Ловушка для каравана - Александр Федорович Скрипель

— А вы как считаете? — спросил старший лейтенант Годына у сидящих за столом солдат, которые за обе щёки уплетали перловую кашу.

— Когда намаешься, устанешь, жрать охота, то всё идёт, — ответил боец с орлиным носом. — Только вот горох и эта красная рыба в консервах надоели.

— Правильно, — опять произнёс повар Нурсултан, — гороховый концентрат надоел всем. С кашей ещё ладно. Если её хорошо приготовить, то вкусная получается.

— А вот у Коляна нашего, товарищ старший лейтенант, — показал на своего товарища высокий коренастый солдат, — недавно вообще конфуз случился. Наелся горохового супа да ещё рыбных консервов, так пришлось менять его, когда ушёл в боевое охранение.

Стоящие рядом бойцы, посмотрев на своего сослуживца, прыснули от смеха.

— Ладно, успокойтесь, выслушав солдат, сказал командир роты. На этот раз старшина из полка привёз кое-что получше вашей пшёнки с перловкой.

— А мука есть? — спросил Нурсултан.

— Мешок муки вам привезли, — ответил ротный.

— Ура! Теперь лепёшек напечём! — воскликнул повар.

— Ну вот, сейчас, думаю, будете довольны… — дружелюбно произнес командир роты, затем повернулся лицом к взводному.

— Товарищ лейтенант! Дайте команду выгружать продукты и заберите письма, газеты и журналы, — отдал распоряжение командиру взвода старший лейтенант Годына, после чего вместе с заместителем командира взвода сержантом Ибрагимовым отправился осмотреть боевые позиции и место отдыха личного состава. Осмотром он остался доволен:

— Потрудились вы здесь хорошо. Молодцы!

— Это да, — с гордостью ответил сержант Ибрагимов и, стоя в шаге от ротного, непроизвольно вытянулся в струнку.

— Бросьте тянуться, товарищ сержант! Вы не на строевой подготовке… Но не расслабляйтесь, а то возомните о себе лишнее… — ответил строгим тоном командир роты, глядя на сержанта.

Возвращаясь обратно к столику под маскировочной сетью и тентом, прошли недалеко от оборудованного в небольшой лощине туалета и места, куда выбрасывали остатки пищи. Оттуда доносились неприятные запахи. Командир роты окинул взглядом подошедшего взводного, его заместителя и негромко, но резко спросил:

— У вас хлорки нет? Или запахи эти не раздражают?

— Командир взвода недобрым взглядом посмотрел на сержанта. Сержант Ибрагимов, чувствуя вину, что вовремя не выполнил распоряжение взводного, втянул голову в плечи и скороговоркой произнёс:

— Да мы привычны к любым запахам ещё с учебки, товарищ старший лейтенант. Там, в казарме, после перловой каши с рыбой и горохового супа воспринималось всё более душевно, а здесь, на чистом воздухе, до нас только отголоски шальные ветром доносит.

— Вот и делайте вовремя всё, чтобы «отголоски», как ты сказал, «шальные», не долетали, — сдерживая смех, проговорил командир роты, затем, взглянув на лейтенанта Бейшебаева, сказал:

— Вы занимайтесь своим делом и подготовьте мне продукты, письма с сопровождающими на выносной пост. Через десять минут готовность к выходу, а я пока побеседую тут с твоим заместителем.

После ухода Бейшебаева Годына вместе Ибрагимовым направились к беседке.

— Принесите воды и попрохладней, товарищ сержант, — попросил ротный, присаживаясь снова за стол.

Сержант метнулся к небольшому родничку и вернулся с кружкой воды.

— А где вы раздобыли этот большой тент? — отхлебнув из кружки воды и рассматривая беседку, спросил старший лейтенант Годына.

— Да это от наших предшественников осталось, а они с какой-то подорванной бурбухайки[8]сняли.

— Повезло, — кивнул ротный и снова отхлебнул холодной родниковой воды.

