Афганский компромат - Анатолий Гончар

Затрезвонил будильник, поставленный на шесть утра. Вставать не хотелось неимоверно. Вроде бы ничего не болело, но стоило только попытаться согнуть ноги в коленях, как по мышцам разлилась сильная, жутко ноющая боль.

— Вот черт! — громко выругался Сергей, свесил ноги с кровати, с трудом выпрямился, протянул руку, взял несессер, поглядел на спящего Трясогузкина и тихо сказал: — Миша, подъем!

Эта его фраза прозвучала как привычный ритуал.

Трясогузкин шевельнулся, но этим и ограничился, продолжил спать.

— Миша! — вновь позвал Ефимов.

— Угу, — сонно отозвался тот.

Сергей хмыкнул и на негнущихся ногах, тех самых, похожих на палки, двинулся в направлении санузла.

«Вот идиот! И чего ты за этим марафонцем пенсионного возраста гнался? — Так вот самокритично оценив свои действия, Ефимов сполоснул лицо прохладной водой и принялся чистить зубы. — Он-то привычный, а у нас ни акклиматизации, ни предварительных тренировок. Вот через недельку, это да. Тогда еще неизвестно будет, кто кого обгонит. А если его еще и загрузить хотя бы вполовину как нас!.. Но я-то до чего же хорош! Шел бы чуть помедленнее, потихоньку бы отставал, да и черт с ним. Зато сейчас был бы как огурчик. Нет, надо тебе было лететь! Куда? На фига? — Он сунул зубную щетку в футляр и принялся намыливать щеки. — Еще и эту чертову бухту на себя взвалил! А то больше отдать некому было, блин. Повыпендриваться захотелось? Впрочем, не в веревке дело. Пяток кило больше или меньше — ерунда. Я же не устал. Это все из-за недостатка кислорода, — завел он вчерашнюю песню. — Слишком большая скорость на спуске, и вот результат. Как на километре. Если взять неправильный темп, то икроножные мышцы начинают отказывать. Колени у меня болят давно. Вероятно, с кровеносными сосудами, идущими к ним, не все в норме. Вот они и не доносили до мышц то количество кислорода, которое требуется для их нормальной работы. Наверняка из-за этого, — повторил он, словно убеждая самого себя в правильности выводов, сделанных даже не вчера. — Другой причины просто не может быть! Я же не устал!..» — повторял Сергей как заклинание.

Ефимов повел бритвой по щеке. Лезвие внезапно скользнуло в сторону, оставив за собой небольшой порез.

«Вот сволочь! — Сергей обругал то ли себя за неаккуратность, то ли провинившийся бритвенный станок и продолжил свои безрадостные рассуждения. — До следующего восхождения остается трое суток. Надо успеть восстановиться. — Подумав так, он вдруг ощутил неуверенность, давно не посещавшую его. — А что прикажете делать, если проблема не в акклиматизации, не в скорости и не в недостатке кислорода? Вдруг причина в чем-то ином? Как быть, если и в следующий раз ноги точно так же выйдут из строя? Н-да. — По телу Ефимова растеклась горячечная волна беспокойства. — И бухта еще эта! Зачем я тащил ее до самого низа? Надо было отдать кому-нибудь из ребят, да еще и с рюкзаком вместе. Самоуверенный идиот! — Старший прапорщик продолжал заниматься самобичеванием. — Сам ведь постоянно учу бойцов, мол, когда чувствуешь, что сильно устал и скоро не сможешь идти, отдай товарищам часть груза или даже весь. Лучше сделать это сразу. Иначе потом потащат и тебя! — Сергей закончил бритье и дважды сполоснул лицо водой, смывая остатки крови, выступившей из пореза. — Но ведь я дошел!» — подумал он не без некоего самодовольства, вздохнул и заверил сам себя уже вслух:

— Ничего, прорвемся!

После чего Ефимов вынул из несессера одеколон, открутил с флакона крышку, налил в ладонь добрую порцию спиртосодержащей жидкости, плесканул ее на лицо. Пока по его щекам растекалось легкое жжение, он размышлял над тем, как лучше избавиться от молочной кислоты, накопившейся в мышцах.

«Надо зайти в аптеку, купить янтарной кислоты, а еще ходить, ходить и ходить. Пусть мышцы работают. Иначе никак!» — решил Сергей, еще раз плеснул на лицо одеколоном, вытерся полотенцем и наконец-то освободил ванную комнату.

— Миша, вставай, время! — выкрикнул Ефимов, войдя в спальную комнату и включив свет.

— Да, уже… — Михаил сонно зашевелился.

— Поднимайся!

— Встаю. — Старший лейтенант оторвал голову от подушки, провел ладонью по глазам, пересилил желание еще немного поваляться и скинул с себя одеяло.

— Сколько времени? — спросил он сонно.

— Через десять минут надо стоять на зарядке.

— Ага, понятно. — Михаил резво поднялся, сунул ноги в тапочки и потрусил в санузел, припадая на правую ногу.

Шесть минут спустя они выбрались из своей комнаты и двинулись к выходу.

— Давайте лифтом, — предложил Михаил, едва оказавшись на лестничной площадке.

— Ты его сейчас полчаса ждать будешь, — предупредил Ефимов, справедливо рассудив, что не они одни такие шустрые.

— О блин, ноги-то как болят! — Михаил поморщился, нагнулся, потрогал правую икроножную мышцу.

— У меня аналогично.

— Я вчера чуть не сдох! — Старший лейтенант тяжко вздохнул. — Это вы как конь летели.

— Увы и ах, у меня вчера на спуске ноги тоже отказали, — «успокоил» его Ефимов, идущий словно на деревяшках.

— Да? — удивился Трясогузкин.

— Правду говорю. Мышцы в коленях вообще перестали меня держать. Почему, так толком и не понял. Сам-то я чувствовал себя вполне сносно, казалось, почти не устал, а вот такой облом. Думаю, все из-за темпа. Наш инструктор летел будто на пожар.

Трясогузкин и Ефимов подошли к лестнице. Сергей попробовал сделать первый шаг и понял, что идти как обычно у него получится не очень.

— Вот зараза! — выругался он, начиная продвигаться чуть наискось.