Наследство старого вора - Борис Седов

- А я тебе всегда об интересных делах рассказываю. Разве не так?

- Так, - кивнул Граф, - так…

- Так что тебе, как верховному и тайному советнику всех авторитетов, следует придумать для них спасение из этой ситуации. А иначе - мат, - задумчиво сказал Артур.

- Никакого мата, - ответил Граф. - Ты правильно сказал, что все это придумал какой-то идиот. Я еще добавлю - жадный идиот. Такого не будет. Ты думаешь, криминальная верхушка позволит, чтобы им диктовали условия или перестреляли всех, как котят?!

- Возможно, и не будет. Но попытки точно будут. Так что будь готов.

- А я всегда готов, - Граф поднял рюмку, - как юный пионер. Будь здоров, Ворон!

- Будь здоров, Костя! - ответил Артур.

- Ах, как давно никто не называл меня просто по имени… - вздохнул Константин Эдуардович Палицын. - Ну давай, твое здоровье!

- И твое тоже, - ответил Артур. Тихо прозвенел хрусталь…

Они выпили, и Артур, поставив пустую рюмку на стол, сказал:

- Хорошая водка. А насчет медальона…

* * *

Пройдя по толстой ковровой дорожке, традиционно имевшей багровый, а точнее - кровавый цвет, Артур остановился перед высокой дверью, рядом с которой за скромным столом сидел молодой полковник.

- Здравствуйте, Артур Александрович, - вежливо, но холодно сказал полковник, поднимая на Артура прозрачные светло-голубые глаза.

- Приветствую вас, - так же вежливо и так же холодно ответил Артур, - я надеюсь, меня ждут?

Артур поднял бровь, чуть нарушая морозную атмосферу, царившую в приемной Очень Высокого Места.

- Да, вас ждут, - кивнул полковник, - очень ждут.

И он едва заметно подмигнул.

Артур кивнул и, шагнув вперед, с усилием толкнул тяжелую дубовую дверь, в которую вполне мог бы пройти жираф среднего роста.

Перед ним открылся огромный кабинет, стены которого были украшены портретами Больших Специалистов, среди которых можно было увидеть Абеля, Зорге, Дзержинского, Маты Хари и почему-то Тихонова в роли Штирлица.

За просторным столом, который от двери казался совсем небольшим, сидел пожилой мужчина в штатском.

Увидев Артура, он приветливо заулыбался и даже чуть привстал. В Очень Высоком Месте такой знак гостеприимства можно было расценивать как если бы хозяин вскочил с места и бросился навстречу гостю, опрокидывая мебель.

Бодро пройдя по кабинету, Артур остановился напротив стола и, щелкнув каблуками, отрывисто кивнул в корректной белогвардейской манере.

- Ну, голубчик, - укоряюще произнес хозяин кабинета, - это уж ни к чему. Я, как видите, без регалий, да и вы в партикулярном платье, так что можно обойтись. Ну да ладно, присаживайтесь, в ногах правды нет.

Артур опустился на надежный сталинский стул, положил ногу на ногу и сказал:

- Виктор Сергеевич, вы позволите? - и вынул из кармана пачку сигарет.

- Конечно, голубчик, конечно, - закивал Виктор Сергеевич, - мне доктора запретили, так я хоть понюхаю… Закуривайте, не чинитесь. А вот и пепельница имеется.

И, воровато оглянувшись, будто бы кто-то посторонний мог его увидеть, Виктор Сергеевич достал из стола маленькую железную пепельницу, украшенную звездами, а также серпами и молотами.

- Эта пепельница живет в этом кабинете уже семьдесят лет, - с гордостью сказал он, - скольких хозяев пережила… И нас с вами переживет.

Артур, который слышал историю пепельницы уже раз пятьдесят, кивнул и закурил.

- Вы покурите, а я пока…

И Виктор Сергеевич, выдвинув ящик стола, достал коробочку с пилюлями, вынул из нее шарик голубого цвета и, закинув его в рот, принялся трудолюбиво сосать его.

- Доктора, понимаете ли… Каждые два часа. А что сделаешь! Старость не радость…

И Артур как минимум в тридцатый раз сделал возмущенное лицо:

- Да какая там старость, Виктор Сергеевич, побойтесь Бога! Вы еще нам, молодым, сто очков вперед дадите!

- Ну ладно, ладно, хватит заливать… - видно было, что Виктор Сергеевич доволен грубой лестью Артура. - Сто очков… Куда уж!

Артур изобразил недовольство коварным притворством цветущего и полного жизненных сил Виктора Сергеевича, но промолчал. Ему не хотелось продолжать этот идиотский диалог о старости и радости.

- Ну, что там по нашему вопросу? - Виктор Сергеевич наконец перешел к делу. - Порадуете меня, старика?

Артур деликатно выпустил дым в сторону и, нахмурившись, ответил:

- Работа идет, но окончательного результата пока нет. Я говорю вам об этом прямо, потому что терпеть не могу очковтирательства.

- И правильно, - одобрил Виктор Сергеевич, - прямые ответы на прямые вопросы - лучший способ дозна… общения. Однако хотелось бы услышать подробности.

- Извольте, - ответил Артур и загасил окурок, - все, что знаю, расскажу. Медаль…

- Объект, - перебил его Виктор Сергеевич, - лучше говорите - объект.

- Да, - кивнул Артур, - совершенно с вами согласен… По докладам агентуры - следы объекта обнаружены в одной петербургской семье. Он был куплен сразу же после войны в антикварной лавке.

- Ай-яй-яй! - сокрушенно покачал головой Виктор Сергеевич. - Война, блокада… Такое страшное время!

Сам он во время войны был десятилетним мальчишкой, и его семья, главой которой был подполковник НКВД, никаких материальных и тем более продовольственных проблем не испытывала.

- Да, страшное время было, - кивнул Артур, - теперь дальше. Сами члены семьи не имеют представления об истинной ценности объекта, да его у них и нет. Недавно в их квартире побывали воры, и мед… объект был украден.

- Ну-ну, - Виктор Сергеевич подался вперед, - это что же получается - след утерян?

- Никак нет, - четко ответил Артур, - наши информаторы из криминальной среды донесли, что кое-кто слышал про наличие такой вещи, как наш объект. Вы уж простите меня за такие определения как «кое-кто». Вам ведь не нужно знать, что карманник Брумель в разговоре с бандитом Хряпой сказал то-то и то-то. Я правильно понимаю?

- Совершенно правильно, голубчик, - поморщился Виктор Сергеевич, - эти все карманники, майданники, хряпы всякие… Уж увольте.

- Вот и я говорю - не стоит, - кивнул Артур, - в общем, объект на горизонте. Теперь осталось только вычислить всю цепочку людей, которая приведет нас к нему, и объект окажется в наших руках. Главное - я твердо уверен, что он есть и получение его - только вопрос времени.

- Очень хорошо. Прекрасно, - Виктор Сергеевич потер сухими сморщенными ладонями и сделал скорбно-ответственное лицо, - продолжайте работу и не забывайте, что на карте не только значительные средства, которые нужны нашим больным детям и немощным старикам, но и достояние российской истории. Ну да что я вам говорю… Вы лучше меня знаете это.