Сирийский десант - Сергей Зверев

Наджи забрался обратно в кабину. Грузовик снова покатил по вьющейся среди холмов дороге, все больше забиравшей вверх и в сторону от шоссе. Они останавливались еще один раз – когда водитель обратил внимание на странные борозды на обочине – словно с дороги недавно стаскивали что-то довольно большое, то ли ящики, то ли бетонные блоки… то ли контейнеры? Ахмад на всякий случай отметил это место на карте. Неужели десант высадился именно здесь? Но каменистая почва плохо сохраняла следы, и капитан решил проехать еще пару километров вперед для перестраховки. А потом, если ничего подозрительного больше не попадется, вернуться к этим бороздам и осмотреться поосновательнее.

Грузовик выкатился за поворот… и водитель от неожиданности едва не ударил по тормозам изо всех сил, а Наджи схватился за оружие.

Им открылось место самого натурального побоища – на краю дороги, осев на передние колеса и слегка завалившись набок, стоял гражданский грузовичок, доверху груженный барахлом. Вдобавок вдоль дороги было разбросано немало вещей и домашней утвари. Как будто позади грузовичка стоял еще десяток машин, только они после устроенного кем-то основательного шмона уехали, а его бросили.

Впрочем, дальше по дороге, метров так пятьдесят, за перекошенным грузовичком виднелись еще машины. Вернее, то, что от них осталось. Сгоревший дотла трехосный грузовик, в котором с трудом – только по характерной решетке радиатора – угадывался «ЗиЛ-131». И такой же обугленный остов какого-то автомобиля помельче, вдобавок развороченный взрывом.

Наджи приказал бойцам спешиться и все осмотреть. Капитан взял с собой лишь два десятка человек. Полковник сказал, что этого хватит – по его данным, парашютистов было только четверо. «А если они лишь выдумка, – добавил аль-Джедид, – тем более нет смысла поднимать целый батальон», в чем Наджи был полностью с ним согласен…

Причина странного положения грузовичка выяснилась быстро – его передние колеса были прострелены, а потом его еще и спихнули на обочину. Видимо, чтобы другие могли проехать. Но кто стрелял по колесам? За ответом далеко ходить не пришлось – справа от дороги, чуть выше по склону, среди камней отыскались трупы в полицейской форме. Надо думать, именно они были авторами живописной композиции из вещей беженцев. Большинство стражей порядка явно было убито в скоротечной перестрелке, хотя минимум троих снял снайпер, в том числе офицера. Во всяком случае, случайная автоматная пуля вряд ли снесла бы ему полчерепа… А ведь все эти полицейские могли быть живы, неси они службу честно, – судя по отметкам на карте и прочим документам, найденным в сумке офицера, патруль в это время должен был находиться совсем в другом месте… Следы крови на дороге перед грузовичком и сложенное из камней надгробие неподалеку тоже наводили на определенные выводы. Последним штрихом, довершавшим картину боя, стали следы маленьких колес, крутыми зигзагами испещрившие склон вокруг мертвых полицейских. И гильзы от автоматных патронов калибра 5,56 мм с германской маркировкой, поблескивающие среди камней по всему склону. Более привычные гильзы от «АКМ» валялись гораздо гуще и в куда большем количестве – похоже, полицейские с самого начала отстреливались. Их оружие найти не удалось, но его могли забрать и беженцы. Во всяком случае, сам Наджи на их месте поступил бы именно так.

Капитан вытер пот со лба. То, что здесь произошло, ему было более-менее понятно.

– Масуд, – негромко подозвал он сержанта, – собери людей.

Когда группа построилась, Наджи заговорил:

– Бойцы! Вы сами видите, что здесь произошло. Вы видите, что бывает с теми, кто нарушил приказ. Если их не карает командир, то их карает Аллах. Этот… начальник полицейского патруля… шакал, недостойный носить звание офицера, вместо того чтобы вылавливать террористов и бандитов, грабил и убивал проезжающих гражданских. Перекрыл дорогу не там, где ему было приказано, а там, где надеялся поживиться. Никто не пришел ему на помощь, потому что никто не мог искать его здесь. Аллах велик и справедлив, и не нам судить, чьими руками вершится его суд. Если этих… шакалов поставили на место натовские коммандос… значит, так и должно быть.

Спецназовцы дружно закивали – капитан Наджи редко говорил пустые слова, а в отсутствие высокого начальства и вовсе никогда. И уж сейчас он точно был прав. Эти жандармы недоделанные сами нарвались.

Капитан помолчал и заговорил снова:

– Но это не значит, что мы не будем искать чужаков. Потому что наша задача – их найти. Теперь мы знаем, что они не чья-то выдумка. И это хорошо, потому что не дело солдата – гоняться за призраками. То, что здесь произошло, говорит о том, что у нас достойный противник. Но от того он не перестает быть противником, которого нужно найти и победить, взять в плен или уничтожить.

Загоревшиеся глаза бойцов были для Ахмада лучшим ответом.

Обследование склона показало, что коммандос пришли на гребень холма снизу по горной тропе. И оттуда, с гребня, атаковали. Вступили в бой, хотя могли просто уйти своим путем или пересидеть.

Ахмад сверился с картой – похоже, именно там, где он видел странные борозды на обочине, эта тропа и ответвлялась от дороги. Значит, коммандос шли по тропе вверх. И судя по всему, после боя они без потерь вернулись на тропу и пошли дальше. То есть поехали – в пыли остались следы небольших колес. Колея двойная, но очень узкая. Значит, у них квадроциклы, сделал вывод Наджи, что из этого следует? Их поджимает время, высадились они на безопасном расстоянии от цели, то есть цель важная и хорошо охраняется, у них много снаряжения, они не могут идти по дорогам и использовать местный транспорт. Примерно так. И вряд ли они движутся к Дамаску – столица на юго-западе, тропа же уходит на юг, постепенно смещаясь к востоку. Неужели они идут к Пальмире? Но зачем?

Капитан знал, что там, где для туристов и историков находится один из древнейших городов мира, спрятана база наемников, командир которых уже успел прославиться под кличкой Шайтан. По крайней мере ближе Пальмиры здесь не было ничего интересного – только горы на десятки километров, пересекаемые тропами и куда более редкими проезжими дорогами. При желании можно было отыскать вдоль этой тропы несколько деревень, но вряд ли они были целью для натовских коммандос. А вот база Шайтана… Судя по тому, что Наджи слышал о Шайтане, того стоило пристрелить при первой же встрече, как бешеную собаку. Вероятно, натовцы и собирались это сделать. Но у них свой приказ, а приказ, полученный Ахмадом, был однозначен. Полковник сказал – никаких конфликтов с Шайтаном и его людьми. Более того, на карте у капитана было отмечено местоположение базы наемников, а ему самому пришлось заучить пароль для контакта с их командиром – на случай, если понадобится помощь в охоте на парашютистов. Ситуация, в которой враг выглядел достойнее союзника, Ахмада не радовала, но наличие приказа позволяло не забивать себе голову вредными мыслями.

Спецназовцы разбирали снаряжение – дальше предстояло двигаться пешком. Там, где мог пройти навьюченный конь, мог проехать квадроцикл, но никак не грузовик. Но ни лошадей, ни квадроциклов у Наджи не было. Троих бойцов, в том числе второго радиста, Наджи оставил при машине – на случай, если группе понадобится транспорт или ретрансляция радиосигнала.