Белая стрела - Валерий Николаевич Ковалев

колонию для малолеток. После нее Иван, получивший кличку Грач, поскольку был хитрым и смышленым, продолжил воровскую карьеру. Потом снова сел и отправился на Колыму валить лес, откуда вышел по амнистии 53-го года. В 60-х в Одессе был коронован и вошел в элиту преступного мира, среди своих считался фартовым. Летом с подельниками уезжал в Крым чистить карманы отдыхающих, а по окончании сезона отправлялся в Москву, «работая» на выставках, в театрах и ресторанах. К деньгам относился легко, тратя на хорошую одежду, красивых женщин и отдых в Юрмале, которую предпочитал всем другим курортам.

Во времена перестройки Грач сел в очередной раз и надолго. Умыкнул у шведа в «Интуристе» пухлый бумажник, но при выходе был задержан муровцами и полоснул одного бритвой. Отбывая наказание в Сибири, являлся в зоне смотрящим, и как-то во время карточной игры один из воров сообщил, что видел удивительно похожего на него мужика.

— Где? — потянул карту Грач.

— В десятом отряде.

Так родилась мысль выйти из колонии, которую он успешно реализовал. Теперь тот мужик гнил в могиле, а он на свободе, которая стала еще краше. В стране бардак, называемый демократией, менты с прокурорами и суды продажные. Наступило их время под лозунгом: «Воры всех стран, объединяйтесь!»

Довольный столь удачным сравнением, Грач хрипло рассмеялся.

Пару лет назад к нему заехал давний приятель, вор в законе Миша Ушатый, сваливший еще в 70-х в США. Там он был в почете и успешно руководил гангстерами. Грач пригласил Деда Хасана, тогда еще живого Сильвестра и еще нескольких авторитетов. Выпили, покалякали «о делах скорбных», а потом гость предложил вместе поработать за океаном, для чего очистить Брайтон-Бич. Этот нехороший район в Нью-Йорке издавна заселяли банды негров, и полиция опасалась появляться в нем даже днем. Когда туда прибыла первая, а за ней вторая волна русских эмигрантов, цветные стали их гнобить и обижать. Вот и задумал Ушатый прижать аборигенов к ногтю, а заодно подзаработать.

— Цена вопроса, Миша? — блеснул фиксой Грач.

— Все, что отымем у ниггеров: бары, рестораны и игорные дома, — делим пополам.

— Заманчивое предложение, — опустил веки Дед Хасан.

— Да мы их порвем, как бобик грелку! — грохнул кулаком по столу импульсивный Сильвестр.

— Не гони пургу, Сережа, — осадил его Грач. — Это обмозговать надо.

Обмозговали и ударили по рукам. Спустя неделю после отлета гостя отправили к нему десяток отработанных бойцов, чтобы не ударить лицом в грязь. Те надежды оправдали. Подорвали на Брайтоне штаб-квартиру главного чернокожего мафиози, а когда другие приехали на стрелку, чтобы выработать мирные условия, расстреляли их из гранатометов. Нью-йоркская полиция ужаснулась. Ушатый слово сдержал, у русских братков появился американский бизнес.

Приятные воспоминания прервал стук в дверь.

— Я зайду? — возник на пороге Динамит.

Грач молча кивнул.

Здоровяк заскрипел по паркету и поставил на стоящий рядом с креслом ломберный столик дипломат.

— Вот, привез. От курганских.

— Иди, — отпустил его смотрящий, а когда тот вышел, встал и открыл. Внутри зеленел десяток пачек долларов в банковской упаковке. Пролистнул одну, удовлетворенно хмыкнув, закрыл дипломат, взял в руку, прошел к неприметной двери под лестницей. Вынул из кармана связку ключей, позвенев, открыл, щелкнул рубильником и спустился в подвал, где у дальней стены высились три сейфа. Отпер крайний слева, выложив из дипломата на свободную полку все пачки, запер, потом следующий — тот был заполнен доверху (закрыл) и, наконец, последний, блеснувший золотом десятков слитков.

Взял один, с банковским клеймом, взвесил на руке, положил на место, а из узкого отделения вверху достал толстую тетрадь в коленкоровой обложке и паркеровскую ручку. Присел за небольшой стол в углу, открыл очередную разграфленную страницу с надписью «Люберы» вверху, учел доставленную сумму. Вернув все в исходное положение, погасил свет, вышел наружу. В камине догорали угли, Грач поднялся на второй этаж, а оттуда вышел на террасу. Двор был залит лунным светом, из модуля доносился смех, под сосной один из охранников, имевший черный пояс, отрабатывал приемы карате.

— Что делает, босяк! — понаблюдал за ним старик. — В мое время такого не было.

Потом он послушал треск цикад в кустах за домом, зевнул и отправился в свою комнату. Там, раздевшись, улегся в постель и, накрывшись пуховым одеялом, захрапел. Снился Грачу ворон.

Глава 15. Конец общака

В кабинете начальника одинцовской милиции сидели Орлов с Левитиным и беседовали с Юркой Песиным. Того доставил участковый.

— Так, говоришь, кроме старика и тех двоих, в доме никого не было? — задал Левитин очередной вопрос.

— Лично я не видел, — пожал Юрка плечами.

— А в модуле? — поинтересовался Орлов.

— Сложно сказать, я ж там не был, правда, рядом стояла вторая иномарка.

На этом беседа закончилась, и Юрку отпустили, посоветовав держать язык за зубами.

— А что, Александр Иванович, регистрацию в этом поселке давно проверяли? — когда тот вышел, обратился к местному начальнику Левитин. Тот все это время молчал, ожидая подобного вопроса.

— Да не успеваем мы, — вздохнул тот. — Министерство все время сокращает кадры, а работы невпроворот. Вы же знаете.

— Знаю, — нахмурился майор.

В конце москвичи сообщили, что будут готовить захват Грача, о времени скажут позже.

— Мои действия? — спросил подполковник.

— В тот поселок милиции не соваться, чтобы не насторожить объект. При необходимости обеспечить участие.

— Добро, — кивнул начальник. — Все сделаю.

А спустя сутки в поселок наведался пожарный инспектор — проверить у владельцев коттеджей соблюдение правил безопасности. Когда дошла очередь до последнего, стоящего у озера, нажал кнопку на железной калитке сбоку от ворот.

Она отворилась, за ней стоял жилистый, худощавый парень с узкими глазами.

— Чего надо?

— Я по поводу пожарной безопасности, — развернул перед ним «корочку» инспектор. — Проверил все дома, ваш последний.

— Спрошу хозяина, — захлопнул узкоглазый калитку. Миновал двор, прошел на заднюю часть усадьбы, где на скамейке у обложенного камнями пруда сидел Грач и кормил золотых рыбок.

— Тут это, заявился пожарник, — остановился в трех шагах охранник.

— Чего хочет? — сыпнул очередную порцию.

— Проверяет по своей линии все дома. Гнать?

— Ни в коем разе, Клещ, зачем привлекать внимание? Пускай смотрит. А ты за ним, чтобы не лез куда не надо.

Охранник, вернувшись назад, отворил калитку: заходи. Инспектор шагнул во двор, огляделся и сказал:

— Начнем с дома.

Для начала открыл электрощит в холле, осмотрел, сказал «все нормально» и прошел вместе с охранником в зал, где проделал то же с камином.

— А как с тягой?

— Нормально, дымоход недавно чистили.

— Все равно обязан проверить, а ну-ка принеси бумажку.

— Щас, — буркнул Клещ, направляясь к выходу. Как только исчез, инспектор вынул