Блокада молчания - Кирилл Казанцев

— Подождите, я объясню… — захрипел, делая большие глаза, лежащий на полу человек.

— Не утруждайтесь, Евгений Давыдович, отдыхайте, мы сами объясним. Припоминаете махинации с фальшивыми авизо? Начало двухтысячных. К вам обратилась группа лиц кавказской национальности и предложила взаимовыгодно и плодотворно поработать. Вы печатаете авизо на крупные суммы, отправляете в Центральный банк или, скажем, Агропромбанк, после чего вам остается лишь безнаказанно получить деньги, а подельникам — провести их по цепочке фирм-однодневок. Расследования по подобным делам, как правило, успеха не приносили. Вы не глупый, чтобы светиться, наварили денег, поделили с партнерами и, довольные друг другом, расстались. А странные истории с клиентами ваших банков, которые имели возможность оперировать значительными наличными средствами? Господин Володарский сошел с ума и помещен в психиатрическую лечебницу через неделю после покупки крупной партии банковских чеков. Злые языки поговаривали, что у вас сложились кратковременные романтические отношения с сестрой господина Володарского? Взаимовыгодная сделка, что-то вроде распределения активов. А странное убийство заместителя председателя банка Савельева, курировавшего вопросы банковского надзора? Отделался легким ранением в ногу и контрольным выстрелом в голову. Имеются убедительные доказательства, что к вам обратились люди из одной финансовой организации, чья лицензия на ведение банковской деятельности была отобрана именно Савельевым. Договориться не удалось. Банкир погиб, а через день нашли труп исполнителя, чьи контакты с вашей персоной были зафиксированы и задокументированы. Но вы опять выходите сухим из воды, так как важная и нужная персона, а ретивый следователь, «превысивший пределы своей компетенции», понижается в должности и отправляется в тьмутаракань. У этого славного человека, Евгений Давыдович, кстати, собрано на вас обширное досье. У вас имелся непрофильный бизнес, вы являлись акционером крупного предприятия «Южанка» по выпуску алкогольной продукции, держали сеть магазинов и заправок. Банк «Возрождение» просуществовал до 2007 года и плавно ушел со сцены через месяц после того, как безвестному акционерному обществу «Промстрой» была ссужена банком сумма, превышающая собственный капитал. Учредителем АО «Промстрой» были лично вы, Евгений Давыдович, хотя в бумагах почему-то значилась фамилия Лазарев. Ловкость рук. И снова полная безнаказанность, поскольку бандиты бандитов, как правило, не ловят. В том же году учреждается новый коммерческий банк «Мегатеп» с головным отделением в Кабаркуле, который мгновенно начинает проворачивать операции с денежными средствами местных бизнес-воротил и государственных чиновников. Какие-то пустяки — нарушение законодательства о бухучете и финансовой отчетности, незаконное использование денежных средств банка, кража денег клиентов. Красивая операция по выдаче кредитных средств офшорным компаниям на сумму порядка пятисот миллионов долларов. Впоследствии, в связи с неисполнением заемщиками своих обязательств по погашению кредитов, дисконтные облигации, стоимость которых значительно возросла, были списаны со счета банка в пользу кредиторов. При этом операции по их списанию в бухгалтерской отчетности банка не отражались. Также были открыты филиалы банка в Краснодаре и Симферополе. Как в анекдоте: «Свои деньги я храню в гривнах. Никому не придет в голову их там искать». Вы срослись с местными чиновниками, вы теперь одна большая дружная компания. Все ворованные, незаконно добытые денежные средства представителей местной элиты проводятся и отмываются через ваш банк. Вами контролируется весь бизнес в городе, от вас зависит благополучие и процветание его граждан. Вы охотно выдаете кредиты на поддержку малого бизнеса, кредитуете простых граждан, заманивая их невысокими процентными ставками. В рекламном слогане вы сравнили свой «Мегатеп» с тайскими банками, которые выдают кредиты своим согражданам за символические ноль целых пять десятых процентов. Люди набрали у вас кредитов. Реальные проценты оказались ростовщическими, грабительскими, доходили до двадцати процентов, а то и больше. Люди оказались не в состоянии платить. Коллекторское агентство, которым руководит кузен вашей супруги, а на деле хорошо организованная банда рэкетиров, работает не покладая рук. Жаловаться некому, никто не заставлял влезать в кредитную кабалу. Людей вынуждают распродавать свое имущество. Им угрожают, бьют, пытают. Владельца маленького СТО Пекарского, чей бизнес подпортил крупный пожар, вывезли в лес и мучили несколько часов. Теперь у человека нет его скромного предприятия, зато есть отбитые внутренности. Пенсионерку Шмакову заставили продать дом, ее сын взял кредит для покупки машины, сам погиб в ДТП, машина всмятку, но банк ведь в этом не виноват? Какое ему дело, что при аварии погибла вся семья и старушка парализована горем? Некто Чикин, которого в глаза никто не видел, получил миллионный кредит и исчез в неизвестном направлении. Взялись за поручителя — владельца небольшой виноградной плантации Гурнова. В документах черным по белому — он поручитель. И личная подпись. То есть обязан отдуваться за недобросовестного заемщика, хотя подпись поддельная и никакого Чикина он в жизни не видел. Полный бред, а доказать невозможно. Просто господину Дворскому приглянулся живописный уголок, которым владел Гурнов, а продать его за бесценок тот не захотел. Человек оказался настырным, писал кляузы, кричал на всех углах, кляня беспредел, творящийся в городе. Его убили, как оленя, — в глаз. Расследование было формальным, убийцу не нашли. Жене пришлось отдать землю, поскольку пришли однажды люди из службы безопасности банка (ох уж эти службы безопасности!), тонко намекнули, что у женщины такие славные детишки… А на освободившихся землях у самого синего моря Евгений Давыдович сейчас возводит третий по счету особняк, в который намерен перебраться из шумного элитного поселка…

Говорящий сделал паузу, пытливо уставился на визави. Камера невозмутимо снимала. Трясущийся банкир предпринимал попытки приподняться. Конечности не слушались, нужные слова в горло не лезли, но масштабы постигшего бедствия он, кажется, начинал усваивать.

— Что вы несете, ублюдки? — захрипел он. — Все это недоказуемо, все это ваши гнусные измышления…

— Простите, что перебиваю, Евгений Давыдович, — повысил голос мужчина, — но перечислена лишь мизерная часть ваших противоправных действий. Полный список будет обнародован, не волнуйтесь, как текстовое дополнение к нашему видеофайлу, который уже завтра будет выложен в мировую Сеть. Вы вор и убийца, в этом нет сомнений. Лично вы не убивали, отправляли на мокрое дело своих псов, но лучше бы сами это делали, ей-богу, было бы честнее. Ваша ответственность меньше не становится. Доказательств ваших злодеяний хватает, они также будут обнародованы. Мы прекрасно понимаем, что в сложившихся обстоятельствах привлечь вас к ответственности сложно, все суды работают на власть, какие бы ужасы она ни вытворяла. Но зачем нам суд? Судьи перед вами, Евгений Давыдович.

— Что вы хотите этим сказать? — снова задрожал банкир. — Послушайте, вы же не собираетесь…

Звук взводимого курка в плотной тишине прозвучал весьма отчетливо. Банкир забился в истерике. Поднялся, почувствовав крепость в конечностях, но злоумышленник носком ботинка повалил его обратно.

— Послушайте, вы не можете… вы не имеете права… мы живем в правовом государстве… Даже преступник имеет право предстать перед судом…