Последняя обойма - Александр Волков

— Так точно. Плановый доклад Воротина в двадцать один ноль-ноль, но в экстренных случаях предусмотрена связь с группой на запасном канале. В данный момент… — разведчик посмотрел на часы, — с его группой связывается штаб армии.

— Тоже неплохо. Еще кто-нибудь есть поблизости?

— Имеется также блокпост на перекрестке двух дорог.

— Это в двенадцати километрах от юго-западных «ворот» в ущелье?

— Так точно. Но гарнизон блокпоста небольшой, командиром эту неделю дежурит молодой лейтенант. Так что надежд на данный вариант маловато, но для поисковой операции мобилизуем все возможные силы.

Филатов на минуту задумался. В кабинете установилась абсолютная тишина, разбавляемая только монотонным гулом двух оконных кондиционеров.

— Начальник штаба, — повернулся генерал-лейтенант к Афанасьеву, — что успели сделать по подготовке спасательных групп?

Тот четко ответил:

— По данным коллег из штаба армии, в процессе подготовки находятся две разведгруппы из состава 177-го мотострелкового полка. Состав обеих групп одинаков: опытный командир взвода с тремя отделениями разведчиков плюс саперы, минометчики и фельдшер.

— И когда они наметили выход?

— Выезд запланирован за полтора часа до захода солнца. За это время бэтээры должны добраться до предгорных районов, где и произойдет высадка. Далее, как вы выразились, пешочком. Одна беда, опыта у разведки этого полка маловато.

Казалось бы, доклад начальника штаба должен был если не порадовать, то хотя бы удовлетворить командующего ВВС. Обратившись к командующему армии, он просил оказать помощь в организации наземной поисково-спасательной операции. Просьба выполнена в точности: группы спасения готовятся, план операции проработан, старт с маршрутом движения грамотно распланированы. Но Филатов почему-то молчал, мрачно глядя сквозь тяжелую столешницу и покусывая губы. Что-то его явно не устраивало.

Афанасьев неуверенно предложил:

— Штаб армии предложил еще один вариант — резервный.

— Говори, — без энтузиазма кивнул Филатов.

— Согласно этому варианту, предлагается поднять по тревоге разведывательный батальон из Кабула. Но на его марш-бросок тоже уйдет время.

Окончательно очнувшись от невеселых мыслей, командующий решительно мотнул головой и проговорил:

— Вы правы в одном, полковник: на переброску всех названных групп и отрядов требуется время. А у нас его попросту нет. Во-первых, нашего Воронова ищут моджахеды, и у него имеется реальный шанс попасть к ним в лапы. Во-вторых, ему предстоит провести ближайшую ночь высоко в горах. А это, знаете ли… еще надо пережить.

Судя по мрачным лицам, подчиненные разделяли мнение Филатова.

— В таком случае слушайте мой приказ, — сказал он, обращаясь к начальнику штаба и начальнику разведки. — Немедленно свяжитесь с начальником штаба армии и попросите задействовать в поисках группы Фролова и Воротина. Первый — в Баграме, второй вообще рядом с районом катапультирования генерала Воронова. А две поисково-спасательные группы пусть готовятся и отбывают по намеченному ранее плану. Если получится найти — а я в это верю, — прикроют Воротина, окажут огневую поддержку и прихватят с собой.

— А что ему сказать по поводу гарнизона блокпоста, товарищ командующий?

— На его усмотрение. По мне, так пользы от отделения во главе с лейтенантом — никакой. Ну, а вы, — Филатов посмотрел на Максимова, — теперь вы, полковник. Не теряя времени, отберите несколько наиболее опытных экипажей. Три, а лучше четыре пары вертолетов должны быть в постоянной готовности на ближайшем к Панджшеру аэродроме. Ясно?

— Так точно, товарищ командующий.

— Совещание закончено. Все по рабочим местам.