Защитник Донбасса - Валерий Николаевич Ковалев

Министерство обороны России заявило, что цели спецоперации не менялись, поэтому в рамках демилитаризации Украины удары наносятся исключительно по объектам военной инфраструктуры. Украинская сторона настаивала на обратном, а местное население продолжало сталкиваться с проблемами в эвакуации: украинские радикалы обстреливали автомобили, пытавшиеся выехать из города. Вместе с тем российская армия укрепляла свои позиции: например, 9 марта была взята под контроль база снабжения 37-го ОМПБ (в/ч А3137) со всей находящейся на ней техникой.

10 марта подразделения Народной милиции ДНР взяли под контроль кварталы Виноградарь, Ляпино, Азовский и Найденовка на востоке города, в результате чего вышли к заводу «Азовсталь». Гуманитарный коридор в городе пока еще так и не заработал. Несколько дней военные осуществляли зачистку Левобережного района Мариуполя. К этому времени появилась большая проблема: украинские националисты сконцентрировали свои силы в детских садах, школах и жилых домах. 16 марта в городе произошла трагедия: было уничтожено здание Мариупольского академического областного драматического театра, в котором, по некоторым данным, укрывались от 1000 до 1200 мирных жителей. В Министерстве обороны Российской Федерации описали произошедшее как теракт и заявили, что здание было взорвано украинскими радикалами.

17 марта руководитель Чеченской Республики Рамзан Кадыров объявил о штурме Мариуполя чеченскими подразделениями. Уже на следующие сутки войска Донецкой Народной Республики взяли под контроль аэропорт города. В тот же день украинская сторона признала, что деблокировать город ее войска не в состоянии. 19 марта стало известно о боях у сталелитейного завода «Азовсталь». 22 марта 2022 года, согласно оперативным данным, российские войска и армия ДНР контролировали больше половины города (из сообщения Народной милиции ДНР).

Следующий день прошел в бесплодных попытках продвинуться к кирпичной высотке впереди, стоящей в окружении пятиэтажек. С высотки просматривалась вся часть микрорайона, занимаемая ополченцами и чеченской Росгвардией. Несколько атак при поддержке бронетехники успеха не имели. На подходе к башне догорали две подбитые бээмпэшки. Огонь противником велся с крыши и верхних этажей. В подвале, по имевшимся данным, принудительно удерживались жители.

— Ну что же, попробуем твой вариант, — сказал Бесу ротный во время передышки.

Вариантом была схема теплотрасс, найденная бойцами ДРГ в захваченной котельной. Именно ее рассматривал майор, когда прибыло пополнение. Схему снова расстелили на столе, одна из подземных коммуникаций шла к высотке.

— Расстояние до нее метров пятьсот, — наклонился над чертежом ротный, — главное не заблудиться, попав в ответвления.

— Это да, — согласился Бес. — Дай листок бумаги и карандаш.

Он сделал небольшую выкопировку, аккуратно сложил листочек, сунул в карман раскладки и приступил к уточнению плана.

По замыслу командира, ДРГ Беса надлежало пробраться из котельной по подземным коммуникациям в подвал дома. Затем дать сигнал по рации для подхода тем же путем штурмовой группе. Самим же по эвакуационной лестнице проникнуть на крышу и ликвидировать там снайпера и минометный расчет.

— Ну а дальше по обстоятельствам, — завершил ротный. — Готовь людей. Я пока доложу комбату.

В группу вошли уже имевшиеся бойцы и вновь прибывшие. Из прежнего состава здесь были уже знакомые Максиму Снегирь и Грек. Оба восприняли его появление как должное, лишних вопросов не задавали.

Когда гул городских боев стал утихать и на задымленный город опустились сумерки, девять человек во главе с Бесом влезли из котельной в выгородку теплотрассы. При себе имели автоматы с пистолетами, гранаты и ножи. Узкий луч фонарика на шлеме командира впереди рассекал густой мрак. Двигались согнувшись, чтобы не задеть головой низкое перекрытие. Тихо ступали по гравию ботинки, слышалось тяжелое дыхание бойцов.

Миновав несколько ответвлений в разные стороны, минут через двадцать остановились, дойдя до очередного рукава. Бес достал из раскладки бумажку, проверил — вроде тот. Обернулся к следующему за ним бойцу, сделал знак — вперед. Боец с автоматом на изготовку исчез за поворотом. Потянулась томительная резина ожидания.

Наконец разведчик вернулся, доложил, что теплотрасса заканчивается перемычкой, за которой находится технологический подвал. В нем гражданские.

— Как установил? — тихо спросил Бес.

— Вынул несколько кирпичей, послушал. Голоса детей и женщин. Подозвал одну. Оказалось, жильцы дома. С ее слов, нациков в подвале нету. Находятся вверху у лифта.

Где-то недалеко ухнули разрывы, с бетонного перекрытия посыпалась крошка. Переждали. Затем по знаку командира нырнули в ответвление, через сотню шагов оказались у перемычки. Кладка оказалась рыхлой, быстро разобрали. С оружием на изготовку поочередно влезли в мрачное помещение. Под потолком тянулись трубы с запорной арматурой и кабели. На топчанах вдоль стен, застеленных матрасами с одеялами, в тусклом свете коптилок сидело человек двадцать испуганных женщин, стариков и детей.

— Вы наши? — поднялась навстречу пожилая женщина в ватиновой аляске.

— Наши, мамаша, наши, — шагнул к ней командир. — Значит, нацики вверху у лифта?

— Да, сынки. Когда нас сюда сгоняли, оставили там двоих.

— Макс, Грек, — обернулся к своим, — быстро блокировать вход.

Те бесшумно исчезли в полумраке.

Он же, достав рацию, забубнил:

— Первый, Первый. Я Второй. Прием.

— Слушаю, Второй, — пробилось сквозь треск эфира.

— Мы на месте. Все путем. Идем дальше. Можете выдвигаться.

— Понял тебя. Удачи.

Он отключил рацию.

— Вас как зовут? — сунув рацию в раскладку, наклонился к женщине.

— Ольга Николаевна. Я старшая по подъезду.

— Мы сейчас наверх, Ольга Николаевна, а вы ждите. Скоро оттуда, — Бес кивнул на дыру в кладке, — придут еще наши.

— Хорошо, — зябко поежившись, женщина вернулась к своим.

Разведчики меж тем, приготовив оружие, сгруппировались у входа. По кивку Беса Макс с Греком, вынув ножи, бесшумно двинулись по ступеням наверх. Тихо приоткрылась дверь, в подвал ворвались звуки артиллерийской канонады. Исчезли. Через несколько минут в светлом проеме возникла каска. «Готово, командир!»

Группа, один за другим, побежала наверх, дробно стуча ботинками. На лифтовой площадке в лужах крови валялась пара нациков, в оконном проеме был установлен РПК*, сбоку две прислоненные «Мухи»*. Прихватив трофейное оружие с собой, группа рванула к двери эвакуационной лестницы. За ней, как и ожидалось, никого не было. Второй этаж, третий. Судя по звукам снаружи, со стороны ополченцев начался огневой налет. Дом трясся под ударами снарядов, кругом стоял вой и грохот.

В дверном проеме шестого этажа возникли несколько чумазых рож. Саданули туда из «Мухи», скрылись в разрыве, позади донеслись вопли. Наконец, задыхаясь от пыли и чада, достигли технологического этажа с открытым люком. Туда вела вертикальная лестница.

Первым вскарабкался Бес с «Фенькой»* в руке, осторожно высунулся. Короткий взмах рукой,