— Как бойцы, как коллектив? Молодых, с весеннего призыва не вижу. Их у вас на посту должно быть двое.

— Они на выносном посту, товарищ старший лейтенант!

— Как это на выносном? С первого дня как вы сюда стали?

— Так точно! Я предложил их туда направить, чтобы…

— Чтобы к небесам поближе быть? — прервал сержанта командир роты.

— Никак нет, чтобы службу лучше поняли.

— Учить их надо, боевой подготовкой заниматься в свободное время, а там какая подготовка? Там, на вершине, боевое дежурство! У вас тут самый высокий выносной пост! Надо заменить их! Вот подбери отсюда тех, кто уже год-полтора отслужил! Лично тебе приказываю. Взводному сам передашь мой приказ, а я проверю. Я планирую провести личную тренировку с ними на командном пункте роты. Понял?

— Так точно, товарищ старший лейтенант! Ваше распоряжение будет выполнено! — пролепетал сержант.

Глава одиннадцатая

Рядом с облаками

Тяжёлый путь на самый высокий выносной пост. С высоты птичьего полёта. Боевые позиции под облаками. Арга над пропастью. Осмотр местности в направлении ночной вылазки душманов. Встреча друзей. Неожиданный сюрприз.

В воздухе стояла невыносимая духота. Палящие солнечные лучи плавили воздух, превращали камни в настоящую жаровню, на которой можно было испечь яичницу. Чтобы отвлечься от жары, Годына встал и, не дожидаясь, пока появится лейтенант, направился навстречу. Лейтенант Бейшебаев отдавал распоряжения подчинённым, поторапливая их.

— Всё готово, товарищ лейтенант? — уточнил Годына.

— Через несколько минут загрузят вещмешки, термосы с водой, и я Вас проведу на самую вершину к выносному посту, — ответил лейтенант Бейшебаев.

— Отлично! — сказал ротный, а затем, подойдя к лейтенанту, строго предупредил:

— Молодых солдат вернуть с выносного поста вниз! Лично будете заниматься их подготовкой и адаптацией. И смотрите за дисциплиной, я вижу, что, несмотря на внешний порядок, у Вас тут разгильдяйством попахивает, что чревато серьёзными последствиями в этой обстановке. Расхолаживаться нельзя. Обстановка боевая и серьёзная. Оставайтесь здесь. Со мной на выносной пост пойдет Ваш заместитель, сержант Ибрагимов.

— Есть! Понял! Киргиз там часто бывает и каждый камень на подъёме знает, — ответил взводный, назвав своего заместителя по прозвищу, которое закрепилось за ним.

Солдаты и заместитель взвода, идущие на выносной пост, загрузились по полной: термоса с водой, продукты питания, боеприпасы. Поднимались долго, около часа. Первым медленно шёл сержант Ибрагимов с тремя солдатами, которые несли в руках термосы с водой и вещевые мешки за спиной. За ними следовали старший лейтенант Годына, а замыкающим — его неразлучный порученец Безгодков.

Тропинка, поднимаясь вверх, огибала беспорядочное нагромождение камней, осложнявших путь. По мере продвижения вверх идти становилось все труднее. Поднимались по козьим и овечьим тропам. Впереди показались высокие заросли камышей, через которые они должны были пройти. Сквозь них пробираться было неприятно и неудобно. Солдаты цеплялись вещмешками и автоматами за разросшиеся поросли камыша, шуршали, стучали ботинками по камням. Периодически оглядываясь назад, заместитель командира взвода сержант Ибрагимов ворчал:

— Не шумите, тихо ступайте, смотрите под ноги!

В камышах чувствовалась влага от бурлящих притоков реки Кабул, делающих склоны гор пологими. Дальше пришлось подниматься по склону горы. Дорога казалась бесконечной. Наконец послышался окрик:

— Стой! Кто идёт!

Затем кто-то весело произнёс:

— Да это наш киргиз с водой и продуктами!

— Ну вот, мы и пришли! — поднявшись на вершину,