Волк среди воров - Борис Седов

- Столько тебе платят за одну драку. А я даю те же деньги за ночь удовольствий. Что, не доходит? - он тихо выругался. - Трахни ее как следует, что непонятного?! Только на совесть, без дураков!

- А ты будешь смотреть?

Покупатель воспринял вопрос Грека как знак согласия и попытался воткнуть деньги под полотенце на животе. Артем сделал шаг назад, а когда тот повторил попытку, отвел его руку и повторил вопрос спокойным тоном:

- Так ты будешь смотреть?

Тот передернул плечами:

- Чего я не видел?! Есть дела поинтереснее, - передернул плечами и заговорщицки подмигнул, как будто они с Греком были друзьями и он просил подтвердить, что они вместе ездили на рыбалку, когда он на самом деле шлялся по бабам.

- Поинтереснее… А сам, что ли, не можешь?

- Не твое дело, чего я могу, а чего мне не хочется, ясно? Твое дело - выдрать ее так, чтобы она мне после не жаловалась. И запомни: как бы она не просила, а в рот ей не давай, даже в резинке! Ты меня понял? Считай, что пятисотка из тыщи - за это. За отказ от некоторых удовольствий…

Артем взял деньги. Вжикнул ногтем по ребру тоненькой пачки. Надавил на хромированный зажим, оценивая упругость пружины.

А потом смачно плюнул на деньги и припечатал их к морде хорька в черном смокинге, и не успел тот удивиться, как схватил его за воротник, развернул, выволок в коридор и пинком отправил лететь к дальней стенке.

Вслед хозяину полетели и деньги, которые Грек не поленился подобрать с пола.

Вернувшись к скамейке с одеждой, он с треском сорвал с себя махровое полотенце. За кого его принимают, если не стесняются запросто подкатить с таким предложением? Интересно, Наиль в курсе темы? Вряд ли. Хотя как-то слишком вовремя он слинял по каким-то делам…

Дверь в душевую продолжала оставаться открытой. Мэри стояла под тонкими горячими струями, массажируя плечи, поворачиваясь к закрепленному на стене распылителю то одним, то другим боком. Она слышала разговор? Должна была слышать. Тьфу, бля, противно!

Когда в раздевалку ворвались телохранители обиженного хорька, Артем уже облачился в спортивный костюм и сидел на скамейке, шнуруя кроссовки. По виду «телков» было ясно, что они явились не для того, чтобы предложить большую сумму и уговорить-таки Грека ублажить даму. Один «телок» сжимал электрошокер, второй вооружился телескопической дубинкой с шариком на конце.

Из сидячего положения, даже не подняв головы, Грек метнул кроссовку в рыло мордоворота-электрика. Тот не успел уклониться и получил грязной подошвой поперек лба, что несколько сдержало наступательный порыв. Повторять трюк с метанием Греков не стал. Кувырнулся набок, сокращая дистанцию до второго противника и одновременно уходя из-под его махового удара железной дубинкой. Вскочил на корточки у него за спиной и, не давая времени развернуться, всадил такой апперкот в его промежность, что чуть не отбил свою руку.

Противник без звука рухнул на скамейку и повалил ее на себя.

Грек, вскакивая на ноги и меняя позицию так, чтобы за спиной иметь стену, насмешливо бросил:

- Больше не будешь трахать хозяйку. Не сможешь…

Сцена мгновенной расправы подействовала на «телка» с шокером. Сколько бы ему ни платил хорек в смокинге, а последовать примеру товарища он не хотел. Одно дело - изображать видимость крутизны, и другое - выступить против действительно сильного бойца. Неясно, правда, на что он рассчитывал, ввязавшись в эту авантюру. Видел же Грека на ринге… Просто не мог отказаться?

- Чего ж ты медлишь? - Грек широко ухмыльнулся.

За спиной противника из душевой выскочила Мэри. Грек удивился, зачем она так шумит, ведь могла же подкрасться беззвучно, но оказалось, что на это и было рассчитано.

Обнаженная Мэри держала в руках полотенце, свернутое жгутом. В первый момент Грек подумал, что в ней сильны воспоминания о бое и она хочет набросить удавку на шею «электрика». Но расчет был в ином. Она взмахнула полотенцем, будто пытаясь хлестнуть противника по лицу. Он отклонился назад, и тяжелая мокрая ткань прошла в миллиметрах от его носа. Вытянув руку с шокером, он прыгнул вперед, пытаясь дотянуться до девушки. Почти получилось: не хватило буквально чутьчуть. Казалось, что она увернулась недостаточно ловко, что стоит ему вытянуть свою руку больше, как он воткнет электроды в обнаженное тело. Он и попытался это сделать: вытянулся, нажал кнопку. Но за долю секунды до этого Мэри набросила на его кисть мокрое полотенце, и разряд ударил «электрика». Сила удара была меньше, чем при непосредственном контакте с электродами, однако и ее хватило, чтобы мордоворот вскрикнул и бросил электрошоковое устройство.

Тряся рукой, он попятился. Не давая ему опомниться, Мэри рывком сократила дистанцию. Пнула шокер, который, вращаясь, улетел под скамейку. И той же ногой хлестко врезала противнику в низ живота. Он рефлекторно согнулся и получил коленом в лицо, а потом - ладонями по ушам и начал падать. Наверное, ему и так бы хватило, но девушка, не останавливаясь на достигнутом, добавила еще раз коленом в солнечное сплетение.

Артем выглянул в коридор. Там никого не было. Хорек или услышал, как разворачиваются события, и поспешил ретироваться, или был сверхуверен в успехе своих боевиков и ждал доклада о проведенной расправе в компании спутницы.

Артем закрыл дверь и улыбнулся Мэри:

- Неплохо сработано. Где ты научилась трюку с полотенцем?

- Сама догадалась.

- Молодец! Однако пора делать ноги…

Когда они уже оделись, появился Наиль. Зашел в раздевалку, предварительно постучав. Хмуро глядя на валяющихся телохранителей, сказал Греку:

- Пошептаться надо кое о чем.

Вышли в коридор. Артем молчал, ожидая, что Наиль заговорит первым. После долгой паузы Хитрый вздохнул:

- Ты не мог без скандала?

- Как?

- Можно было просто отказаться.

- Ты знаешь, что он мне предлагал?

- Невеликий секрет! Не ты первый, не ты последний. Я понимаю, стоило быковать, если б он предложил тебя в задницу трахнуть. Но здесь-то…

- Слышь, Наиль, я очень устал. Очень сильно устал. Хоть ты не заводи меня, ладно? Договорились?

Хитрый снова вздохнул:

- Фиговая ситуация. Знаешь хоть, кто он такой?

- Урод, одно слово.

- Он не последний человек в нашем городе. И в моем бизнесе кое-что значит. Сегодня я тебя прикрою, утрясу как-нибудь тему. Но работать вместе мы больше не сможем. И учти, что он тебя станет искать. Он не прощает обид, а ты его унизил так, как никто и никогда, наверное, его не унижал. Если только в детском саду.

- Сам нарвался…

- При его положении можно позволить себе нарываться.

Грек передернул плечами:

- Тогда пусть не обижается.