Время одуванчиков - Александр Афанасьев

***

– Слыхал, какие у нас в области мутки? Слыхал… да ты ешь, ешь.

– Кусок в горло не лезет…

…

– Ты помнишь решение сходки?

– Какое?

– О том, что арестантский уклад един?

– Есть такое…

– Так вот – есть у нас такой отморозок. Лом.

– Слышал.

– Под ним нацики. Он давит кавказцев.

Француз не ответил. Он сам пиковых недолюбливал.

– Если так пойдет и дальше, что будет? А, Француз?

…

– Ты знаешь постанову. И я знаю. А ему на нее плевать. Он говорил о том, что всем пиковым – смерть.

– Грозные слова…

– Беспредельные слова, Француз.

Француз выдержал паузу

– И что ты хочешь?

…

– Отдать тебе его на усмотрение?

Гиви проглотил гордость.

– Помощь нужна.

Слова эти были стрёмными. Потому что Гиви, как положенец, должен был сам решать все вопросы по области, а не бегать наверх.

– Помощь?

– Спецы нужны. Серьезные.

– Ты не знаешь спецов?

Гиви снова проглотил гордость

– Эти не сработают. Серьезные спецы нужны, московские. Лучше бывшие вояки или ФСБ.

…

– Он с охраной. Гасится, два раза на одном месте не ночует. Тачку бронированную купил.

…

– В ментовке у него свои люди. Сливают ему данные прослушек, принимают людей.

Гиви понизил голос

– Базар был, что Лом добазарился с ментами. Он на блатную педаль давит, они на ментовскую. Всех воров вывести кого в зону кого в могилу. Вместо них – чтобы бритые по жизни двигались, с их понятиями сучьими.

Француз задумался

– Спецы дорого стоят.

– Это не вопрос.

– Ты не понимаешь, о каких деньгах речь. Поллимона минимум. Зеленью.

– Найду.

Француз встал. Прошелся по кабинету.

– Ну, тогда…

И в этот момент – лопнуло, разлетевшись под градом пуль, стекло.

Далекое прошлое. 2004 год. Белогорск, Россия

Расправа над Французом и Гиви привела криминальный мир в состояние шока.

Прежде всего, никто не мог понять – кто? Криминальный мир – в сущности тесен, никто там язык за зубами нормально держать не может, хотя уверяют в обратном. В зоне даже у стен есть уши. Те, кто мог сотворить такое, – профессиональные киллеры – они все на счету. И все примерно понимают, где кто находится из тех, кто может.

А тут удар пришел как из пустоты.

Похороны, все дела – понятно, что Гиви увезли хоронить на родную землю, в Грузию. Там с этим начались проблемы – потому что Мишико заявил, что главный бандит тут он и ему помощники не нужны. Вскоре примут закон о ворах в законе, согласно которому за сам факт принятия титула – конфискация имущества и срок.

Но дело было в другом. В Абу-Даби состоялась сходка, на которой в том числе выбирали и смотрящего по Белогорской области. Выбрали опять грузина.

Правда, выбрать мало…

***

Короче говоря, новый вор в законе должен был прибыть в область с кем-то авторитетным, который подтвердит его полномочия перед местным сходняком и проследит за передачей общака. Но это все в теории, а на практике…

Как только сел московский рейс – подали трап. Вор по кличке Отар Маленький – вышел на трап одним из первых, гордый весь такой. Его уже ждали, машину подогнали прямо к трапу. С ним был Ахмад, вор союзного уровня.

Короче, братва села в тачку – а тачка не едет. Заглохла. Начали разбираться, почему машина не едет. Оказалось, кто-то всадил пулю Винтореза в мотор. Винторез – бесшумная снайперская винтовка, в Чечне применялась.

Смех и грех. Сели в машину, а машина не едет…

***

Второй раз их тормознули прямо на въезде в район, причем тормознули опять нагло и с выдумкой. Там дорога идет через пути, железнодорожный переезд. Пошел поезд, грузовой. Дорогу перекрыли. Потом поезд – тепловоз и несколько вагонов – остановились прямо посреди дороги. В вагоне, который стоял на переезде открылась дверь – там, прямо в вагоне стоял станковый пулемет. А со всех сторон – от вагонов, от дома рядом – три воровские тачки уже обступили автоматчики.

Отар Маленький в панике глянул на Ахмада. Он явно такого не ожидал.

– Ты куда меня привез? Это чо?

Ахмад не ответил

– Так не договаривались.

– Рот закрой – процедил Ахмад, понимая, что хотели бы убить – уже убили бы.

От локомотива – по путям, по дороге к джипу подошел человек с коротким автоматом, в черной кожаной куртке. На рукаве у него была повязка, на повязке надпись – SS.

Он неспешно обошел джип, постучал в стекло. Подумав, Ахмад опустил его.

– Кто такие? – спросил он, издевательски растягивая гласные и гнусавя

– А ты кто такой? – спросил Ахмад – ты меня знаешь?

– Я чурок в лицо не знаю. Чурка он и есть чурка, все на одно лицо.

Ахмад сдержал клокочущую злобу. Не время!

– Я Ахмад. Не слышал?

– Вор что ли?

– Он самый.

– А тут чо делаешь?

Ответа на этот вопрос, казалось бы простой – у вора не было. Точнее, он был – но так чтобы сохранить честь, ответа не было.

– Дорогу освободи.

Автоматчик издевательски показал рукой

– Только назад если. Вали отсюда. Тут таким как ты не место. Тут только русским рады.

– Фашист что ли? – не сдержался Ахмад.

– Ага, – издевательски подтвердил боевик, – он самый.

– В зону зарулишь, опустят, – сказал вор, – там таких не любят.

– Я сам кого хочешь опущу, – сказал боевик, – здесь наша, русская власть. Не понял, что ли?

Ахмад вздохнул.

– Понять не понял, но слова разобрал. Как тебя звать?

– Как ты и сказал, – фашист.

***

Это конечно же были мои люди.

Почему я поддерживал националистов (и сейчас поддерживаю). По моему любой нормальный человек должен поддерживать националистов. Своих, разумеется, а не чужих. И любые нормальные националисты должны понимать, где край, и не падать. Вот в Италии например. Там нет националистов как таковых. Но это не потому что их нет, а потому что там националисты – все. Никто например, не высказывается в издевательском тоне о своей истории, очень и очень кровавой и неоднозначной. Никто не придумывает высказывания в стиле «итальяшка – говняшка»… простите. Там это просто не поймут. Не то что морду набьют – просто