Туманный вирус - Сергей Донской

— Одних людей пытаешь, других лупишь ни за что ни про что, — произнесла Багила, поднимаясь на ноги и, морщась, ощупывая ягодицы. — Синяки будут, — пожаловалась она.

— Да кто их там увидит, — брякнул Белов и покраснел еще сильнее.

Надо же такое сморозить! Своей фразой он словно ставил под сомнение наличие у Багилы любимого мужчины. Она и в самом деле оскорбилась, холодно обронив:

— Кому надо, тот увидит!

Дверца «Мерседеса» снова приоткрылась. На этот раз опасливо.

— Успокоился? — спросил изнутри мужской голос.

— А я и не волновался, — заявил Белов.

Ему по-прежнему было чертовски стыдно, и именно поэтому он вел себя развязно, если не сказать по-хамски.

Из кабины выглянул водитель, лоб которого уже начал приобретать синюшный оттенок, а нос сочился кровавой юшкой.

— Меня за вами послали, — буркнул он.

— Представляться надо, — сказал Белов.

— Да ты же сразу драться полез! — возмутился водитель.

— Представился бы — не полез.

Пока они так препирались, на улицу с двух сторон съехалось превеликое множество всевозможных автомобилей, с мигалками и без, оглашающих воздух сиренами и просто рычащих моторами. Зевак скоренько оттеснили на задний план, а там и вовсе разогнали. Появились носилки, забегали санитары и полицейские. На Белова и Багилу поглядывали с любопытством, но подходить к ним не спешили. Вероятно, она высоко котировалась среди местных силовиков и подала полицаям незаметный знак, чтобы их не беспокоили.

Зато Ертаев приблизился к ним совершенно по-свойски.

— Порядок, — доложил он. — Парнишку и его автомат пришлось наверх оттащить. — Он подмигнул. — Оттуда стрелял, там и погиб, так оно лучше будет.

Белова подмывало спросить про полковника Рахимова, но он прикусил язык. Не следовало открываться перед малознакомыми людьми. В Африке Белова предал и подставил человек, который должен был его прикрывать и защищать. Ошибиться может любой, а повторяют ошибки лишь кретины. Не хотелось Белову ходить в дураках, хотя после инцидента с водителем он чувствовал себя все еще глупо.

— Ну залезайте, залезайте, — поторопил Ертаев. — Незачем тут светиться, а то ненароком какой-нибудь независимый журналист заснимет.

— А что, — спросил Белов, — водятся у вас еще такие?

— Попадаются. — Ертаев галантно открыл дверцу перед Багилой. — Прошу, мадам.

— Мадам, — сердито обронила она, забираясь в микроавтобус. — Я, наверное, теперь на чучело похожа. Из-за него… — Она наградила испепеляющим взглядом Белова, последовавшего за ней. — Такой костюм испортил!

Вот она, женская признательность за профессиональную заботу.

Белов вздохнул.

Присоединившийся к ним Ертаев протянул сумку, предусмотрительно прихваченную из подбитого лимузина.

— Ваши вещи, — бодро произнес он, подмигивая.

— Спасибо, — сказал Белов, осматриваясь.

Было такое впечатление, что они очутились в секретной лаборатории на колесах. В салоне было тесновато, зато обставлен он был по последнему слову техники: тут тебе и подслушивающая аппаратура, и радары, и компьютеры, и много всякой другой всячины.

Мягко тронувшись с места, чудо-автобус покатил прочь, провожаемый многозначительными полицейскими взглядами. Двигатель работал на удивление тихо, рессоры были отрегулированы так, что тряска почти не ощущалась.

— Знатная колесница, — одобрил Белов.

— Шагаем в ногу с техническим прогрессом, — прогундосил водитель, шмыгая носом. — Вернее, едем.

Нормальный парень, хоть и жертва тоталитарного режима.

— Ты не сердись, — сказал ему Белов. — Зря я погорячился.

— Да ладно, — буркнул водитель. — Союзники как-никак.

— А вот я вам не прощу, — заявила Багила, оттирая коленку наслюнявленным пальцем. — Никогда в жизни.

— Хотите, я куплю вам новый костюм? — спросил Белов, надеясь, что казашка откажется.

Так и вышло.

— Не хочу, — сказала она. — Мне от вас ничего не нужно. Только и можете, что с женщинами и детьми воевать.

Повернув голову так, чтобы Багила его не видела, Ертаев скорчил комичную мину: ну, ты попал, брат!

— Да не собирался я убивать этого сопляка, — в сердцах сказал Белов. — В ногу целил. А у вашего сотрудника ствол ни хрена не пристрелян.

— Выбирайте выражения, когда находитесь в присутствии дам, — холодно произнесла Багила.

Ертаев украдкой закатил глаза.

— Да я вообще могу молчать! — заявил Белов, после чего совершенно непоследовательно поинтересовался:

— Куда едем? К месту новой засады?

Ертаев фыркнул, а Багила достала мобильник и с кем-то коротко переговорила по-казахски. Потом смерила Белова изучающим взглядом.

— Что такое? — спросил он.

— У вас есть костюм? — спросила она в свою очередь, с сомнением покосившись на сумку Белова.

— Хоронить будете? — пошутил он.

Ертаев захихикал, а Багила даже не улыбнулась.

— Насколько я понимаю, костюма нет, — сказала она.

— Я, между прочим, не по театрам ходить приехал, — напомнил Белов.

Если он надеялся быть услышанным, то напрасно.

— По пути заедем в «Сарыарку», — сказала Багила.

— Какая еще «Сарыарка»? — возмутился Белов.

— Торговый центр. Отличный шопинг.

— Мне не нужен шопинг!

— Может быть, — сухо согласилась Багила. — Но костюм вам просто необходим. Вас примет сам господин Султанбаев.

Усмешка сползла с физиономии Ертаева, словно ему сделали парализующий укол. Спина водителя сделалась прямой и напряженной, как доска.

— Сначала вас хотел видеть министр внутренних дел, господин Мухамбеков, — деловито продолжала Багила. — Но, узнав о покушении, наш президент решил лично разобраться в случившемся. Не явитесь же вы к нему в этом наряде. — Она покосилась на перепачканные джинсы Белова, потом осмотрела себя. — Да и мне не мешает переодеться. Скорее всего, сопровождать вас во дворец буду я.

Водитель оглянулся, забыв следить за дорогой. Ертаев присвистнул. Белов изо всех сил старался почувствовать себя польщенным.