Милицейский спецназ - Александр Тамоников

– Кузьмичев на связи!

– Владимир Кузьмич?

– Он самый. С кем имею честь?

– Вам супруга не сообщила?

– Она плохо разбирается в чинах.

– Фомин Сергей Петрович!

– Очень приятно! Чему обязан вниманием?

– Я хотел извиниться за своего сына.

Кузьмич никак не ожидал подобного маневра, не найдя сразу, что и ответить. Но Фомин, видимо, и не нуждался в ответе, продолжив:

– Александр вчера вел себя недопустимо. Вы уж простите его, дурака, Владимир Кузьмич.

– Хорошо! Но вроде как меня уже сделали крайним в этой истории? Служебное расследование назначили.

– Пустое это все! Я разобрался в ситуации и имел достаточно нелицеприятный разговор и с прокурором, и с вашим начальством. В итоге справедливость восторжествовала, никаких мер против вас принято не будет.

– Я должен благодарить вас?

– Нет! Вы ничего не должны! Так вы принимаете извинения?

– Принимаю!

– Будем считать инцидент исчерпанным?

– Да, но при условии, что ваш сын с компанией понесет заслуженные наказания за совершенное административное правонарушение.

– Естественно!

– Хорошо. Я к вашему сыну претензий не имею.

– Один вопрос, Владимир Кузьмич, права Александра у вас?

– Нет! Я вернул их ему еще вчера. Хотя, насколько мне известно, он утверждает обратное.

– Да и черт с ними! Все равно лишат. Так что это уже не столь важно! Извините, что помешал отдыху. До свидания.

– До свидания!

Фомин-старший положил трубку. То же самое сделал и Кузьмич. Он вышел во двор, присел на скамейку, закурив неизменную «Приму». К нему тут же присоединилась супруга.

– Чего он звонил, Володь?

– Как ни странно, Катя, извинялся за сына.

Не знавшая о конфликте мужа с сыном главы администрации, Екатерина удивилась:

– Извинялся? Почему? У тебя что-то было с ним?

– Пустяки, Кать! Так, обычная при моей работе история.

– Господи, и когда же она закончится, эта твоя работа?

– Скоро, Катя, скоро! Вот только что дальше-то делать? Не дома же в сорок пять лет сидеть? Да и на пенсию нам не прожить.

– Найдешь работу!

– Где? В Горинске и молодые-то без работы маются, чего говорить о пенсионерах. Даже сорокапятилетних.

– Обойдемся как-нибудь! Огород, слава богу, есть, а на хлеб всегда хватит!

– То-то и обидно, Кать, что за столько лет службы пенсии лишь на хлеб и хватит!

– Что ж делать? Но разве в этом главное?

– А в чем?

– В том, что совесть свою не запятнал. И от греха чист. Не запачкал душу. Остальное – суета.

– Да. Остальное – суета. Она и вся жизнь суета. Но ладно, пойдем в дом…

Фома, прибыв в бар, срочно собрал своеобразное совещание, на котором, кроме него, присутствовали неизменные Быков и Кулагин. Фома предложил всем троим выпить. Открыли бутылку виски, ополовинили ее.

Бык поинтересовался:

– Как, Фома, конфликт с ментами закончился? Ввалили этому Кузьмичеву?

Фомин посмотрел на дружка, произнеся:

– О нем позже. Сейчас перед нами две задачи. Первая – на время прикрыть бар и шалман у дороги. Всех плечевок разогнать по домам. Лучше будет, если они куда-нибудь свалят из города, как и пацаны, работающие с ними. Второе и главное – принять наркоту. В бадыгах создать имитацию ремонта, для чего завести в них цемент, песок, краски, еще какой лабуды. Это на тебе, Урод! Ну, а мы с Быком встретим курьеров Грузина. Да, Бык, на твоей же тачке вывезем героин на дачу пахана. С водилой из надежных.

– Через пост?

– Да! Сейчас нас никто не тронет! Всем все ясно?

– Ясно!

– Кто сказать хочет?

Кулагин, как ученик, поднял руку:

– Я хочу вернуться к Кузьмичеву. Что с ним решено?

– Я же сказал, о нем позже, но ладно, Кузьмича отец приказал оставить в покое. Видимо, у пахана возникли какие-то проблемы и скандал с ментом отцу пока не нужен. Потом накажем мусора! Никуда он не денется!

Спросил Быков:

– А как же наши права?

– Не знаю. Пока обойдемся без них! Есть кому рулить. Но все будет хоккей! Это мое слово.

Кулагин постучал мундштуком папиросы о стол:

– Мне тут, Фома, совершенно случайно стало известно, что Кузьмич с другом и бабами своими в субботу к торфяному озеру на рыбалку собирается.

– Ну и что?

– Шугануть бы мента?

– Я же сказал, отец запретил трогать мусора!

– Нам запретил! Мы и не полезем на Кузьмича. А вот если, скажем, приезжие пацаны чего с ментом у озера не поделят да отделают того с компанией, то тут другой калибр выходит. И мы ни при чем, и Кузьмич свое получит.

Фома задумался. Урод предложил неплохой вариант прессануть мента. Только не догадается ли Кузьмич, кто именно стоит за «случайным» наездом? Поэтому спросил Кулагина:

– Откуда ты, Урод, узнал о рыбалке?

– Да конкретно ниоткуда. У меня по соседству, ты же знаешь, Максим Губин живет. Напарник Кузьмичева. Пацан нормальный, не то что этот контуженый старлей. Так вот, вчера, как только мусарня отпустила и я вернулся на хату, к Губину зашел Кургин. Ну и базар во дворе повели. Губа просил Кургу в какой-то там день подменить его, невеста, мол, приезжает. А потом заикнулся о том, что и рыбалка с Кузьмичевым в субботу срывается. Тот пригласил Губина составить компанию ему и дружку с семьями в субботу на торфяном озере. Придется, мол, отказаться.

– Тебя при разговоре менты видели?

– Нет! Я за забором стоял.

– Точно?

– Ну, говорю же!

Фомин-младший вновь задумался.

– Отдохнуть мусорок, значит, собрался? Ладно! Мы разнообразим ему отдых.

Фома принимал решения быстро.

Достал сотовый телефон, набрал какой-то номер:

– Бурбон? Привет, Фома!.. Взаимно… Все нормально. Слушай, брат, мне нужна твоя помощь!.. Ну, какой базар! Да, ничего особенного… Нужны несколько твоих ребят на тачке, четверых хватит с избытком!.. Желательно шугануть одну компанию на торфяном озере…Да ладно, лохи, хотя один из них мент, гаишник. Но он будет в гражданке, откуда твоим парням знать, что он мусорок?.. Им надо часиков в пять вечера подвалить к озеру. Там всего несколько мест, пригодных для пикника. Народ туда не прется, далеко, так что компания, скорее всего, одна будет. Как узнать? Минуту.