Тропа барса - Петр Катериничев

— Запомните одно, Глостер… — продолжил он. — Только абсолютно здравомыслящий человек может позволить такую роскошь, как безумие… — Лир привычно пожевал губами, глядя в стол. Произнес тихо:

— Жаль, что вы не любите Шекспира.

Глостер выдержал подобающую паузу, спросил:

— Я могу быть свободным? Лир поднял глаза от стола:

— Вы можете идти, Глостер. А вот быть свободным… В этом мире никто ни от чего не может быть свободным. Никто и ни от чего.

— Знаешь, мне по-прежнему бывает страшно. — Аля повернулась на бок, положив голову на ладошку.

— От темноты? — спросил Олег.

— Нет. От времени. Порой мне кажется, за спиной уже так много всего, а я… У меня… У меня так ничего и не сделано, я так ни к чему и не готова… И жизнь может пройти, и ничего после не останется.

— Как сказал один умный человек: поступайте, дорожа временем, потому что дни лукавы.

— А что значит «лукавы»?

— Злы, обманчивы, переменчивы… И уходят, ничего не оставляя по себе. Так что… Ты правильно боишься.

— Ну, вообще-то… Страшно мне не всегда. А порой и совсем не страшно. Особенно с тобой. Знаешь почему? Я знаю, зачем живу.

— Действительно?

— Ага. Человек ничего не может забрать с собой. Он живет, чтобы дарить.

Оставлять. Людям.

— И ты знаешь, что ты хочешь подарить?

— Пока нет, но ведь даже такое знание — не так мало… правда?

— Правда. А ты не боишься, что…

— Люди могут отвергнуть мой дар? Конечно боюсь. Но и это не страшно. Тогда просто будешь несчастлива. Но ведь это же не значит — несчастна, … В конце концов, счастье — ведь не самое главное.

— Действительно?

— Так говорят.

— Глупо говорят.

— Наверное. Зато я знаю, что самое главное…

— Знаешь? — улыбнулся Олег.

— Теперь знаю. — Девушка прижалась к нему, потерлась носом о щеку, что-то прошептала неслышно, одними губами… — Аля прижала его руки, как победительница. — И не притворяйся, что ты не слышал! Ты же — слышал?!

— Слышал…

Он прильнул к ней одним сильным и нежным движением, и она закрыла глаза, чувствуя, как улетает туда, в бескрайнюю чистоту неба…

…К утру крупными хлопьями пошел снег. Он засыпал и двор, и неопрятную землю, укрывая собою все, оставленное людьми.