Королевский стрелок - Сергей Соболев

– Не совсем…

– Полный срок тебе, может, и не дадут. Но пятнашку ты точно огребешь! Учитывая обстановку, учитывая развернувшуюся кампанию по борьбе с «маньяками» в погонах!

Михеев забрал у Костина пустой стакан. Поставил его рядом с графином, высморкался в носовой платок и вновь уселся на край стола.

– Если перестанешь вести себя как долбаный тормоз, то у тебя есть неплохой шанс соскочить на сто седьмую по второй части! За убийство в состоянии аффекта, сам знаешь, много не дают! Максимум – даже за двух – «пятак»! Или даже на сто восьмую выведем – «Убийство при превышении пределов необходимой обороны…» Но тут уже, Костин, надо будет постараться… Изо всех сил стараться!

– А что от меня-то требуется?

– Всего ничего, – Михеев оживился. – Ответить на несколько моих вопросов. Но ответить содержательно! Ничего не утаивая и ничего от себя не придумывая.

– На какую тему?

– Не тупи! На тему твоей служебной деятельности.

– Хм… Ну так это служебная тайна.

– От прокуратуры нет и не может быть никаких тайн. Тем более что в рамках уголовного дела мы уже дважды производили выемки документов и некоторых иных предметов в здании управления!

– Вот и изучайте то, что изъяли.

Михеев вновь занял место по другую сторону стола.

– Кто инициировал таможенные проверки по фармацевтическим компаниям области? По поставкам импортных лекарств и препаратов?

– Я этого не знаю. Дальше.

– Знаешь! Не можешь не знать! Мы нашли следы запросов, которые ты делал по вашей базе данных. В частности, запрашивал материалы на группу компаний «InWestFarmacom Baltic LTD»!

– Вполне может быть. Хотя я и не помню.

– Кто приказал начать копать под эту структуру? Прежний начальник, который уехал в Москву? Или активный интерес к «Фармакому» появился уже при Бекетове?

– А вы бы сами у него и спросили, гражданин начальник. Я мелкая сошка. Откуда мне знать эти тонкости?

– Кончай тут мне прибедняться! Ты к кому собирался ехать, Костин? Кому ты в Москву названивал последние несколько суток перед задержанием?

– Это личный вопрос.

– По какой надобности тебя собирались под видом отпуска направить в Москву?! Это была… Вернее, планировалась служебная командировка?

– Командировка? В Москву? Впервые слышу.

– С кем ты там должен был встретиться? Мы нашли у тебя в квартире билет на поезд! Ты должен был сегодня, пятого числа, отправиться поездом в Москву! Вопрос у меня такой: кто и с чем тебя посылал в столицу? Какие ты получил инструкции?

– Чушь. Я получил отпуск… в обычном законном порядке! Подошла моя очередь, вот мне и предложили отдохнуть положенный срок…

– Ага, значит, все же «предложили»? Кто именно? Бекетов? Или его зам?

– Кадровик вызвал к себе и сказал: с пятого числа вы в отпуске! А с начальством я на эту тему вообще не разговаривал.

– Где ампула? – подавшись вперед, поинтересовался Михеев. – Кому ты о ней успел рассказать? Только не делай вид, что ты не врубаешься!

У Костина в этот момент засосало под ложечкой.

– Какая еще ампула?

Михеев скривил губы.

– Глупо себя ведешь! Глупо! Мы изъяли в качестве вещдока твой диктофон! И кассету с записями! Там есть и запись твоей беседы с ныне покойным гражданином Синицыным, бывшим драгдилером по прозвищу Студент!

– И что вы от меня хотите? Синицын ведь уже того… Мертв! Причем, подчеркну еще раз, убил его не я, а кто-то другой.

– Где ты провел вечер и ночь на среду? – пропустив реплику подследственного мимо ушей, спросил важняк. – У кого ты находился перед тем, как отправиться на расправу с вашими «внештатниками»? С кем встречался?! С кем и о чем разговаривал? И еще. Знала ли твоя подруга что-то об этих вот вещах?

– У меня много подруг. Какая именно?

– Сам знаешь какая, – Михеев откинулся на спинку. – Хватит тупить, слышь?! Мы знаем много больше, чем ты себе это представляешь! Так вот. Знала ли дама, с который ты встречаешься в последнее время на довольно регулярной основе, о ну… например, о той ампуле, которую тебе передал Студент? Она ведь, эта рыженькая, в лаборатории работает, не так ли?

– Глупость. У нас есть своя лаборатория.

– Да ладно. Не смеши меня. Говно ваша лаборатория. И результатов надо ждать по неделе и больше. Опять же, а если образец «левый»?

– Чушь.

– Вот что, Костин! Если ты мне эту вот информацию не сообщишь в деталях по расследованию, по планировавшейся поездке в Москву, ее истинным целям… Да, и еще по этой вот ситуации с твоим «внештатником» и с ампулой… Если ты не выложишь всю эту инфу, то и я, Костин, ничем не смогу тебе помочь! Не забывай о себе! Сам себе не поможешь, никто не поможет! Напомню, что у меня есть «пряник»… Ну или «морковка»! А тебе нужно хорошенько поднапрячь память! А потом четко и внятно ответить на все поставленные вопросы. А не то…

– А не то что? Я и так сижу в СИЗО по ложному обвинению в двойном убийстве?! Куда уж хуже…

– Костин, я был о тебе более высокого мнения. Не разочаровывай меня.

Важняк, порывшись в портфеле, достал оттуда несколько снимков. Два из них – молодой женщины и мужчины – он показал подследственному.

– Знакомые личности, не так ли? Молчишь… Какие отношения, Костин, связывали тебя с этими двумя? А именно, с Игорем Завальным и его гражданской женой Людмилой Шварц?

– Хм… Шапочное знакомство.

– Это все, что ты можешь сказать по данному пункту?

– Да.

– Какова была цель визита Завального к соседям? Зачем он отправился в Литву?

– Спросите у самого Завального.

На лице у важняка промелькнуло странное выражение… Нечто вроде гримасы.

– А… Так ты же не в курсе…

– В курсе чего?

– В курсе того, что ты наломал дров! Ты, кажется, так и не допер, в каком дерьме оказался! Слушай сюда, Костин! Мы сможем обеспечить твою безопасность и сравнительно мягкий приговор лишь при одном условии: если ты расскажешь о планах твоей конторы касательно расследования импортных поставок холдинга «Фармаком»! И сообщишь подробности о планируемых вами акциях, направленных против некоторых лиц! Против честных бизнесменов, которых пытается рэкетировать ваша организация! И про свои контакты с Завальным – это тоже интересует.

– Гм. Вот какой, значит, у вас «пряник», – угрюмо произнес Алексей после паузы. – Морковка для братца кролика Костина… А знаешь что, гражданин начальник?! Засунь-ка себе этот «пряник»… в анус! И вашу «морковку» следом!

Лицо Михеева сделалось злым. Он рывком встал на ноги и направился к двери. Приоткрыв ее, бросил какую-то реплику.