Тропа барса - Петр Катериничев

Кое-как девушка сумела завести автомобиль. Тот взревел стартером и медленно пополз вниз. Аля ориентировалась в основном по высотам, обозначенным на схеме…

Потом выбралась из машины и пошла пешком, связав пластинки взрывчатки простой бечевкой. Там были и детонаторы, но Аля совсем не знала, как ими пользоваться.

На поиски нужного участка ушел почти час. Выход из шахты напоминал нору, приваленную камнем. Девушка кое-как отвалила его: это был известняк, потому оказался скорее массивным, чем тяжелым. Края ямы были прихвачены наледью. Аля зажгла спичку и бросила вниз. Спичка пролетела, вскоре угаснув, высветив уходящие почти отвесно вниз стены.

Аля привязала сверток к бечевке и стала разматывать моток, опуская взрывчатку.

На рулоне была маркировка: двадцать пять метров. Когда моток иссяк, она потянула чуть вверх: привязанный груз завис свободно.

Девушка не знала, что произойдет дальше. Какова будет мощность взрыва, останется ли она жива… Она знала только одно: там, далеко внизу, притаилась смерть и эту смерть нужно похоронить. Аля зажмурилась, вытянула вниз руку с оружием и нажала на спуск.

Взрыв, казалось, выбил почву прямо у нее из-под ног. Девушка не сумела удержать равновесия; ее тело, ставшее вдруг непослушным, затянуло по ледяной корке в черную воронку… Аля зацепилась пальцами за щербатый каменистый край и почувствовала, что сил почти нет… Словно неумолимая сила разгибала пальцы один за другим, еще секунда — и она сорвется в эту темную ледяную бездну…

Вырвавшийся из шахты клуб пыли обволок ее всю, и она перестала видеть солнце. В горле запершило, она засучила ногами, пальцы разжались, и тут…

Неведомая сила вытолкнула ее из ямы и бросила плашмя. Она оглянулась: на том месте, где зияла пустота, из земли выползало крошево грязного льда, громоздясь горкой. Аля прижалась к земле, почувствовала, как почва снова вздрогнула, потрясенная неведомой подземной силой, и замерла… Пылевое облако оседало, и солнце сияло так, как сияло и тысячи лет, изливая тепло и свет на правых и не правых, на добрых и злых, словно надеясь, что мир этот еще станет таким, каким его задумывал Создатель.

Что было дальше, она почти не понимала. Ни как съезжала с плато, ни как двигалась по шоссе, ни как искала медпункт в какой-то станице, где она и заночевала на кушетке, ожидая, пока заштопают и приведут в чувство Олега: толстая пачка сотенных с портретом президент; Франклина, найденная в бардачке машины Маэстро, золотым ключиком открывающим медицинские врата и замыкающим рты медработников на «железный занавес»

На другой день медсестра поселила ее и Олега у себя дома на окраине станицы.

Через неделю он уже поправился настолько, что мог управлять автомобилем. Аля боялась, что их будут искать, но их не искали. Почему? Задумываться над этим у нее не было ни сил, ни желания.

Потом они уехали в Княжинск.

А тогда… Тогда машина мягко съезжала вниз. Дорога расплывалась, девушка протягивала было руку, чтобы протереть стекло, и только тогда понимала, что плачет. Слезинки катились по щекам одна за другой, делая стекло размытым, будто в дождь…