Выстрел в прошлое - Николай Чергинец

— Да что вы, нет, — заверил ее Марат. — Хотя следовало, конечно. Вышибли из них дух, машину попортили, — их через пару минут возьмут в оборот менты. За одно только оружие и стрельбу — уже срок получат. Да наверняка за ними найдется еще что-нибудь. Сядут, поганцы. А вы хотите подать заявление?

Девушки переглянулись и сказали:

— Нет, нет… Дружки убьют, узнают адрес…

— В общем-то, правильно, — согласился Сергей. — Но вы не беспокойтесь: они не скоро примутся за свое. Им славно досталось, не до того теперь будет.

— «Звеньевому» — точно, — подтвердил Марат.

— А вы думаете, вас не найдут? — обеспокоилась девушка.

— Думаю, нет, — сказал Сергей. — Но лучше уносить отсюда ноги… или колеса. Лишь бы по горячим следам по машине не прихватили сейчас. Кто-то из проезжающих мог заметить марку и цвет, сообщить в милицию. На это у людей еще хватает совести.

Девушки недолго пошептались, слышалось что-то вроде:

— Не бойся ты… надо помочь… а то и нас найдут… отстань, нормальные же…

Наконец все та же девушка предложила:

— У меня… у нас с мужем гараж во дворе — пустой сейчас. Загоним туда машину — и пусть стоит, сколько надо. А мы в дом поднимемся, там стол накрыт. Надо всем водки выпить, а то меня колотит всю, как лист!

Теперь переглянулись мужчины:

— Хорошая идея.

Минут через двадцать они сидели на обшарпанном диване в обществе Кайрата и Толика. Сестры Галина и Оля отсутствовали: одна возилась на кухне, а младшая забралась в душ — смыть с себя «следы их лап», как она выразилась.

— По-настоящему, его Толипберген зовут, — объяснял Кайрат, показывая месячного малыша в пеленке. — Это как положено: я — Кайрат Толипбергенович, он — Толипберген Кайратович. Мы казаки, — не без гордости сказал он, произнося «казах» как «казак».

По-казахски это слово именно так и звучало, Марат, который уже сталкивался с этим, подозревал, что русское казачество когда-то и взяло именно это наименование, переняв его у степных народов.

— А что означает «казак» на вашем языке? — тут же и спросил он. — Ведь наши казаки тоже так себя зовут.

Кайрат немного задумался:

— Это тот, кто по степи гуляет, вольный человек, молодец, в общем, — постарался объяснить он.

— Гайдук, — вставил свой вариант Сергей.

— Нет, у нас такого слова нет.

— Значит, с другой стороны пришло, — легко согласился Сергей. — Да ты не переживай так, все уже кончилось. Надо тебе водки выпить.

Кайрат кивнул:

— Не хочу на Толика дышать. Сейчас Галя покормит и уложит, тогда сразу стакан приму. Хоть бы у нее молоко не пропало, — переживал он. — Говорил же, надо было самому идти встречать Олю. Но она дома засиделась, захотела сама пробежаться на вокзал, с сестрой по дороге поболтать. — Казах говорил по-русски совершенно чисто, без всякого акцента, да и на вид мог сойти за европейца — красивый мужественный парень. — Решили на такси сэкономить, у вокзалов ведь дерут не по-божески. Поехали на метро, а потом уж ловили попутного частника, чтоб подешевле, — вот и поймались.

Галя выскочила из кухни, метнула на стол несколько дымящихся тарелок:

— Ребятушки, вы сразу наливайте да закусывайте. Я еще немного посуечусь: сполоснусь да покормлю маленького…

Впрочем, скоро все собрались за столом, даже Галине, которую сосал малыш, налили рюмку.

— Ничего, — сказала она, — не успеет в молоко попасть. А если и попадет, то малыш крепче спать будет. Надо успокоиться все-таки…

Сергей поднялся с рюмкой, держа прямой локоть — по-гусарски:

— Давайте пожелаем молодому человеку Кайрату Толипбергеновичу счастливой жизни, удачи и родителей — счастливых и богатых! Ура! — он залихватски опрокинул рюмку одним махом. — Хорошо пошла — все сбудется!

Зарозовевшие сестры, смывшие в ванной краску с лиц, выглядели, как ни странно, свежими и здоровыми русскими красавицами. Они наконец заулыбались, начали приходить в себя.

— Не за нас надо пить!.. — начала было Галя, промакивая концом пеленки кровоточившую губу.

Сергей сделал взмах рукой, как дирижер:

— Я еще не кончил, — он порылся в бумажнике, что-то достал и протянул Кайрату. — Это подарок новорожденному, чтоб было с чего начать. Запиши пин-код, отец, — и он продиктовал серию цифр, заглянув в свой мобильник.

— Что это? — спросила Галя.

— Карточка «Виза», — объяснил Смирнов. — Наливайте еще, что ли?

Все засуетились. В таком подарке присутствует элемент интриги — пока завтра родители не сходят к автомату, их будут подзуживать мысли: а какие цифры покажет дисплей?

— Держи, малыш, — Марат снял свои командирские часы и покачал ими перед носом ребенка. Маленький Толик никак не прореагировал на блестящую вещицу. — Чтоб командиром был. На память…

Просидели еще довольно долго. Хозяева хотели уложить спасителей во второй комнате своей небогатой квартиры, но нужды в этом не было. Сергей вызвал машину, потревожив одного из водителей, и они отбыли на короткую ночевку в особняк Смирновых.

— Много подарил казачонку? — поинтересовался Марат по дороге.

— Хорошо, что напомнил, — спохватился Сергей, смеясь. — Там почти ничего не осталось. Надо с утра пораньше перевести хоть какую-нибудь приличную сумму, а то стыдно — подумают, что лошки понтовые пустую карту подарили.

— Ничего, у них машина твоя в залоге, — в тон товарищу заметил Марат. — Продадут, если мало покажется.

Сергей пребывал после всех приключений в благодушном настроении:

— Пусть отстоится машина неделю-другую. Надо будет узнать, есть ли на нее ориентировка у «гаевых»… А пригодился тебе мой прием все-таки! Я видел, как этот хрен «звеньевой» извивался с плечом выбитым. Я из-под машины заметил по ногам, когда прилег на минутку, как ты ему еще и «растяжечку» сделал, — фирменно!

— Пригодился, пригодился твой прием, — потрепал его по холке Марат. — Не зря ты больничный тому парню — вышибале — выплатил.

На самом деле фокус с плечом он знал еще с тех пор, как занимался самбо в интернате.