костры в ямах, на срубленном дереве сидел хазарин и держал между ног саблю.

— Гляди, Сидор, — указал на него Вавула, — стража.

— Пустое. Ветер на нас. Треба бы проведать, где Ведана.

— В одном из шатров.

— То понятно, но — в каком?

— Большой наверняка самого тархана. Он при себе держать Ведану не будет, у него наложницы есть. Значит, в малом она, с сыном его и помощником.

— А если он, этот хазарин проклятый, уже надругался над ней?

Коваль вздохнул:

— Мог. Хотя гляди на кострища, они еще затухают, в шалашах и юртах только укладываются, то заметно. Видать, недавно жрали мясо. Не время насильничать. Сейчас время, но кругом тихо, а Ведана сопротивлялась бы, кричала. И шевеление было бы. А ничего нет.

— Если сын тархана надругался над Веданой — убью.

— Его или ее?

— Его, ее-то за что?

— Правильно. Обходим стан, заходим с болота.

— Но тогда нас учует хазарин-сторож. Ветер-то с той стороны.

— Не учует, часто хворост в костер подкладывает, дыма много, сквозь дым не учует. Да и ветерок на середине елани гуляет кругом.

— Ладно, идем.

Друзья обошли елань. Они знали об этой поляне, охотились здесь, поэтому пробирались уверенно даже во тьме. А главное — бесшумно. Угрожающе крикнул в ночи сыч, ухнул филин, мужики встали. Сторож вытер слезящиеся от дыма глаза, посмотрел по сторонам. Кони спокойны, значит, крупного зверя нет. А от птиц, даже хищных, вреда не будет.

Мужики продолжили путь.

На юге обошли елань по лесному участку между поляной и болотом шириной саженей в десять. Как раз хватало скрытно пройти. Домогались мошкара и комары, но что это по сравнению с хазарами? Да и привыкли местные к мошкаре. Вовсю стрекотали кузнечики. Те вообще безобидны. Пройдет время, умолкнут. Гнуса возле болота больше, чем в поле, но мошкара и комарье, это не шершни, слепни или оводы — те днем достанут, ночью не видать. Впрочем, вся эта орда насекомых не особо волновала друзей, сейчас их беспокоило другое: как без ошибки определить, где находится Ведана.

Пройдя участком от болота до елани, Вавула и Коваль залегли у куста недалеко от большого шатра. Оттуда слышались голоса, среди них — один молодой. Коваль взглянул на Вавулу:

— Никак отец и сын в большом шатре.

— Там еще кто-то.

— Помощник тархана. Значит, чего? Надо слушать малый шатер, ползем к нему.

Подползли. Внутри тишина, и вдруг — голос женский:

— Ты, полянка, смирной будь. Джабу не надо злить, злой Джабу убить может. Терпи, привыкнешь.

— Я не хочу.

— А кто у тебя спросит, чего ты хочешь? Теперь ты раба, будешь делать все, что повелит хозяин. Уже сегодня.

Хазарка засмеялась каркающим смехом.

— Слыхал? — встрепенулся Вавула.

— Слыхал. Ведана тут, к ней приставлена женщина, сын тархана может прийти в любой момент. Надо вытаскивать Ведану немедля.

— Чего с хазаркой делать станем?

— Там видно будет.

Достали ножи. Вавула сказал:

— Я режу шкуру, ты бросаешься внутрь…

Коваль вздохнул:

— Да знаю я, главное, чтобы хазарка не крикнула.

— Тогда вперед!

Друзья подползли к шатру.

Вавула достал нож, проткнул полог, рванул лезвие вниз, шкура поддалась. Коваль отодвинул Вавулу и через широкий порез ворвался в шатер. Хазарка, увидев его, открыла рот от изумления. И не успела поднять шум. Коваль ударом кулака лишил ее сознания.

Шатер освещали две плошки. Свет неяркий, но все видно. Ведана, связанная, сидела в самом углу на куче подушек.

— Ты кто?

— Леший, — усмехнулся Коваль.

Ведана испугалась:

— Зачем пришел? Не хочу в лес.

— А со мной пойдешь? — спросил зашедший следом за Ковалем сын Дедила.

— Вавула, ты?

— Я, родная, а это, — он указал на Коваля, — мой друг из нашего села. Бежать надо, Ведана, а то Джабу скоро придет.

— Я хоть щас.

Коваль меж тем раздвинул полы шатра, осмотрел поляну. Хазарин-сторож залег у костра и смотрел в противоположную сторону.

— Идем чрез прорезь, — решил Коваль.

— А хазарка не очнется?

— Не скоро.

Выползли из шатра, и сразу в кусты, к болоту, потом бегом вокруг елани, к коням.

Коваль проговорил:

— Не догадались третьего взять.

— Ничего, Сидор, мы с Веданой на одном. Мой конь крепкий, двоих вынесет.

— Ну так скачем отсюда, покуда хазары не хватились.

Они вскочили на коней. Вавула только слегка помог суженой. Женщины, как и мужики в их селе, управлялись с конями свободно.

Вот только разогнаться они не могли. Тропа, что выбрали, была узкая, ветки деревьев хлестали по лицу.

Вавула спросил:

— И зачем ты этот путь выбрал, Сидор, почему не дорогу?

— А если вдогонку пойдут? Так по своей тропе и пойдут. А мы тут.

— Мыслишь, погоня будет?

— Ну разве что тархан не позволит.

Джабу вышел из большого шатра отца в предвкушении желанной близости с молодой полянкой. Направился к своему шатру. Обычно он находился там с болышчы, но сегодня тот, все понимая, остался с отцом.

Юноша откинул полог и замер в оцепенении. Внутри на кошме валялась оглушенная служанка. Наложницы не было. Джабу тряхнул головой — не наваждение ли? Нет! Присмотревшись, заметил порезанную сзади шкуру и все понял.

— Ах ты пес! Пришел-таки за девкой!

Он выскочил из шатра. Метнувшись влево-вправо, кликнул сторожа:

— Тарак!

Тот вскочил на ноги:

— Я, господин!

— Спал, шакал?

— Нет, что ты?

— Наложницу украли. Поляне. Ты видел их?

— Никого не было, господин.

— Кто же, по-твоему, украл девку?

— Так не было никого, я все время тут…