Ловушка для каравана - Александр Федорович Скрипель

— В камышах видел помёт горных баранов и слипшиеся какашки диких коз, — ответил наблюдательный Безгодков. Ему не раз в Киргизии приходилось ходить в школе со своим классом в поход по козьим и бараньим тропам. Кроме этого, отдыхая в горном пионерском лагере, он впитывал в себя все премудрости: как дружить с природой, что знать и уметь, чему учили подростков пионервожатые.

— Ладно, сейчас увидишь кое-что интересное, что нам удалось в это утро, — многозначительно, глотая слюну, ответил Аксютин.

— Брось, Рыжий, нашего сегодняшнего героя заговаривать! — раздался за спиной голос командира роты.

Пожав руку рядовому Аксютину и поблагодарив его за службу, старший лейтенант Годына, а за ним сержант Безгодков, повернув головы в сторону пункта питания, принюхались. Оттуда доносился приятный аромат свежеиспечённого мяса.

— Это что за такие ароматные запахи? Что готовите, товарищ сержант? — обернувшись, спросил ротный старшего поста.

Сержант вначале замялся, но потом ответил:

— Да это мы, товарищ старший лейтенант, сегодня на рассвете, когда вели огонь по духам, вспугнули стадо диких коз и горных баранов. Они, видно, были на водопое у реки, услышав рядом разрывы мин и гранат, стремглав побежали к камышам, а оттуда прямо на нас, на вершину. Вот, застрелили двух козочек, а Аксютин убил горного барана-архара.

— Ну, вы даёте! Так у вас тут, как в лучших ресторанах, свежатина! А вы жалуетесь, что одну пшёнку и перловую каши едите? — улыбнулся командир роты.

— Это только второй раз так подфартило, — ответил стоящий рядом с командиром роты старший выносного поста.

— Второй? За месяц что вы здесь? Так это немало, сержант, — вновь улыбнулся старший лейтенант.

— Нам вот ни разу такая лафа не перепадала, хотя издалека тоже видели, — с восхищением, вполголоса произнес Безгодков.

— Зато я слышал, что вам там с водохранилища рыба перепадает, — шепнул тихонько Безгодкову его друг Аксютин.

— Ладно, сержант, пройдём попробуем свежего мяса, а то ещё пару минут этого аромата — все слюной захлебнутся! Вот Рыжий с Аксютиным о чём-то уже шепчутся, видно, чтобы кусок пожирнее ухватить, — поглядывая на них, с юмором, усмехнувшись, сказал ротный.

— Да там всем хватит! С собой ещё возьмёте, — ответил заместитель командира взвода сержант Ибрагимов, — я с утра всё проверил.

— Киргиз, ну, ты даёшь! — толкнул его в плечо сержант Безгод-ков, — почему нам раньше, когда мы наверх поднимались, ничего не сказал?

— Так интереснее, Рыжий, сюрприз, — ответил вполголоса сержант Ибрагимов.

Подойдя к костру, все увидели, что на треноге в большом казане, накрытом крышкой, варилась шурпа с мясом, а рядом на небольшом мангальчике, сооружённом из камней, в сковородке было жареное мясо. Здесь же, у мангала, стоял термос с нарезанными большими кусками, которые ждали своей очереди. Солдат, готовивший обед, с усилием сорвал с ближайших камней жёсткую поросль мха, ловко постелил её на каменный валун рядом с местом приёма пищи и пригласил присесть.

— Товарищ старший лейтенант, пожалуйста, присаживайтесь, отведайте шурпу и жареное мясо. Как раз мясо с утра созрело, отварилось хорошо, — предложил он. Затем окинул взглядом остальных, громко произнёс:

— А вы чего смотрите? Берите котелки и вперёд шамать! Всем хватит! Своих я накормлю позже.

— Шавкат у нас — настоящий кулинар, знает толк в мясе диких животных. Сам в горах вырос, — похвалил его рядовой Аксютин.

Солдат ловкими движениями достал из казана мясо, положил в котелок, налил бульона и подал командиру роты, затем по очереди стал разливать остальным.

Вокруг костра расположились с котелками сержанты Безгод-ков, Ибрагимов, рядовой Аксютин. Старший выносного поста расположился чуть дальше с остальными бойцами. Блюдо, действительно, оказалось вкусным: мясо было сочным, с приятным ароматом. Жареное мясо и шурпа всем очень понравились.

— Вот видишь, Рыжий, чем тут они питаются, не то, что у нас, на посту, — подмигнул командир роты своему порученцу.

— Это точно, только вот привкус какой-то сладковатый, а так просто изумительно, — ответил Безгодков.

— И как часто вы таких козочек стреляете? — ещё раз спросил старший лейтенант Годына, наблюдая, с каким аппетитом, обжигаясь горячим мясом и бульоном, уплетали бойцы свои порции.

— Второй раз за месяц, — ответил Шавкат. — Первый раз ночью горного барана подстрелили. Тогда половину вниз на пост отдали, а вот сегодня и вам приготовили. Уже засолили… — показывая на большую коробку, обтянутую мешковиной, продолжил Шавкат.

— За бараном специально охотились? — спросил Безгодков.

— Тогда ночью услышали, как кто-то крадётся к нам на вершину, вот и замочили его, — ответил старший поста, затем, пару секунд помедлив, поглядывая на командира роты и окружающих, сержант с похвальбой в свой адрес продолжил:

— В общем, у нас тут порядок, своё маленькое хозяйство. Я сам люблю, чтобы всему своё место было, товарищ старший лейтенант.

— Весело вам тут, у нас выносной пост невысоко в горах, да и трасса рядом. Там к нам такие гости не приходят, — вздохнул Безгодков.

— Ладно, спасибо за обед! Нам пора обратно, — ответил старший лейтенант Годына. — Всё нормально, но смотрите, будьте бдительны и осторожны!

Отправляясь обратно вниз, старший лейтенант Годына посмотрел на внешний вид старшего поста и сказал на прощанье:

— Вижу, что порядок есть, стараетесь, а вот дисциплина хромает. Посмотрите на свой внешний вид. За собой тоже надо следить! Небритые ходите, форму давно надо стирать. Сами скоро на душманов смахивать будете. Приведите всех в порядок!

Глава двенадцатая

Происшествие на трассе

Вниз к трассе. В обратный путь. Автобус с людьми над пропастью. Помощь пришла вовремя. Искренняя благодарность афганцев.

Время потихоньку приближалось к отметке, когда на этой опасной, удалённой транспортной артерии прекращалось всякое передвижение колонн и одиночных машин. Было ещё светло и по-прежнему жарко. Бросив взгляд вниз, Годына увидел трассу, на которой находились маленькие, словно муравьи, машины. Спустились вниз с вершины выносного поста, прошли опять камыши (обратная дорога показалась легче). Солнечные лучи с ярко-жёлтого цвета поменяли свои оттенки на оранжевый. Они, словно пламя, охватывали долину. Вдоль реки у предгорья появилось больше теней, и, соответственно, от бурлящих потоков воды веяло прохладой. Разъярённая река шипела и пенилась, зло бросая волны на гранитные плиты берегов. Оглянувшись на тропу, которая снизу казалась бесконечной, на заросшее акациями, тростником и верблюжьей колючкой нагорье, командир роты с бойцами увидели грифов. От их парящего полета нельзя было оторвать глаз. Один из них держал