Охота на медведя - Петр Катериничев

Руслан замолчал было, поиграл желваками на скулах, сказал с обидой в голосе:

— Да это я к чему, Саныч! Он тебе вкручивает, а ты его слушаешь!

— А ты бы его без спросу закопал, а, Русланчик?

— Нет, пусть ответит! — Руслан развернулся к Гриневу:

— Ты тут мне предъявы лошадиные кидаешь! Ты — деньги верни! Что? Сказать нечего? Пусто на счетах? Семь лимонов за неделю слили, да? Людей на бабки опустили? Молчишь?

— Думаю. А простой человек Том, а, Руслан? И незатейливый.

Сан Саныч вздохнул, потер рукой переносицу:

— Что-то я не пойму, Руслан. Семь миллионов слили, говоришь? Зелени?

— Да.

— А где здесь изюм? В чем тогда их прибыток?

— Да кидалы они!

Сан Саныч покачал головой:

— Нет. Не пойму. Да и... ладушки. С тобой, Русланчик, мы потом потолкуем.

А пока — с тебя спрос, Олег Федорович.

— А какой с меня спрос? Деньги на год вложены? На год. Прошло... сколько?

— Два месяца, — угрюмо бросил Руслан.

— Два месяца. Вот через десять месяцев и обращайтесь. У вас все?

— А ты гордец, Олег Федорович. У тебя, можно сказать, петелька на шее уже намылена, а ты — форс держишь. Могу велеть тебе по шее съездить, да боюсь, сговорчивее не станешь.

— Не стану.

— Ладно, раз уж вышли на чистый базар... То, что с конторой вашей происходит, — непонятка называется. Так?

— Может быть.

— Вот что, Медведик. Мы из кредиторов тебя, сдается, первыми выцепили. Что можем, скачаем с тебя. А будешь тут гонор глупый выказывать, так мы из тебя его сначала по жилушке вытянем, потом — в домовину забьем, вон их сколько, да и закопаем тепленьким. Погост-то рядом. — Сан Саныч кивнул одному из помощников:

— Курень, открой-ка, пожалуй, его чемоданчик. Чай, у него там не бомба.

Здоровый поднял «дипломат», положил на стол, оглядел замки, достал отвертку.

Олег затянулся с удовольствием, улыбнулся искренне и абсолютно спокойно:

— Бомба, Сан Саныч, бомба.

— Да ну?

— Сан Саныч, ты же умный человек, считать умеешь.

— Ну?

— У тебя две сотни подвисли по балансу, и это тебя парит. А я — семь лимонов сбросил, тут Руслан не соврал. Пораскинь мозгами, под что люди такие бабульки брокерской конторе сгрузят? А? Это биржевым игрокам-то?

— Ты не крути. Говори просто.

— Под голову сгрузят. Но не под тупую, а работающую. Потому как деньги свои люди не потерять хотят, а вернуть. И с больши-и-им наваром. А почему, спросишь? А потому что у людей есть план. Жизнь — она как дом многэтажный. На первом, как водится, дворники обосновались да магазинчики торгуют. На втором — люди служилые. А — выше? Подумай, Саныч, мне ведь не только по твоим двумстам кускам ответ держать, по другим деньгам и другим людям. Хочешь чемоданчик вскрыть? Вскрывай. Это как за игрой колоду поменять, да у всех на глазах.

Стерпят большие мужчины?

— Сладко поешь.

— Суть дела излагаю.

— Да что ты его слушаешь, Саныч! Кинули они всех! И — лыжи уже смазали.

Чернова никто нигде найти не может, и этот в бега намылился! — встрял Руслан.

— Чемодан-то ломать или как? — спросил Курень Сан Саныча.

— Погоди. Ломать — не строить, — ответил тот. Посмотрел на Олега остро, зорко; поволоки, что застилала взгляд, как не было. — Мне до чужих схем дела нет. Я своему коллективу деньги хочу вернуть. Вот эта проблема между нами.

— Никакой проблемы. Перо, бумага найдутся?

— Расписку мне писать станешь? Может, где-то голова твоя и дорогого стоит, а каракули, я чаю, уже не в цене.

— Квартирка у меня родительская осталась. В полтораста штук потянет, если очень по-скромному. Сталинка. Москва, центр.